Однако потом у кого-то возник вопрос, есть ли у правительства резервы наличных денег на случай длительного продолжения беспорядков? В Минфине никогда не было наличных денег, а наши попытки дозвониться в Центробанк В. Геращенко в ту ночь не увенчались успехом. Там все как будто вымерли начальство найти не удалось.
Тогда мы связались с некоторыми коммерческими банками, в которых были тогда размещены счета правительства, и попросили привезти наши деньги наличными на Старую площадь. Некоторые банки (например, "Мост-банк") очень быстро откликнулись. В. Гусинский даже просил Черномырдина дать им оружие он был одним из тех, кто не собирался отсиживаться в кустах (служба безопасности "Моста" насчитывала тогда сотни людей и могла, в случае необходимости, представлять серьезную силу).
Мой заместитель позвонил тогда же руководству Гознака (фабрика по изготовлению денег), но там ему ни о чем договориться не удалось, поскольку Гознак по вопросам наличных денег работал исключительно с Центробанком.
Учитывая прямое указание премьер-министра и кризисную ситуацию, я взял на себя ответственность и дал письменный приказ Гознаку выдать десять миллиардов рублей, за которыми поехал на своих "Жигулях" с двумя автоматчиками заместитель министра А. Вавилов. Деньги были сданы в аппарат Черномырдина. Сразу после окончания событий все деньги до единой копейки были возвращены Гознаку – слава Богу, они не потребовались.
Зная это, мне смешно было слышать на протяжении двух лет лживые измышления коммунистов о том, что Егор Гайдар в тот момент якобы взял государственные деньги и раздал их сторонникам исполнительной власти.
Одновременно было документально подтверждено, что руководитель Центрального банка В. Геращенко по нескольким чекам (есть их номера) выдал Белому Дому сотни миллионов наличных рублей. Деньги эти весьма патриотично раздавались защитникам парламента и использовались для поддержания политической напряженности.
Кстати, в тот момент было достаточно различных свидетельств о том, что Центробанк в лице В. Геращенко активно сотрудничает с Верховным Советом. То есть просто-напросто выступает против Президента. Тем не менее, при непонятной для меня поддержке Черномырдина и вопреки настояниям со стороны Чубайса и Гайдара, В. Геращенко вновь усидел в своем кресле, хотя ряд других проштрафившихся политиков (например, тогдашний генеральный прокурор В. Степанков) потеряли свои должности. Такое попустительство явилось большой политической ошибкой.
На следующий день (4 октября) конфликт был печальным образом разрешен. На мой взгляд, при наличии политической воли и необходимого профессионализма, вполне можно было бы избежать стрельбы и крови.
Единственным, в той или иной степени, положительным результатом всех этих событий стало подписание в октябре 1993 года В. Черномырдиным нескольких важнейших экономических решений, многие из которых подготавливал я и активно поддержал Гайдар. Среди этих решений наиболее важными были:
Полный отказ от всех субсидированных кредитов(в том числе и для сельского хозяйства).
Либерализация цен на хлеб.
Либерализация цен на зерно.
Надо сказать, что все эти решения с политической точки зрения дались крайне тяжело, особенно решение отпустить цены на хлеб. У Черномырдина, как и у всех советских в недалеком прошлом политиков, была боязнь хлебного вопроса. Все помнили скандал при Н. Рыжкове, когда рост цен на хлеб вызвал возмущение населения и очереди в магазинах. Хлеб в России традиционно занимает весьма большой удельный вес в рационе питания, и потому имеет крайне важное политическое значение.
Премьер-министр сильно нервничал и переживал, подписывая это важное решение. Когда же вслед за этим постановлением не последовало никаких волнений и бунтов, у него отлегло от сердца.
А уже через год аграрный вице-премьер А. Заверюха начал хвалиться, что теперь Россия может обойтись без импорта зерна, хотя именно такие как он и довели сельское хозяйство России до ужасающего состояния. (В 1998-1999 гг. главный аграрник правительства Примакова Г. Кулик всячески старался возродить импорт зерна, который всегда был источником коррупции и позором России.)
Однако радость наша была преждевременной – очень скоро выяснилось, что отсутствие парламента вовсе не обязательно способствует ускорению экономических реформ. Напротив, проблем стало больше.
Здесь уже говорилось о странной особенности последнего десятилетия: как только в стране возникают благоприятные условия для реформ, у власти пропадает всякое желание их проводить (август 1991 года, референдум, победа на президентских выборах 1996 года, получение больших кредитов от МВФ и т. д.). Точно так же и в 1993 году отсутствие политического противовеса привело к тому, что желание заниматься реформами стремительно пошло на убыль.
Многократно усилилось негативное давление на правительство со стороны части президентского окружения, благодаря чему стремительно начали расти непроизводительные расходы на исполнительную власть, наиболее одиозные примеры которых – ремонт Белого Дома и здания Госдумы, где на сторону, как мне думается, утекли десятки миллионов долларов.
Я как-то разговаривал с одним иностранцем-поставщиком материалов для ремонта здания Госдумы, и он мне сказал, что в его стране таких правительственных хозяйственников, как наши, давно бы повесили на ближайшем столбе. Имелись в виду широко разрекламированные проекты реконструкции Белого Дома, Госдумы, Кремля с привлечением подчас весьма сомнительных фирм типа швейцарской компании "Мабетекс". Денег не жалели, мебель возили самолетами даже из Канады, но при этом не менее половины отпущенных средств, по всей видимости, осело в карманах жуликоватых чиновников. Уже через год послышались жалобы, что внешне красивый интерьер в зданиях правительства и парламента ветшает на глазах.
Я не удивился, когда пресловутый "Мабетекс" оказался замешан в незаконных финансовых выплатах и выдаче кредитных карточек людям из "семьи" Бориса Ельцина. Причем эти взятки были скрупулезно задекларированы в Швейцарии с целью уменьшения налогового бремени.
Что касается реформ, то они все больше и больше увязали в трясине чиновничьей бюрократии, а вскоре началось и новое спланированное вытеснение реформаторов из правительства. Так что победа исполнительной власти над парламентом не дала тех плодов, на которые искренне надеялись настоящие демократы, вышедшие в октябре 1993 года на улицу для защиты своих идеалов и принципов. Победой на этот раз в значительной мере воспользовались казнокрады и беспринципные бюрократы.
ГЛАВА 13
Президентские выборы 1996 года
Еще в январе 1996 года популярность Бориса Ельцина практически равнялась нулю (он был, кажется, на шестом месте в рейтингах), в то время как Григорий Явлинский гордился едва ли не первым местом. Мне лично тогда стало ясно, что именно Ельцин должен победить и мы обязаны ему в этом помочь. Поэтому я и согласился стать его доверенным лицом.
Когда в январе 1996 года в Нью-Йорке я рассказывал иностранным инвесторам о предстоящей победе Президента Ельцина, на меня смотрели, как на сумасшедшего. Что к чему инвесторы разобрались только к апрелю и тут же начали скупать российские ценные бумаги. Между тем мои соображения основывались на следующем:
Борис Ельцин, при всех своих многочисленных недостатках, мог определенно гарантировать противодействие попыткам коммунистического реванша в стране;
для многих людей было существенно, что, будучиизбранным на новый срок, в следующих выборах Ельцин участвовать уже не будет, то есть брезжил свет вконце туннеля;
по своему типажу Ельцин был единственным, болееили менее приемлемым, кандидатом из всех, кто могнайти ключ одновременно и к интеллигенции, и к простым людям;
люди с большими деньгами должны были поставить на действующего президента, так как он, в принципе, не слишком мешал им заниматься своими делами;
другие приемлемые кандидаты при подробном анализе их электоральных шансов явно не могли набратьбольшинства голосов.
Именно по этим причинам за Бориса Ельцина проголосовали многие российские граждане, которые в действительности относились к нему не лучшим образом. Именно поэтому столько людей с различными политическими взглядами и убеждениями объединились, чтобы помочь ему выиграть на выборах. Из всех реальных кандидатов действующий Президент оказался самым приемлемым. Остальные были еще хуже.
Я несколько раз посещал штаб Ельцина в Президент-отеле и участвовал во встрече с Президентом его "доверенных" лиц. Большого впечатления на меня это не произвело. Однако колоссальные деньги сделали свое дело, да и сам Президент, несмотря на очевидные проблемы со здоровьем, проявил бешеную активность. Все это вместе помогло переломить ситуацию и позволило Ельцину победить на президентских выборах коммуниста Геннадия Зюганова.
