заставляла замирать моё сердце не в панике, а в холодном осознании собственной недостаточной силы. Если этот враг выйдет из тени, моих нынешних характеристик, навыков и экипировки может банально не хватить. У меня нет возможности остановить время, отступить и переиграть неудачное решение, на кону стояли человеческие жизни.
Нужно было действовать быстрее, набирать опыт в опасных вылазках, искать новые источники силы и идти на оправданный риск. Ведь в этом мире цена ошибки — всё, что мне дорого.
Я откинулся на спинку тяжелого дубового стула. Броня, которую так и не снял после вчерашней вылазки, давила на плечи, на столе передо мной громоздилась стопка донесений от шпионов Ирен. С каждой новой сводкой масштаб разворачивающегося хаоса становился всё яснее. По мере обострения конфликта рупоры Консорциума «Шалин Гранд» решили пойти ва-банк, возложив всю вину за зверства, кровь и беспорядки на наш Теневой крестовый поход. Пропагандистская машина Малина работала на износ, распространяя тонны отборной клеветы, чтобы хоть как-то опровергнуть железобетонные доказательства их собственной гнили, которые люди Ирен предоставляли простому народу.
И, черт возьми, местами у них это неплохо получалось.
Я пробежался глазами по свежему отчету из Марогии. Во многих городах этой страны, да и в соседних королевствах, моё имя стало нарицательным, Искателя Артёма теперь проклинали в тех же выражениях, что и Иозула, бога темных деяний. Да что там, многие обыватели на полном серьёзе придерживались мнения, что наш Крестовый поход созван самим этим злым богом, а мы его обезумевшие от крови последователи.
— Вот же бред! — процедил я сквозь зубы, отбрасывая очередной лист.
Дальше больше. Некоторые особо впечатлительные даже пришли к убеждению, что все участники нашего похода были развращены Аккаром Пауком. Что мы стали столь же безнадежно злы, как ползучие создания этого жуткого божества, и что истреблять нас нужно аналогичным образом: огнем и мечом без капли жалости.
Весь континент Шалин буквально полыхал. Беспорядки охватывали всё новые города, с каждым днём становясь всё более обширными и неконтролируемыми. Единственным утешением в этой дерьмовой ситуации стала новость, что Консорциум, пытаясь удержать власть, наживал себе всё больше врагов. Золотая жила Малина иссякала, этот мерзкий гном больше нигде и ни на чем не мог нормально зарабатывать деньги. Торговый бойкот стал тотальным.
Мы, участники Крестового похода, привыкли действовать, располагая скудными средствами, а интерфейс Системы и жесткая экономия опыта давно приучили меня выжимать максимум из минимума. Но вот люди Малина не следовали за великой идей, они поклонялись лишь звонкому золоту, и как только поток монет иссяк, начался крысиный бег. Многие агенты и рупоры дезертировали из Консорциума еще до того, как наши штурмовые отряды или наёмники гильдии Истребителей смогли до них добраться. Кто-то просто исчезал, растворяясь в трущобах, другие трусливо ползли в Континентальную Коалицию, предлагая выдать все секреты в обмен на смягчение приговоров.
Но, несмотря на рушащуюся империю, сам Малин Медобрук оставался в глубокой тени. Эта толстая гномья крыса спряталась так надежно, что даже объединенные силы Коалиции не могли найти никаких следов его присутствия на своих территориях. Шпионы Ирен буквально землю носом рыли, но, увы, безрезультатно. Да, нам удавалось выслеживать и прищучивать отдельных высокопоставленных лидеров Консорциума, ломая их схемы и перекрывая кислород, но сам главарь скрылся, не оставив ни единой зацепки, не сделав ни одной ошибки.
До сегодняшнего дня.
Мой взгляд зацепился за последний документ в стопке, отмеченный красным сургучом особой важности. Я аккуратно вскрыл печать, кончики пальцев мазнули по плотной дорогой бумаге.
Узнать, что моё имя теперь ставят в один ряд с именами тёмных богов, было даже забавно, это тешило моё изрядно побитое циничное эго.
Пусть считают меня хоть дьяволом во плоти, лишь бы обходили Вольный за десять километров. Страх отличный щит для моей семьи.
Но всё это отошло на второй план, как только я погрузился в отчет.
Сердце забилось чаще, а усталость последних дней отступила, пропуская вперед обжигающий охотничий азарт. Наконец-то людям Ирен удалось получить нечто ценное. У нас появилась реальная зацепка, осязаемый след, ведущий к самому Малину.
Мои губы медленно растянулись в хищной улыбке, больше похожей на оскал. Нельзя дать этому ублюдку ни единого шанса скрыться.
Дни слились в бесконечный изматывающий марафон, состоящий из телепортов, переходов, пыльных дорог и душных шатров. Моё время дробилось на бесконечные встречи с послами, споры с капитанами гвардии, планирование новых вылазок и постоянную, выматывающую нервы проверку периметров безопасности. Из-за этого я привык засиживаться глубоко за полночь, вгрызаясь в стопки разведывательных сводок, которые скрупулезно собирала для меня Ирен.
Тишину походного шатра нарушал только глухой треск магического светильника да сухой шорох пергамента. Ночная прохлада уже пробиралась под плащ, но внутри меня всё ещё тлело напряжение минувшего дня. Я потер воспаленные глаза, чувствуя, будто под веки насыпали песка. Да, моя системная характеристика Выносливость поднялась до неприличных высот, но даже она не делала меня гребаным киборгом. Мозг требовал отдыха, а недосып копился, грозя вылиться в скрытые системные штрафы к восприятию и скорости реакции. Я даже начал таскать с собой целый арсенал зелий восстановления и стимуляторов выносливости, глотая их, как воду. Горьковатая, отдающая жженой травой и алхимическим спиртом дрянь обжигала горло и ненадолго прочищала мозги, но это был лишь временный костыль.
Сейчас мы находились в самом эпицентре бури, и я просто не имел права сбавлять темп. Знание в этом мире — не просто сила, а путь к выживанию. Чем больше данных я пропущу через себя, чем больше закономерностей выцеплю из этих сухих строк отчетов, тем точнее смогу направить наши следующие удары. Десять минут напряженной работы моего уставшего мозга сегодня — это завтра сотня спасенных жизней тех, кто мне доверился.
Я криво усмехнулся, глядя на очередную сводку. Если так пойдет и дальше, через пару недель Система наверняка подкинет мне галлюцинации в виде трехголовых единорогов и вопящих призраков, пляшущих у изножья моей кровати.
Единственным по-настоящему светлым пятном во всей этой кровавой неразберихе было то, что Малин до сих пор не послал новую армию на уничтожение Вольных Земель, и даже гильдейские убийцы не показывались на горизонте. Либо этот старый бородатый ублюдок исчерпал свои резервы и не решался открыто бросить вызов нашему Теневому крестовому походу, особенно пока с нами была Каира в своей устрашающей драконьей форме, либо сменил тактику. Зная Малина, я ставил скорее на второе. За десятилетия правления своей теневой империей, которая на моих глазах мутировала в открытую тиранию, он явно усвоил, что бить из
