меня.
— Понял, — кивает.
— Спасибо, Ефим, — протягиваю ему вновь руку.
Не ожидал, что все пройдет настолько гладко.
— Да не за что, — пожимает протянутую ладонь. — Иди уже к Наде. Скажем ей, что обсуждали сумму, за которую я ее тебе продаю? — предлагает он, хохотнув.
— Ей не понравится эта шутка.
— Знаю, — не перестает улыбаться. — Но она ее растормошит немного. Стоит вся напряженная. Ты бы ее немного расслабил. Наверное, ты не заметил, но она старается держать от тебя дочь подальше. Ты случайно не угрожал ей тем, что заберешь ее? — уточняет. Киваю, осознавая, что мужик прав. — Ну и дурак! Теперь исправляй.
Глава 8
Надежда
— Ой, Надюша, — бабушка и мама кружат вокруг меня, не зная, как правильно выразить свои эмоции. — Да что-то у тебя быстро, — добавляет первая.
Мама пока свои мысли держит при себе. Она уже давно знает, что наши отношения с Пашей это всегда непонятно что. Мы как на пороховой бочке.
— И не по-людски, — добавляет дедушка, сидящий за столом и недовольно смотрящий на нашу женскую троицу. — Как в браке была, сама ходила, а как разводиться решила, так при муже? Не понимаю я нынешнюю молодежь. Не понимаю!
— Дедуль, все сложно. Но главное ведь то, что я при мужчине буду. Все, как ты и хотел, — тяну, напоминая о его главных желаниях.
— Внуки еще будут? — спрашивает он, кивнув в сторону Ангелины.
— Будут, — доносится голос Паши из-за спины. — Наладим отношения и обязательно обратимся в клинику насчет ЭКО, — обещает он моему дедушке. — Может, даже повезет, и двойня получится.
— Ты хоть представляешь, как с одним ребенком тяжело? — не выдерживает бабушка. — А ты двойню хочешь! Жену-то не жалко?
— У меня достаточно денег, чтобы нанять няню в помощь Наде, — отвечает ей Паша, казалось бы, спокойно, но видно, что слегка нервничает.
— Ишь какой! — хмыкает бабушка.
— А я требую свадьбу! — восклицает дедушка. — Я на свадьбе внучки не был. Не гулял. Значит брак ваш не признаю! И точка!
— Будет свадьба. Обещаю. Наша в свое время не состоялась. Устроим новую, — с улыбкой и довольно бросает отец моей дочери.
— А меня спросить не хочешь? — подаю голос, подойдя к нему. — Может, я не хочу свадьбы.
— Надюш, без свадьбы наш брак твои родственники не признают, — делает он акцент на сторону родни. — Мои уже давно все признали. Все ради тебя и твоих близких. Для меня и моих ты уже давно моя жена и ничего доказывать не надо, — ослепляет улыбкой.
Не люблю, когда он так делает.
Скидывает все на других. Словно он этого не хочет, но вынужден подчиниться чужим правилам.
— Я собирать вещи! — бросаю ему, решив не спорить. Не при родных. Кивнув, ухожу в дом.
Бабушка с мамой присоединяются ко мне. Пока мама качает в кроватке Ангелину, я с бабушкой пакую самое необходимое из того, что осталось. По сути, все в доме матери Ефима, а здесь лишь мелочи.
А к ней мы не вернемся. Придется все заново покупать.
Из дома выхожу с маленькой сумкой. В основном сменка для Ангелины и несколько вещичек для себя.
Прощаемся с моими родными и уезжаем.
— Мы с твоим дедушкой все обсудили, — заговаривает Паша, продолжая управлять машиной. — Свадьбу сыграем у вас на ферме. Он настоял. Сказал, что стол сам накроет. С меня моих только пригласить. Нужно будет созвониться с родителями и спросить всех. Но думаю, никаких проблем не будет.
— Ага, — киваю, отвернувшись и скрывшись за спинкой пассажирского кресла. А еще и накрывшись, чтобы Паша не видел, что я делаю.
— Ты чего, обиделась? — недоуменно спрашивает он. — Все же хорошо было. Ты веселая из дома выходила. И в машину садилась спокойно.
— Не обиделась, — отвечаю, кинув на него быстрый взгляд. — Все хорошо.
— А чего тогда прячешься?
— Я Ангелину кормлю.
— И?
— Стесняюсь немного, — смущенно тяну. — Веди машину. Не смотри на меня. Мне немного неловко.
— Вообще-то я тебя и голой видел, — хмыкает он, восприняв мою неловкость за повод подурачиться. Еще и смотреть назад стал чаще.
— Полтора года назад, — напоминаю этому наглецу. — Отвернись, пожалуйста. Правда неловко. Этот процесс отчасти даже интимнее всяких там постельных игр. Такое не при каждом можно делать.
— А при Ефиме ты кормила? — его голос приобретает металлические нотки, а улыбка сползает с его лица.
— Ревнуешь? — хмыкаю, отправив ему ответную улыбку. Но не мучаю. — Нет, при нем не кормила. Он сам обычно стеснялся этого момента. Да и разговоров. Убегал вечно по существующим и нет делам. А молокоотсоса избегал, как черта, — вспоминаю картинку, как он даже прикоснуться к нему не мог. Кривился от его вида. Поэтому я всегда его прятала.
— Вам с Ангелиной что-нибудь нужно?
— Вообще, да, — активно киваю головой и, убедившись, что дочь больше есть не собирается, защелкиваю бюстгалтер и поправляю кофточку. — У Ангелины несколько подгузников осталось. Все бутылочки для кормления в доме матери Ефима. Все для дочери там же.
— Ну, подгузники купить можно, — прикидывает Паша. — А бутылки обычные или какие-то специальные? Может, я в магазин съезжу? По видео созвонимся, и ты скажешь, что купить.
— А не проще кого-то послать к дому матери Ефима? — решаюсь спросить. Если нет — то нет. Но рискнуть можно. — Она соберет все, если я попрошу. Там уже все то, к чему Ангелина привыкла.
— Ну давай сделаем так, — довольно легко соглашается он. — Но подгузники-то все равно купить надо. Поеду тогда вначале в дом матери Ефима, затем в магазин за подгузниками, а после к вам вернусь.
— Нет, Паш… — касаюсь его плеча. — Не уезжай. Я боюсь одна оставаться в твоем доме. Вдруг Дорофеев…
— Дорофеев в России, и это точно, — перебивает он меня. — Отец писал, когда ты была в доме. Они его ищут еще, но он точно в стране.
— Все равно. Останься. Это будет лучше и для тебя, и для Ангелины, — ударяю по самому важному для него. — Ну и для меня…
— Ладно, — сдается с тяжелым вздохом. — Тогда картинку, как выглядят подгузники, скинем Кириллу. Он все купит. Что-то еще нужно будет в магазине?
— Смесь, — быстро вспоминаю. — Даже две.
— Список напиши.
— Ага, — киваю, принявшись перебирать в голове список необходимого для дочери. — А еще Ангелине где-то спать нужно.
— Между нами, — безапелляционно отвечает Сабуров.
— Ты собираешься спать со мной?!
— Я собираюсь спать рядом с дочерью, — поправляет он меня. — Как и ты. А следовательно, да, мы будем спать вместе.
Приезжаем к дому, и Паша вновь выходит первым, чтобы помочь мне выйти. Тянет руки к Ангелине и я… и я аккуратно перекладываю
