в отчаяние и прыгнул в воду, пытаясь покончить с собой.
Стаморан на мгновение отнял трубку от уха. Майкл Раймер был самым педантичным человеком, которого он когда-либо встречал. Не было никакой вероятности, что он оставил бы верёвки разбросанными по лодке. Никакой вероятности, что он запутался бы в них и споткнулся. Вероятность этого была нулевой. Это означало, что на лодке был кто-то ещё. Кто-то, кто убил его там. Стаморан почувствовал неожиданную вспышку облегчения. Она длилась лишь мгновение, затем её смыла волна вины. Ему пришло в голову, что если кто-то был в Колорадо и убивал Раймера, этот кто-то не мог быть где-то ещё, выслеживая Притчарда и заставляя его раскрыть свой секрет. Пока нет.
Стаморан снова поднял трубку. Он сказал:
— Как только кто-то в оперативной группе выдаст имя, я хочу, чтобы его проверили. Энергично. Ресурсы не проблема. Я не хочу, чтобы остался хоть один не перевёрнутый камень, большой или маленький.
* * *
В десять минут шестого в дверь Ричера постучали. Дверь открылась до того, как он что-то сказал, и в комнату шагнула Эмбер Смит, представитель ФБР в группе.
Смит заправила выбившуюся прядь волос за ухо и сказала:
— Я заканчиваю на сегодня. Собираюсь в отель. Посмотрю, в какое место нас засунули. Хотите подвезти? Похоже, у вас нет своей машины.
Ричер посмотрел на факс. С тех пор, как он пару часов назад звонил в Национальный центр кадрового учёта армии, новых страниц не появилось, и без запрошенного списка он не мог продвинуться дальше. Он сказал:
— Конечно. Спасибо.
* * *
К тому времени, как Ричер и Смит добрались до парковки, одна из машин уже уехала. Чёрный «Импала». Остались два «Краун Виктории». Кент Найлсен, парень из ЦРУ, прислонился к одному из них. К синему. Его костюм был настолько мятым, что казалось, будто его только что переехали.
Найлсен сказал:
— Кто-нибудь голоден? Я — да. Я знаю одно место рядом с отелем. Как насчёт того, чтобы устроиться в номерах, а потом перекусить?
Смит пожала плечами. Она сказала:
— Почему бы и нет.
Ричер руководствовался принципом: есть нужно, когда есть возможность, чтобы не пришлось есть, когда возможности нет. Он сказал:
— Я за.
Найлсен оттолкнулся от багажника своей машины и направился к водительской двери.
— Встречаемся в холле отеля в шесть?
* * *
Отель находился чуть больше чем в миле от офисного здания. Ричер провёл больше ночей в отелях, чем ему хотелось бы помнить. В основном во время охоты на беглецов, сбора улик или поиска зацепок. И в основном в местах с тарифами, от которых у армии не случался сердечный приступ при виде счетов. Что обычно определяло уровень удобств, которые предлагали заведения. Можно с уверенностью сказать, что он привык к тому, что его жильё было на простом и незатейливом уровне. Но место, которое выбрала оперативная группа, было самым безликим зданием, которое он когда-либо видел, когда дело доходило до функционального дизайна. В нём не было ничего, что не было бы на сто процентов необходимым. Оно было высотой в четыре этажа, построено из бледного кирпича, с маленькими окнами и плоской крышей. Над входом не было навеса. Не было стойки парковщиков. Даже вывескам не хватало освещения. Им приходилось довольствоваться светоотражающей краской.
Смит свернула на стоянку, развернула свой «Форд» и задним ходом заехала на место рядом с машиной Найлсена. В дальнем конце стоянки Ричер увидел ряд гораздо более крупных машиномест. Подходящего размера для туристических автобусов. Он сомневался, что они предназначены для рок-групп или спортивных команд. Так что, возможно, для школьных групп, подумал он. Он слышал, что обычная практика — возить детей в Вашингтон, когда они в восьмом классе. Это казалось хорошей идеей. Он узнал о столице страны, когда был моложе, но вся информация была из потрёпанных страниц книги в душном классе на другой стороне света. Это нормально для усвоения фактов. Не очень хорошо для понимания масштаба и атмосферы.
Они без проблем зарегистрировались, поэтому Ричер взял ключ и понёс сумку в свой номер на втором этаже. Он воспользовался лестницей, и, когда возился с замком на двери, увидел, как Смит вышла из лифта. Её номер был рядом с его.
Внутри номера Ричер обнаружил, что подход «минимум необходимого» был выдержан. Самые необходимые вещи присутствовали. Была кровать. Комод. Стул. Что-то вроде откидной доски, прикреплённой к стене, которую можно было использовать как стол, если очень нужно. Шкаф с вешалками, прикреплёнными к штанге, чтобы их не украли. И ванная с мылом и шампунем в дозаторах на стенах. Ричер предположил, что дешевле немного доливать их, чем предоставлять свежие миниатюрные флакончики для каждого гостя.
* * *
Найлсен уже ждал на ресепшене, когда Ричер спустился без одной минуты шесть. Смит подошла через две минуты, и Найлсен направился к выходу, не говоря ни слова.
Ричер сказал:
— А Уолш? Парень из Казначейства.
Найлсен продолжал идти.
— Понятия не имею. Его уже не было, когда мы решили уйти из офиса, и его машины снаружи не видно. Наверное, он остановился где-то ещё.
* * *
Бар, который имел в виду Найлсен, находился в паре сотен ярдов от отеля, в сторону от города. Они решили пройтись пешком. Вечер был не самым приятным. Воздух был тяжёлым от выхлопных газов всего транспорта в округе, и начал накрапывать дождь, но Ричер не возражал. Всё утро он просидел в поездах, самолётах и такси, а всю вторую половину дня — в комнатах для совещаний и офисах, поэтому был рад возможности размять ноги.
Здание, к которому они направлялись, было двухэтажным. Верхний этаж делили между собой салон ногтевого сервиса и магазин париков. Два места, которые Ричера совершенно не интересовали. Весь первый этаж занимал бар. Его фишкой было то, что он выглядел так, будто всё ещё строится. Толстый пластиковый лист с молнией посередине висел во входном проёме вместо двери. Сама стойка была сделана из строительных лесов, с грубо сколоченными полками, нишами и углублениями для бутылок и стаканов. Кухня находилась по ту сторону стены с рваной дырой, которая должна была казаться пробитой кувалдой. Столы были сколочены из гигантских кабельных барабанов, а вместо обычных стульев стояла куча деревянных ящиков.
Смит задержалась
