– И много у вас было невест под прикрытием?
– Вы – единственная. Это мой первый отбор, – сказал Каилан с невеселым смешком. Кожи коснулась прохлада металла. Теплые пальцы принца скользнули вдоль шеи, задержавшись на уровне замочка.
– Что здесь происходит? – раздался недовольный голос Эррана. Причем прозвучал он все от того же тайного хода.
Мы вместе с принцем обернулись к нему.
– Я всего лишь позаботился о том, как леди Камали будет выглядеть на балу. Платье есть, а подходящих украшений нет? Ведь ты наверняка не озаботился драгоценностями к нарядам леди, – голос Каилана прозвучал с нескрываемой издевкой. – Или… братец, только не говори, что ты не знал! К каждому наряду нужны свои украшения. Подходящие.
Эрран быстро отвел руку за спину, но я успела заметить. В его руках тоже была коробочка. Бархатная. Как раз такая, в каких обычно преподносят драгоценности. Неужели?
– Меня гораздо больше удивляет другое, – заметил он мрачно. – С каких это пор ты у нас стал настолько внимательным?
– Может быть, с тех пор, как у нас появилась Камали? – предположил младший принц небрежно. Взяв меня за руку, он поднес ее к губам и легонько коснулся кожи. Впрочем, взгляда при этом не сводил со своего брата. А по пути свободной рукой достал из коробочки, которую примостил на столике трюмо, браслет и надел мне его на запястье.
– Кто бы мог подумать, что леди Камали так благотворно воздействует на твою мыслительную деятельность.
– Еще бы! Леди Камали очень важна и полезна, – ухмыльнулся Каилан.
Несколько секунд братья прожигали друг друга взглядами. Каилан смотрел нагло и с вызовом. Эрран – все так же мрачно и с раздражением.
– Надеюсь, мне не нужно напоминать, что появляться на балу вместе с леди Камали тебе нельзя? Ты ведь понимаешь, что в этом случае ее возненавидят, примут за соперницу, которой удалось первой заинтересовать тебя.
– Я прекрасно об этом помню, – ухмыльнулся Каилан. – Не беспокойся. На глазах у всех я не буду уделять Камали особое внимание. А вот когда никто не видит…
– И что тогда? Пока никто не видит.
– Пока никто не видит, я могу проявлять свои симпатии как пожелаю! – торжественно объявил Каилан, с улыбкой наблюдая за бешенством брата.
– Надеюсь на твой здравый смысл! – рыкнул Эрран и сгинул. То есть в потайной ход обратно залез.
– Каилан, вы используете меня, чтобы досадить брату? – я повернулась к принцу.
– Есть такое, признаю, – он широко улыбнулся. – Но я действительно хотел вам помочь и эти украшения принес потому, что думал о вас, не о том, как бы досадить. Я даже не предполагал, что Эрран догадается принести вам украшения. Вот и решил выручить перед балом.
– Благодарю. Академия позаботилась обо мне, но увы, для отбора этого мало.
– Понимаю-понимаю, достаточно насмотрелся на наших леди. Вы столько внимания придаете деталям.
– Все ради мужчин, – я улыбнулась. – Кстати говоря. Раз уж зашел разговор, какие женщины вам нравятся?
– О, решили кому-то помочь на отборе? У вас появилась своя протеже? – заинтересовался принц.
– Пока еще нет. Но, возможно, появится. На основе той информации, которой вы со мной поделитесь.
– Почему бы нет, – Каилан пожал плечами. – Только вряд ли смогу особо помочь с выбором для меня невесты. Я люблю разных женщин. Самых разных. Сегодня мне могут нравиться юные скромницы, завтра – дерзкие и раскрепощенные. Так что подойдет любая. В целом. Лишь бы… – он хмыкнул, – по сердцу пришлась.
Что-то я сомневаюсь, что речь в данном случае о сердце. Каилан и сам не верит, что может испытывать серьезные чувства. По нему же видно, как любит он свободу и как тяготит его отбор, только все это принц скрывает под напускной бесшабашностью и веселостью.
– Вы, кстати, не против, Камали, если мы разыграем перед моим братом небольшой спектакль?
– Это какой? – с подозрением уточнила я.
– Притворимся, будто из всех невест я заинтересовался именно вами! Позволите?
Я была настолько потрясена, что позволила принцу снять с меня серьги, выданные еще в академии, и вдеть в уши драгоценности, принесенные им. Наши лица при этом оказались очень близко. Настолько, что я смогла различить серые искорки в голубых глазах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Конечно, я понимаю, что при других невестах этого делать нельзя. Я не собираюсь вам вредить, а ваша легенда о влюбленности в Эррана для невесты под прикрытием подходит идеально. Однако когда этого не видят остальные, зато видит Эрран, почему бы не поиграть? Пусть понервничает!
– Почему вы согласились на этот отбор?
Ведь бесится, что Эрран заставил его! Но по какой-то причине продолжает издеваться, а от самого отбора отказаться не может. Как правило, отборы все же созываются, когда принц готов выбрать спутницу жизни.
Каилан перестал улыбаться, сразу посерьезнел.
– Мне пришлось, Камали. Я не могу рассказать вам всего, но это была необходимость. Не беспокойтесь, вашей работы это ни в коей мере не коснется. Отбор самый настоящий. А вы здесь – невеста под прикрытием. Но, раз уж мы оказались заложниками этой ситуации, почему бы не потрепать нервы моему брату?
– То есть, получается, когда мы втроем, вы будете изображать ко мне искренний интерес? Который вы из беспокойства обо мне и моей работе не можете проявить на глазах у всех. А я буду принимать ваши ухаживания, когда мы, опять же, втроем, и изображать влюбленность в Эррана, когда это видит кто-нибудь из невест, их служанка и вообще все остальные?
– Да, Камали! Вы все схватываете налету, – обрадовался Каилан.
Что ж, идея, пожалуй, не лишена смысла. Еще больше возможностей для доведения Эррана до нервного срыва! Мне ведь нужно, чтобы он бдительность потерял. Но соглашаться на предложение сразу? Так можно упустить кое-какую выгоду.
– Пожалуй… это интересно, – я изобразила, будто задумалась. Давайте, Ваше Высочество, уговаривайте меня.
Он не заставил себя долго ждать и тут же добавил:
– Эрран вам досаждает. Постоянно требует невозможного, ругает не по делу. Разве это не раздражает? Не хочется справедливости?
– О, справедливости хочется всем, но ее так трудно добиться. Уж точно не игрой на нервах, – я иронично улыбнулась. – Впрочем, предложение интригует. Вы правы, мне неприятно подобное отношение Эррана ко мне. Но… давайте учтем и мою легенду, которая, как вы верно заметили, очень поможет в работе. Я предлагаю сделку. Я подыгрываю вам, а вы… снабжаете меня информацией.
– Позвольте предположить… речь не о тайнах королевской семьи? – Каилан улыбнулся.
– Если только к тайнам не причисляются предпочтения старшего принца! – торжественно заверила я.
– Какое упущение! Но поскольку это действительно пока не приравняли к тайнам королевской семьи, ничто не помешает мне заключить с вами сделку. Я согласен, Камали.
Принц поцеловал мою руку, многообещающе улыбнулся и поспешил к тайному ходу.
– Постойте!
– Да? – он обернулся.
– Вы уверены, что Его Высочество Эрран не слышал наш разговор?
– Ах да. Уверен. – Каилан вернулся ко мне, внезапно стянул с пальца крупное кольцо с синим камнем и вложил мне в руку. – Магическое, оно может подстроиться под вас, так что не переживайте о размерах. Когда камень синий – это значит, что никто посторонний не слышит наш разговор. Если начнет отливать фиолетовым, значит, кто-то, помимо нас, тоже слышит. Но кольцо работает только когда секретничают двое. При разговоре троих и больше оно всегда отливает фиолетовым.
– Понимаю, – я кивнула. – Благодарю, Каилан. Это ценный дар.
– Вам, как невесте под прикрытием, пригодится.
Принц снова улыбнулся и на этот раз действительно покинул комнату через тайный ход. Я в задумчивости посмотрела на кольцо. Надеть или нет? Я ведь не могу быть уверена, что его свойства ограничиваются именно теми, которые обозначил Каилан. Да и с чего бы ему отдавать мне столь ценный артефакт?! А ведь артефакт на самом деле ценный. В нашем мире любые артефакты ценны. И все ради шалости, издевательств над братом? Здесь определенно творится что-то странное. И мне придется в этом разобраться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
