я удалялся от столицы, тем спокойнее становилось на душе. Наконец я зашёл достаточно глубоко в чащу леса. Обнаружив небольшой журчащий ручей с чистой водой, остановился. Место идеальное: тихо, спокойно, только шелестят листья и тихо щебечут просыпающиеся птахи. Духовный фон тоже не слишком высокий, особенно в сравнении со столицей, так что сильных зверей здесь быть не должно.
Я сбросил рюкзак на мягкий мох. Достал палатку и, растянув ткань между двумя деревьями, закрепил её колышками в мягкой земле. Закончив с этим делом, пошел по периметру, наслаждаясь окружающим видом.
Здесь удивительно хорошо. Утреннее солнце пробивалось сквозь листву тонкими золотистыми лучами; вода в ручье тихо журчала по гладким камням. Воздух чистый и свежий, пропитанный ароматами трав и лесных цветов.
Впервые за долгое время я вздохнул свободно.
Найдя подходящие места, начертил на дерне шесть защитных печатей для отпугивания духов. Затем отошёл примерно на сто метров от палатки и, двигаясь по кругу, установил четыре сигнальных печати на случай приближения духовных зверей или незваных гостей. Напитав каждую печать энергией так, чтобы они продержались не меньше двенадцати часов, я вернулся к палатке, забрался внутрь и лёг на мягкий спальник. Тихо шелестела листва, журчал ручей, и эти звуки убаюкали меня лучше любой спокойной музыки.
Проснулся чуть позже полудня. Сквозь тонкую ткань проникал мягкий золотистый свет. Лес снаружи уже ожил. Я потянулся и выбрался из спальника, а потом покинул палатку.
Добрался до ручья, умылся ледяной водой. Быстро перекусил оставшимися с путешествия сухарями, размочив их в воде, и каменным сыром. После еды начал разминку: несколько простых упражнений на растяжку, дыхательные техники и лёгкая медитация. Потом пришла пора тренировок — я прыгал между печатями и тренировался ставить их на скорость, чередуя размеры. Большие печати, мелкие — на грани распада — перемещение через печать камней. Отправлял камень через одну печать, а сам прыгал через другую. Медитировал, пытаясь прочувствовать окружающие тени (безуспешно).
Тренировался я до раннего вечера, после чего решил отправиться в город.
Я оставил на стоянке теневую печать, сосредоточился и переместился к отметке, установленной утром внутри городской стены. Мгновение, которое я трачу, продираясь через вязкую тьму, и я уже стою в тени огромных каменных стен столицы.
Перенос через столичный барьер сожрал львиную долю запаса энергии. Неприятно. Пришлось потратить пятнадцать минут на медитацию.
Сперва я посетил портного, который за час (и золотой) подобрал мне подходящую для столицы одежду, и я двинулся в центр города, не забывая внимательно смотреть по сторонам.
Сегодня я шел к королевскому зверинцу. Высокие стены из грубо обработанного светлого камня поднимались вверх на десятки метров, образуя идеальный круг. Вокруг стен располагаются массивные колонны и широкие арочные проёмы, украшенные резьбой и барельефами. Прежде я не видел его, но зрелище меня не удивило: обычное круглое высокое здание. Однако впечатлила мощь Ци, которой от здания давило.
Я не медитировал, но мой резерв пополнялся с каждой проведенной здесь минутой быстрее, чем в медитации. Именно здесь, судя по всему, находится истинное сердце города. Не в королевском дворце, не в лицее, а здесь.
Подойдя ближе, я заметил группу людей возле входа. Они оживлённо переговаривались. Любопытство взяло верх, и я приблизился к ним.
— Простите, а что здесь происходит? — поинтересовался я у молодого парня, стоявшего ближе всех.
— Экскурсия по королевскому зверинцу! — ответил он с улыбкой. — Можно посмотреть на редких духовных зверей. Правда, платно, но если у вас есть пара золотых, можете потратить их с пользой!
Люди везде найдут возможность заработать, — подумал я с усмешкой. — Если за деньги они готовы даже мёртвого человека на Красной площади показывать, то уж возможность заработать на духовных зверях точно не упустят.
В этот момент к нам подошла девушка в круглых очках и с папкой в руках. Она выглядела серьёзной и собранной.
— Добро пожаловать! — вежливо поприветствовала она меня. — Хотите присоединиться?
— Здравствуйте. И сколько стоит экскурсия?
— Два золотых за одного человека.
Я молча достал деньги и передал ей, улыбнувшись более натянуто, чем хотелось бы — цена была высокая за единственную экскурсию.
— Отлично! — кивнула экскурсовод. — Присоединяйтесь к группе, мы скоро начнём.
Спустя пятнадцать минут, когда толпа выросла еще на семерых человек, а кошель экскурсовода стал толще, девушка повела нас внутрь.
Мы вошли в широкий круговой коридор с высокими потолками и магическими светильниками на стенах. По обеим сторонам располагались просторные клетки с духовными животными.
Как вы понимаете, стены экранируют значительную…
И сразу — удар. Не физический. Скорее это было похоже на волну. Равнодушная вязкая духовная сила давила меня, как какую-то муху, едва не вжимала в стену. Воздух, казалось, сгустился до консистенции масла, и каждая моя мысль, движение, вдох давались через усилие.
Я моргнул.
Перед глазами — круги. Свет от магических светильников помутнел. Голоса вокруг словно уплыли куда-то вдаль. Только сердце отбивало сбивчивый, неровный ритм.
Слева от меня — клетка с Огненным Волком. Я слышал, как экскурсовод что-то объясняет. Слова доносились будто сквозь ватную завесу:
— … создаёт огненные… устойчив к температуре…
Группа двигалась, рассматривая удивительных созданий: серебристых крылатых змей с переливающейся чешуёй, хрустальных пауков размером с собаку; огромных черепах, чьи спины блестели, будто покрытые драгоценными камнями. Мы не продвигались внутрь здания, мы двигались вдоль внешней стены, и я был рад этому, потому что вряд ли вынес бы близость тех громадин, которые находились рядом. Я ощущал поток духовной энергии справа от себя, она распирала меня, обжигала.
Я не был готов к такому давлению, не понимал, что происходит, и как люди рядом со мной выносят эту жуткую силу. Я пытался закрыться от этих мерных волн и не быть раздавленным Ци, идущей откуда-то снизу и из центра этого Колизея.
Казалось, что я не тащусь на подрагивающих ногах за группой, а стою на коленях, и над шеей будто нависли чудовищно огромные пасти.
Те звери не ревели. Не рвались. Они просто были — и их существование давило, как надгробная плита. Даже не вглядываюсь в клетки, не отвечаю на вопросы придержавшего меня человека: просто не могу. Вцепился пальцами в ткань его рукава и двинулся с группой дальше, почти на автомате.
На какой-то из остановок (потерял счет) — перед какими-то клетками с кем-то внутри, где был сумрак из-за притушенных магических светильников, я прислонился левой ладонью к стене и оставил печать.
Пальцы дрожали. Ощущаю, как капли пота текут по позвоночнику, пропитывают ткань
