– Настоятель… – с непонятной интонацией произнёс здоровяк. – Кто-то донёс ему о ведьме…
– И что с того? – беспечно усмехнулся я, поливая ломтик поджаренного хлеба кленовым сиропом. – Требует задержать её? Разберитесь. Устройте судилище в конце-то концов!
– Он ничего не требует! – прорычал Кевин Свори. – Ведьму уже схватили и собираются сжечь!
Я с недоумением уставился на регента.
– На каком основании? Здесь не империя! Церковники не имеют власти вершить правосудие!
Седоусый рыцарь вскочил из-за стола, раздражённо оттолкнув от себя стул.
– И я о том же!
Арчибальд втянул голову в плечи, но сразу переборол нерешительность и принять невозмутимый вид.
– Ведьмы вне закона…
– Князь решает, кто вне закона! – грохнул кулаком по столу Кевин Свори. – Если ведьму сожгут, горожане возьмут монастырь штурмом! Они перебьют всех, кто только под руку попадётся!
– В ваших интересах этого не допустить! – упрямо произнёс инквизитор.
– Бунт нужен? – обернулся к нему регент. – Бунт, да?
– Обожди, Кевин! – остановил я рыцаря и спросил: – Насчёт ведьмы – так всё и задумывалось? Это позиция Церкви?
Здоровяк поморщился и признал:
– Нет, это инициатива настоятеля. Кто-то из новообращённых донёс о колдунье, и он не смог оставить этого без вмешательства.
– Она хоть ведьма? – вздохнул я.
– Да какая разница? – нахмурился Кевин Свори. – Мы не можем допустить её сожжения! Даже если угомоним потом горожан, барон Мальтори такого шанса не упустит!
– Она ведьма? – повторил я свой вопрос.
Седой рыцарь скривился.
– Знахарка. Обслуживала залётных девиц. Но это ничего не меняет!
Я кивнул и вновь обратился к Арчибальду.
– Ведьму сжигать нельзя, Арчи. Просто нельзя. Начнутся беспорядки – о монастыре можете забыть. Ты способен донести это до настоятеля?
Инквизитор сцепил пальцы и мрачно глянул в ответ.
– Как человек истово верующий и посвятивший жизнь искоренению скверы, он не станет меня слушать.
– Так прикажи!
– У меня нет таких полномочий.
Я выругался и кинул тост обратно на блюдо.
– А что в твоих полномочиях, а? Что, Арчи?
– Я отправлю послание, но пройдёт не меньше недели, прежде чем получу какой-либо ответ.
Кевин Свори шумно выдохнул и спросил:
– Неужели этот святоша не может поступиться принципами ради интересов дела?
Арчи покачал головой, и я недобро прищурился.
– Он ведь понимает, что не уцелеет, если толпа возьмёт штурмом монастырь?
– Этого нельзя допустить! – отрезал инквизитор.
– Он понимает это, так? Желает стать мучеником?
– Я поговорю с ним! – вскочил на ноги взбешённый Арчибальд. – Поговорю! Ты доволен?
– Нет, – ответил я и откусил от тоста.
– Мы все с ним поговорим, – решил Кевин Свори. – Возможно, тогда он прислушается к голосу разума.
– А если не прислушается, – усмехнулся я, – мученическую смерть я ему обеспечу.
– Кейн! – взъярился Арчибальд. – Если хоть волос упадёт с головы настоятеля, сделке конец! Ты понимаешь это? Если он отравится пивом, упадёт с лестницы, сгорит вместе с монастырём, спросят за это с меня и с тебя.
– В самом деле?
– Даже не думай об этом! Он один из нас, понимаешь? Нельзя просто взять и убить священника!
– В самом деле? – прищурился я.
– Его покровителям это не понравится.
Я пожал плечами.
– Тогда убеди его отпустить ведьму, Арчи. Сделай это и в крайних мерах не возникнет нужды.
– Я постараюсь, – пообещал инквизитор. – А вы обеспечьте порядок в городе!
Регент что-то неразборчиво пробурчал себе под нос и толчком распахнул дверь.
– Идёмте! – позвал он нас за собой. – Ещё не хватало, чтобы этот фанатик спалил ведьму, пока мы здесь мотаем друг другу кишки.
Я только посмеялся.
– Ну уж нет. Сами.
Кевин Свори обернулся и ожёг меня недобрым взглядом.
– Ты всё это заварил, Кейн! Тебе и расхлёбывать!
– Ну если так, – вздохнул я и несравненно тише добавил: – Потом не жалуйтесь…
2В монастырь пришлось заезжать с задов, поскольку главные ворота блокировала взбудораженная толпа. Собравшиеся на площади горожане разделились на две группы: одни с гневными криками рвались к монастырю, другие с не меньшим усердием теснили их назад. Защитники церковной обители были куда малочисленней возмутителей спокойствия, но пока сдерживали натиск без особого труда. До драк дело не доходило, да и оружие никто на виду не держал, и, тем не менее, ситуация могла выйти из-под контроля в любой момент.
Погром – это плохо, но несравненно хуже уличные бои между противниками и сторонниками Церкви. Настоятель знал, что делал, когда распорядился выдавать провизию только среди паствы: в голодный год за лишнюю пайку люди мать родную продадут…
Настоятель встретил нас во дворе, он был спокоен и собран и нашему визиту нисколько не удивился.
– Какого чёрта вы творите?! – прорычал на него из седла Кевин Свори.
– Не понимаю вас…
– Ведьма! По какому праву вы схватили её?!
Церковник и взглядом не моргнул.
– Предназначение Церкви – бороться за чистоту душ…
Дальше я слушать не стал, легонько стиснул сапогами бока лошади и проехался по монастырскому двору, разглядывая высокие стены и восстановленные амбары. Нечего было и рассчитывать проникнуть сюда ночью и вытащить ведьму, не переполошив при этом многочисленную охрану. Расстановкой караулов занимался кто-то толковый; только сунься – мигом утыкают арбалетными болтами.
Я сделал ещё несколько кругов, затем вернулся к настоятелю, который так и остался при своём мнении. Ни Кевин Свори, ни Арчибальд переубедить его не смогли.
– Чего вы хотите? – спросил я, нависая над церковником.
– Простите?
– Чего вы хотите добиться, спалив ведьму?
Настоятель смерил меня пристальным взглядом.
– Стремление избавить этот мир от зла не кажется вам достаточным поводом действовать?
Я покачал головой.
– Не кажется. Инквизиция сжигает чернокнижников без лишней помпы, вы же устраиваете из этого настоящее представление.
– Ничего подобного!
– Сжигать людей – занятие не из приятных, – продолжил я. – Кевин не даст соврать. Это крики, вонь палёного мяса. Нужен весомый повод, чтобы решиться на подобное. Особенно когда это сулит в дальнейшем сплошные неприятности.
Глаза церковника опасно сощурились.
– Вы угрожаете?
– Говорю как есть, – не смутился я. – Сожжёте ведьму, начнутся беспорядки.
– Я не боюсь пострадать за веру!
– Начнутся беспорядки – совет баронов назначит нового регента.
Тогда сделке конец. Вы будете виновны в этом, вы и никто другой. И уверяю, новый регент с вами даже разговаривать не станет. Наверняка кто-то из его людей о ведьме и донёс…
