что только попадалось под это магическое пламя. Всё живое просто сгорало, превращалось в летящие кучки пепла, разлетающиеся по сторонам. Заклинание сокрушало всё вокруг не больше секунда, но одного этого хватило для того, чтобы опасность прошла, но этой короткой вспышки хватило для того, чтобы всё вокруг меня больше перестало существовать, превратившись в одну сплошную белую пелену.
Глава 11
- Сестра, он проснулся!
Я очнулся с таким ощущением, что меня огрели чугунной болванкой килограммов этак в пятнадцать, причём далеко не один раз, с усердием, достойным Стаханова усердием. Казалось, будто из меня просто выбили дух, высосали сознание и оставили только лишь остатки сознания, перевёрнутые через шнеки промышленной мясорубки. Внутри меня мутило, вертело, заставляло тяжело дышать, пробиваясь через лёгкие, отчаянно не желающие полноценно функционировать. Последний раз подобные ощущения я испытывал, когда со мной рядом разорвалась парочка тяжёлых миномётных снарядов, но сейчас ощущения были значительно хуже.
Сложно было вспомнить, в какой раз я выходил из состояния полного опустошения. Хотя, контузией сейчас и не пахло, а он ней я знал очень многое и далеко не по рассказам, но предыдущие несколько дней мне точно пришлось пролежать в полном отсутствии даже намёка на сознательные действия. Впрочем, бывало и такое, что люди нет-нет, но выныривали из бессознанки, а потом напрочь забывали о своих действиях.
Кстати, а где я вообще был? Вопрос возник в голове как-то вяло, словно мысль пробивалась через плотную ватную преграду, но всё же она начала понемногу оживлять застоявшийся во время небытия мозг. Вместе с ожившим мозгом, тело тоже понемногу начало просыпаться. Мышцы были ослабшими, вялыми, однако в них медленно, но верно стала поступать обогащённая кислородом кровь. Какое-то время я просто лежал, позволяя организму прийти хотя в относительную нормализацию, прежде чем начать проявлять малейшую активность.
Пока я отдыхал, старался нормализовать внутренний диалог, то дали о себе знать и магические потоки, снующие по венам и мышцам. Я вновь не чувствовал даже малейшего недостатка в запасах энергии, но это не говорило мне ровным счётом ни-че-го. Всё же, отобранный ещё в Иномирье Запас магии даже близко не собирался исчерпываться.
При помощи магического зрения я постепенно отсканировал комнату, ощущая её невеликую площадь. Однако, расположили меня с комфортом, тут уж сетовать было бессмысленно. Лежал, вроде как, на полноценном матрасе, набитом если не мягкими гусиными перьями, так уж точно простым, но достаточно мягким сеном, не самой последней свежести. Поверх накрыли чем-то толстым, тёплым, прекрасным, прижимающим меня к лежанке.
Я распахнул глаза и сразу краем слуха ощутил, как по коридору двигается две пары лёгких ног, шуршащих по деревянным половицам. Долго ждать незнакомцев не пришлось и в небольшой комнате, что площадью была не больше шести метров, появилось две женщины. Хотя нет, одна скорее была молоденькой и симпатичной чернобровой девицей с приятной внешностью, привлекающей внимание. Со второй уже не ошибся, ведь женщине было никак не меньше сорока лет. В отличии от своей сопровождающей, она имела взгляд такой строгости, что можно было увидеть у прожжённых жизнью воспитательниц или педагогов, привыкших иметь дело с непослушными детскими группами. Впрочем, моё предположение было не столь опрометчивым. Обе представительницы прекрасного пола были одеты в женские монашеские рясы из чёрной ткани.
- Очнулись? – спросила женщина, прикладывая к моему лбу утончённую ладонь с длинными пальцами, которые больше подходили для пианистки, нежели монахини или какой у него там титул.
- Похоже на то. – я принялся смотреть по сторонам, выискивая питьё.
Пить хотелось очень сильно. Можно было бы употребить хоть какую-то воду. Тёплую, холодную, застоявшуюся – без разницы. Жажда всегда сводила меня с ума, а потому я предпочитал вливать в себя как можно больше относительно чистой воды, когда может позволять ситуация.
Моё желание поняла молодая и сразу же перед лицом образовался старый советский гранённый стакан, наполненный чистой, словно слеза младенца, колодезной водой на три четверти. Я медленно сел в постели и принял стакан, мощными глотками поглощая питьё. Вода была чистой, кипячённой и охлаждённой настолько, чтобы можно было пить с удовольствием, не застужая при этом горла. Пил я степенно, проверяя тем самым терпеливость моих помощников, спасителей или кем эти женщины вообще были.
- Где я?
- Донской Старочеркасский Монастырь. – быстро ответила старшая из монахинь, внимательно осматривая моё лицо, - Как себя чувствуете?
Я прислушался к своим ощущениям, стараясь прочувствовать каждую частичку своего тела. Особенных болевых ощущений уловить так и не удалось, а после воды даже голова прояснилась настолько, что шестерёнки заработали со страшной скоростью.
- И сколько я здесь провалялся?
- Чуть больше трёх суток. Вас привёз сюда конвой мечей и с того времени вы остались на попечении нашего монастыря. Полагалось, что вы придёте в сознание ещё через несколько дней, но вы, Сергей, оказались крепче нами предполагаемого.
- А где Алтын?
- Кто?
- Командир отряда, который меня сюда притащил. Здоровенный такой татарин с пулемётом за плечом. Ладони как лопаты, голова размером с арбуз.
- Насколько мне известно, - старшая монахиня приложила ладонь к подбородку и на несколько мгновений замолчала, после чего продолжила говорить, - их корабль отплыл вчера дальше на север.
- Чёрт…
- Не скаернословьте в божьем храме! - строго ответила женщина, черты её лица обострились и мне сразу захотелось извиниться, но, прежде чем я успел выдать хоть слово, то женщина вновь стала спокойной и даже внешне смягчилась, - Вам предписали прибыть в торговое подворье Вятки и уже там вам расскажут о всех ваших дальнейших действиях.
- Спасибо. - я сел на краю кровати, поставив ноги на холодный деревянный пол, - Сколько я вам должен за лечение?
- Вся наша помощь уже была оплачена вашим командиром, так что вы можете быть свободны. - ответила мне старшая, после чего обратилась к своей молодой спутнице, - София, проведи молодого человека к нашему складу. Пусть Федор выдаст ему всё снаряжение.
Старшая монахиня вышла из малой комнаты, после чего я поднялся с кровати и пошёл за молодой девушкой, медленно, но верно разминая успевшие устать мышцы. Живот требовательно урчал, приказывая поглотить хоть что-то съестное, но я понимал, что нахожусь в полностью незнакомом мне месте, а потому лишний раз не отсвечивать.
Вдвоём мы вышли из здания и оказались посреди закрытой стенами территории. Местные смогли выстроить вокруг монастыря полноценный кремль, оборудованный самым современным вооруженнием, которые только можно было отыскать
