class="p1">– Ну и хрен с тобой…
Ярослав с интересом посмотрел на старый мотоцикл, стоявший в углу гаража. Аккуратно пробрался к нему через ящики с хламом, пригибая голову из-за низких потолков. Вывел мотоцикл на улицу, открутил крышку бака и присмотрелся: бензина было мало. Черняев вышел за двор и окинул взглядом широкую улицу. На ней не было асфальта: серая лента пыльной дороги вся была в буграх и ямах. По бокам росли старые дубы, прикрывавшие своими ветвями хилые дома, стоявшие за ними. Улица заканчивалась рощей гигантских тополей с вкраплениями стройных березок. С правой стороны – открытое пространство: поля, на которых в основном пасли коров. Был на этой тихой, длинной улице и перекресток, позволявший свернуть налево и попасть в центр села.
Черняев подошел к колонке и нажал на рычаг. Тонкая, слабенькая струйка потекла из нее. Ярославу перехотелось пить. Он раздраженно взглянул на тщедушную колонку и в сердцах пнул ее. Он не любил все тоненькое и слабенькое.
Направился ко двору, стоявшему на противоположной стороне улицы. Дом выделялся среди соседей большими размерами и свежей окраской. Черняев дернул ручку на воротах, но они не открылись. Хозяева предусмотрительно заперлись, узнав, что сюда приехали люди с оружием, а вечером раздавались женские крики. Ярослав подошел к дому и, дотянувшись до высокого окна, постучал. Никакого движения он не заметил. Может, хозяева ушли или уехали? Он отошел к дороге и нашел камень поувесистей. Прицелившись, Ярослав кинул его в окно. Бросок оказался точным, стекло разлетелось. Через несколько секунд во дворе послышался шум.
– Проваливайте! – закричал из-за ворот мужчина.
– Так ты гостей встречаешь?
– Пошли вон!
– Нехорошо, отец, – покачал головой Ярослав. – У тебя бензин есть?
– Нет! Не дам!
– Да ты выйди, поговорим.
Больше мужчина ничего не отвечал. Черняев разозлился и с разбега ударил ногой в ворота. Тонкий металл зазвенел, столбики, на которых он держался, пошатнулись. В этот же момент раздался выстрел. Ярослав упал. Он отполз и оглянулся: в воротах зияла дыра, искорежившая металл.
Черняев подобрался к дому, с трудом ухватился за карниз и, подтянувшись, залез внутрь через разбитое окно. В комнате пахло чистотой, на стенах висели ковры, стоял большой телевизор. Черняев, выходя на улицу, не взял оружия. Он заметил вазу, выбросил из нее искусственные цветы и крепко сжал левой рукой. Женщины в другой комнате закричали, когда поняли, что в доме находится посторонний. Глава семейства уже возвращался в жилище. Ярослав заметил в маленьком коридоре крепкого седого мужчину с белыми усами. В руках у него было ружье. Черняев бросился к нему, пока дуло смотрело в пол. Ударил вазой по рукам, державшим оружие в тот момент, когда мужчина пытался поднять его, чтобы прицелиться. Осколки посыпались на пол, на них капала кровь. Ярослав выхватил из ослабевших рук двуствольное ружье и лбом ударил хозяина дома. Тот отступил и схватился за нос окровавленными ладонями.
– Грохнуть бы тебя, дурака! – прошипел Черняев. – Да патрона жалко.
Он зашел в соседнюю комнату. Там, на диване, сидела женщина в летах и девочка лет шестнадцати. Они вжались в угол и с ужасом смотрели на незваного гостя.
– Тихо сидите, я вас не трону.
Вернулся к престарелому мужчине.
– Отец, так гостей не встречают. Бензин у тебя есть?
Глава семейства молча смотрел на незнакомца, сжимая нос.
– Ты сам себе подписываешь приговор. Мне нужен только бензин, если тебе так хочется, то можешь погибать из-за него.
Старик махнул рукой, мол, пойдем. Они вышли из дома.
– Сейчас вынесу из гаража. Жди здесь.
– Нет, может, у тебя там еще одно ружье. Так что будь на виду и без резких движений.
Хозяин двора осторожно открыл двери гаража. Ярослав внимательно следил за ним. Мужчина взял канистру и вернулся, поставив ее перед незваным гостем.
– Проваливай теперь.
Ярослав взял канистру в левую руку, правой сжимал ружье и аккуратно отходил спиной к воротам. Открыл засов, нажал на ручку. Старик внимательно смотрел на незнакомца.
– А еще говорят, что украинцы – гостеприимный народ.
Черняев вернулся к мотоциклу и заправил его. Забрав сумку с деньгами и оружие, направился в соседний дом, где расположился отряд. Многие уже протрезвели, некоторые еще спали. Они даже не слышали выстрела ружья. «Мистика», – подумал Черняев.
– Я тут себе мотоцикл присмотрел, пацаны. Я теперь байкер. Давайте по машинам, надо объехать соседние деревни.
Он подавлял остальных, они чувствовали в нем силу и злость, не смели перечить. Вообще, они были довольны, что была водка, закуска и деньги, поэтому и возражать особо не торопились.
Отряд разместился в джипе, который они отобрали у владельца накануне. Начинался очередной день со скучной работы по выбиванию денег.
Вечером Ярослав вернулся, как и обещал девушке, первой красавице на селе. Он был доволен удачным днем. Празднуя, перебрал с алкоголем и отключился, всю ночь лежал прямо на полу.
* * *
Разбудили его выстрелы, шум техники, ругань и крики. Черняев попытался собраться с мыслями – похмелье мешало.
На улице было уже светло. В доме – никого. Ярослав поднял автомат и подкрался к окну. В этот момент он понял: в деревню вошли украинские войска. Заметил, что возле соседнего дома машин нет, значит, его отряд уехал, его оставили. Глаза Ярослава наполнились чернотой. Он решал, что делать дальше.
Метнулся в соседнюю комнату и успокоился, увидев, что сумка с деньгами на месте. Ему сильно захотелось пить. Услышал, как подъезжает машина. Выглянул в окно – перед домом остановился БТР. Теперь он понял, куда делись девушка и бабка.
– Сдали, суки.
Он услышал, как к нему обратились:
– Выходи, сепаратист! Через секунду мы откроем огонь.
Ярослав понимал, что если его возьмут в плен, то украинские СМИ раструбят об этом на весь мир. Он же россиянин, но дело даже не в этом. Живым сдаваться Черный не собирался. Он отбежал от окна, через плечо надел сумку с деньгами, в руках сжимал автомат.
– Это же надо так попасть!
Пулей выбежал из дома и огляделся, оценивая ситуацию. Ручка калитки начала опускаться. Он нырнул за дом, потом вынес хлипкий забор и оказался на огороде. Пешком далеко не уйти. Вокруг поля, его быстро догонят. Ярослав услышал, как начали стрелять по дому, – вовремя смылся. Пусть бабка и внучка порадуются, что их дом превратили в решето.
Он оказался в чужом дворе и незаметно перебежал в густые кусты. Черняев видел, как украинцы палили из автоматов по ветхой хатке практически в упор. Несколько раз выстрелили из подствольных гранатометов.
Он осторожно подбирался к ним с тыла. Когда оказался совсем рядом, открыл прицельный
