чем не бывало, продолжает:
— …которая надеется устроиться в Королевскую лечебницу, чтобы получить протекцию его величества и, тем самым, избавиться от своих неприятностей, — заканчивает он, не сводя с меня своих медовых хитрых глаз.
— Архилекарь, уверяю вас, она… — пытается вмешаться Изольда.
— Молчать, — властно, не оборачиваясь, прерывает ее Ронан.
С одной стороны, я возмущена до глубины души. Да как он смеет?! С другой… я не могу не признать, что он попал почти в точку. Да, я беглянка. Да, я в отчаянии. И если королевская протекция действительно может защитить меня от Джареда, то я и правда готова на многое, чтобы ее получить.
Но и моя гордость врача, которого только что назвали лгуньей, вскипает.
— Так проверьте! — восклицаю я, вскидывая подбородок и глядя ему прямо в глаза. — Раз вы не верите моим словам, проверьте мои навыки! Дайте мне задание, устройте экзамен!
Напряжение повисает в воздухе.
Мы стоим, сверля друг друга взглядами, и, кажется, все что вокруг нас перестает существовать.
— Смелое предложение, — наконец произносит Ронан. — Но что мне делать с тобой, если ты не пройдешь мою проверку?
— Тогда… все просто, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Вы не возьмете меня в лечебницу и забудете обо мне навсегда.
Архилекарь Ронан смеется. Не громко, не издевательски, а коротко и сухо, как будто услышал забавную нелепость.
— Просто? — переспрашивает он. — А ты не находишь, что это несколько… неравнозначный обмен? Давай-ка посчитаем. Я, Архилекарь и Хранитель Здоровья Короны, потрачу свое драгоценное время на экзамен для первой попавшейся нищенки с улицы. У которой за плечами нет ни Высшей Академии Целителей, ни диплома Серебряного Университета. У которой нет ни единой рекомендации от признанных мастеров, которая обучалась лекарскому делу у скорее всего несуществующего дяди. У тебя нет ничего, кроме дерзости и одной удачной перевязки, которая могла оказаться случайностью. Зато ты сама можешь быть кем угодно: воровкой, убийцей, шпионкой.
Он делает шаг ближе, и его голос становится тише, но жестче.
— Если ты окажешься самородком — хорошо, лечебница в выигрыше. Но что, если все это блеф, ради того, чтобы попасть внутрь? Тогда я выставлю себя идиотом, а это уважаемое заведение — посмешищем. Такая постановка вопроса мне совершенно не нравится. — Он смотрит на меня в упор. — Если ты действительно хочешь, чтобы я рискнул, ты должна поставить на кон нечто большее, чем просто мое «нет».
Он замолкает, давая мне в полной мере осознать вес его слов.
Я чувствую, как по спине пробегает холодок. Он прав. С его точки зрения, я — огромный, неоправданный риск.
— И что же вы хотите взамен? — шепчу я, и мой собственный голос кажется мне чужим.
Ронан смотрит мне прямо в глаза. И в них больше нет ни тени снисхождения. Только ледяная жестокость.
— Свою свободу!
Глава 19
Паника снова ледяной волной подкатывает к горлу.
— Что… что вы имеете в виду?
— Все очень просто, — спокойно поясняет Ронан, и от его спокойствия становится только страшнее. — Если ты не сможешь доказать свои способности, если выяснится, что ты лгала, я сдам тебя городской страже. По обвинению в мошенничестве, выдаче себя за действующего лекаря и создании угрозы безопасности лечебницы. За одно это тебя упекут в городскую тюрьму на пару лет. А там, кто знает, может, в процессе выяснится, что за тобой числятся и другие преступления?
Я холодею.
Тюрьма. После монастырской темницы это слово вызывает у меня почти физическую боль.Тюрьма, где меня рано или поздно найдет Джаред. И тогда… тогда я буду молить о быстрой смерти, которую мне устроила бы Агнесса.
Передо мной на невидимых весах лежат две судьбы.
На одной чаше — призрачный, но такой желанный шанс попасть в Королевскую лечебницу, чтобы снова спасать жизни, исполнить мечту Эолы и получить защиту от моего монстра-мужа.
А на другой — холодный камень тюремной камеры, отчаяние и почти стопроцентная вероятность попасть обратно в лапы Джареда.
Риск огромен.
Вот только я — хирург. Я привыкла рисковать. И уж точно я никогда не сдавалась без боя.
Я делаю глубокий вдох, прогоняя страх.
Я смотрю Архилекарю прямо в глаза, и мой голос звучит твердо и чисто, без тени сомнения.
— Я согласна.
Я вижу, как в его медовых глазах на мгновение вспыхивает удивление, которое тут же сменяется чем-то похожим на уважение. Он слегка кивает, словно признавая мой выбор.
— В таком случае, идем.
— Прошу, буквально пару минут, — останавливаю я его.
Ронан вскидывает бровь, но молча ждет.
Я разворачиваюсь и подхожу к Изольде. Лиара испуганно жмется рядом.
— Госпожа Изольда, — говорю я тихо, но со всей искренностью, на которую способна. — Я знаю, вы сказали не благодарить вас, но… это вы спасли мне сегодня жизнь. Не я вашему жениху, а вы мне. Я никогда этого не забуду.
Она смотрит на меня с теплотой и сочувствием.
— После такого я не смею ни о чем вас просить, — продолжаю я, и мой голос дрожит. — Но все-таки… не могли бы вы исполнить мою последнюю просьбу?
— Конечно, дитя мое, — тут же с готовностью кивает она, — Говори.
Я наклоняюсь к ней ближе, понижая голос до шепота, чтобы Лиара не услышала.
— Я не знаю, что меня ждет там, внутри. Пройду я эту проверку или нет… Но Лиара… она одна в этом огромном городе. Пожалуйста, позаботьтесь о ней. Хотя бы первое время, пока она не найдет работу и жилье. Она хорошая, смелая девочка. Она заслуживает лучшей доли.
— Считай, что уже сделано, — так же тихо и без колебаний отвечает Изольда.
— Не нужно! — раздается за спиной сдавленный голос.
Мы оборачиваемся. Не знаю как, но Лиара все слышала. Она подбегает к нам, в ее зеленых глазах стоят слезы, но смотрит она с упрямой гордостью.
— Госпожа Изольда, спасибо вам за все. Но я справлюсь сама. Вы и так слишком рисковали из-за нас. Я благодарна, что просто добралась до столицы, дальше… дальше я сама.
Я игнорирую ее протест. Просто подхожу и крепко обнимаю ее.
— Глупая, — шепчу я ей в растрепанные рыжие волосы. — Я прошу не потому, что думаю, что ты не справишься. Ты сильнее всех нас. Я прошу
