наивен, что Ричер счёл обнадёживающим.
Баглин переложил руки на колени.
— Для контекста мне нужно перенести вас на тридцать лет назад. Итак, как мы знаем, зло Советского Союза наконец отправлено на свалку истории, но десятилетиями его империя была грозным врагом. В шестидесятые красные атаковали нас со всех сторон. Ядерное оружие, конечно. Спутники. Подводные лодки. Спящие агенты. Шпионы. Список можно продолжать, и на вершине было кое-что особенно неприятное. Химическое и биологическое оружие. Новые штаммы и варианты, разработанные для того, чтобы убивать, ослеплять и выводить из строя самыми чудовищными способами, какие только можно вообразить. И вот отсюда и возник проект 192.
Баглин снова оставил подразумеваемый вопрос висеть в воздухе. И снова никто не клюнул.
Руки Баглина снова появились на столе.
— Прежде чем я продолжу, должен подчеркнуть две вещи. Во-первых, министр настаивает на полной прозрачности. Он считает, что вы не сможете действовать максимально эффективно, если не будете вооружены всеми фактами. Ничего не будет утаено, поэтому, во-вторых, ничего из того, что вы узнаете в этой комнате, не может покинуть эту комнату. Всем ясно?
— Абсолютно. — Да, сэр. — Конечно. — На сто процентов. Голоса Ричера и остальных троих слились.
Баглин сказал:
— Хорошо. Итак, проект 192 был инициативой, направленной на защиту нас от этих дьявольских советских вооружений. Его целью было понять все их эффекты и разработать эффективные противоядия, которые можно было бы производить быстро и в огромных объёмах. Это была непростая задача. Требовалось самое современное оборудование и новейшие методы, и всё это должно было делаться в абсолютной тайне. Боялись, что если Советы узнают, что мы можем нейтрализовать их оружие, они разработают новое, о котором мы можем не знать или не сразу сможем противостоять. Итак, произошло следующее: мы заключили партнёрство с лучшими американскими промышленными исследовательскими корпорациями. Мы построили скрытые, изолированные объекты внутри их лабораторий. Но...
Баглин сделал паузу. Снова никто не клюнул.
Баглин сказал:
— Но это делалось вне сферы прямого государственного контроля. Это делалось в непосредственной близости от гражданских сотрудников. В некоторых случаях в непосредственной близости от значительного гражданского населения. И чаще всего в других странах. Иногда в очень бедных странах. Странах, которым было бы трудно отказаться от проведения такой работы на своей земле. Я поддерживаю эти решения. Как и министр. Это было правильно для Америки в то время. Но, как вы знаете, времена меняются. Меняются и настроения. С тех пор мы пережили бурю, вызванную сообщениями об «Эйджент Оранж» и газе VX. Пережили позор последних дней Вьетнама. Уотергейт. Скандал с контрас. И так далее, и так далее. Мы опасаемся, что, особенно теперь, когда Советский Союз больше не угроза, люди с меньшей вероятностью примут необходимость того, что мы сделали. Если подробности Проекта станут достоянием общественности, это может вызвать беспорядки. Наши оставшиеся враги могут использовать эту информацию, чтобы опозорить Соединённые Штаты и навредить нашему положению на мировой арене.
Ещё одна пауза осталась незаполненной.
Баглин понизил голос.
— Что подводит нас к сути вопроса. В конце шестидесятых команда из семи учёных работала над нейтрализацией конкретного советского нервно-паралитического агента. Они базировались в гражданской лаборатории, принадлежащей компании под названием Mason Chemical Industries. Она находилась в Индии. Недавно один из членов команды стал жертвой рака, а трое других погибли при крайне подозрительных обстоятельствах.
Смит прочистила горло и сказала:
— Насколько подозрительных?
Баглин сказал:
— Одного убило током. Один выпал из окна. Один проглотил смертельную дозу жабьего яда.
Ричер сказал:
— Яд.
— Что?
— Если проглотил, значит, это был яд. Жабий яд вводится через укус или жало.
— Вы считаете, это существенный факт?
— Это точно. А я считаю, что точность всегда важна. Особенно когда на кону жизни.
Баглин сверкнул взглядом на Ричера, затем отвернулся и сказал:
— Наша рабочая гипотеза заключается в том, что вражеский агент убил этих людей в попытке раскрыть информацию, которая могла быть использована против Соединённых Штатов. Трое мужчин из команды ещё живы. Принимаются меры для обеспечения их безопасности, но министр не удовлетворён пассивным ответом. Он хочет, чтобы преступник был опознан и остановлен. Вот тут вы и вступаете в игру. Идентификация подозреваемых. Армия и ЦРУ, потому что эти организации совместно отвечали за исследовательские операции в шестидесятые. ФБР в его контрразведывательной роли, на случай, если инициатива исходит от иностранного государства. И Министерство финансов, на случай, если мы ошибаемся и кто-то просто пытается украсть промышленные секреты. Для каждого из вас подготовлен кабинет с телефоном, факсом и канцелярскими принадлежностями. Проживание предоставлено в местной гостинице на необходимое время. Вопросы есть?
Ричер поднял руку.
— Поступали ли требования выкупа?
Баглин покачал головой.
— Нет.
— Были ли атакованы учёные, работавшие над другими программами биологического оружия?
— Насколько мне известно, нет.
— Вы узнаете?
— Я задам этот вопрос. А теперь...
— И последнее. Вы сказали, что принимаются меры для защиты оставшихся учёных из проекта 192. Какого рода меры?
— За ними наблюдают круглосуточно опытные агенты.
— Кто-нибудь из жертв находился под наблюдением?
— Капитан, сейчас не время для обвинений и межведомственных разборок.
— У меня иная цель. Если мы собираемся закинуть сеть, нам нужно знать, какого размера делать ячейки. Нам нужно знать, на кого мы охотимся. Разные способы убийства кое-что говорят нам. Но недостаточно. Первого парня убило током, верно? Убить кого-то так — это одно. Сделать это под носом у опытных агентов — совсем другое. Это указывало бы на более высокую степень компетенции и уверенности, что, в свою очередь, подразумевало бы определённый род и уровень подготовки, и мотивации.
— Понимаю. Да. Доктор Браун. Он был дома, когда его *отравили*, и за его домом велось наблюдение.
— Он был третьей жертвой?
— Верно. — Баглин помедлил мгновение. — У кого-нибудь есть ещё вопросы?
Остальные трое молчали.
Баглин кивнул.
— Хорошо. Тогда мы встретимся здесь завтра в 9:00 утра, и я ожидаю, что вы предоставите имена первых подозреваемых, которых следует проверить.
Глава 10
Роберта и Вероника Сэнсон собрали все верёвки с палубы, свернули их и убрали на свои места. Они предположили, что пройдёт немало времени, прежде чем владельцы снова увидят лодку. Они не
