Распространенные определения конверсионных расстройств — это ипохондрия или фраза «это все лишь у тебя в голове». Страдая от конверсионного расстройства, человек испытывает настоящие симптомы болезни, но причины их явно не физического свойства.
«У таких пациенток нет физических проблем, — пояснил доктор Ричмонд, — но тем не менее мы должны отнестись к тому, что происходит с этими женщинами, серьезно. Эти симптомы могут вызываться неким нарушением в мозге, причиной которого стали негативные воспоминания или отклонения от нормы в работе нервной системы. Если вы неоднократно подвергались насилию, у вас может выработаться поведенческая реакция на это действие. Вы можете отстраняться и чувствовать себя так: “Кто-то что-то делает с чьим-то телом, но это не мое тело”».
По словам доктора Ричмонда, такая реакция на угрозу нападения и насилия может сохраниться на всю жизнь.
Я рассказала ему, как отразились на женщинах жестокие изнасилования в Сьерра-Леоне, и о том, что из-за подобных травм в мозг прекращает поступать допамин. Я объяснила, что хотела бы понять, оказывает ли сексуальное насилие физическое влияние на женский мозг и если да, то какое?
«Я бы поспорил, — сказал он, — с тем, что после травмы именно мозг воздействует на тело. В результате таких нападений, как в Сьерра-Леоне, происходит прямое повреждение тазового нерва от вагинальных травм, но мозг влияет на весь организм уже после этого, словно отдельно от этой основной травмы. На Западе вы можете наблюдать проявление таких же симптомов у женщин, пострадавших от сексуального насилия, но в менее выраженной форме. Поведение — ответ на все: если кто-то травмирует вас, это отражается на вашей зрительной и слуховой системах. Они взаимосвязаны, и ваш мозг постоянно вырабатывает новые реакции на полученную травму».
Я задала вопрос по-другому: «Значит, я не ошибусь, если скажу, что мозг женщины травмируется физически, если ей нанесли сексуальную травму, даже если никакого “насилия” не было?» — «Да, — ответил он. — Думаю, что-то подобное и происходит. — Он ненадолго задумался. — У меня была одна пациентка, которая подверглась сексуальному насилию в детстве. Став взрослой, она с отвращением реагировала на некоторые звуки; это состояние, которое называется мисофония — спонтанная эмоциональная реакция на определенные звуки. Представьте себе, что вы чувствуете, когда кто-то водит пальцами по школьной доске… У людей с этим расстройством щелканье, жевание или другие звуки могут вызывать невыносимые, резкие эмоции. Расстройство этой взрослой женщины может быть следствием сексуального насилия, которому ее подверг в детстве отец. Она помнит, как он стоял в углу, производя эти звуки, и они связаны у нее в памяти с жестоким обращением».
В ответ на это я рассказала ему о неразрешимой проблеме, которая беспокоила меня так долго, — о восстановлении женщин после изнасилования. Ведь очень многие из них, даже пройдя курс терапии, тяжело переживают психологические последствия изнасилования. И если раньше у них все было в порядке, то теперь даже с надежными, заботливыми, любящими партнерами они уже не могут наслаждаться сексом, как раньше.
«Итак, — спросила я доктора Ричмонда, — можно ли объяснить нарушением работы вегетативной нервной системы после сексуальной травмы то, что я наблюдала у жертв изнасилования? То, что в результате пережитого у них могут быть проблемы с сексуальным возбуждением и получением удовольствия отчасти потому, что в этой системе произошли реальные физические изменения из-за травмы?» — «Может ли изнасилование или жестокое обращение во время секса периодически вызывать изменения или стать причиной постоянных нарушений в работе вегетативной нервной системы? Возможно, да, и об этом все чаще пишут. Из-за особенностей системы некоторые люди могут быть более подвержены таким реакциям. Вполне возможно, что часть женщин и мужчин устойчивее к посттравматическому синдрому, чем другие, в ситуациях, когда возможны повреждения вегетативной нервной системы в результате сексуальных травм. Но какой бы вывод вы ни сделали, совершенно очевидно одно: когда люди попадают в экстраординарные, выходящие за обычные рамки ситуации, это сказывается на наиболее уязвимых из них и затрагивает вегетативную нервную систему».
Действительно, другие недавние исследования подтверждают, что в мозге женщин, пострадавших от изнасилования или жестокого сексуального обращения, особенно в детском возрасте, наблюдаются поразительные физически измеримые отличия по сравнению с женщинами, которые не были изнасилованы, а именно: изменение размера и функциональности гиппокампа, а также различия в уровне кортизола [3].
Другими словами, если вы изнасиловали женщину (возможно, это относится и к мужчинам, хотя в исследовании участвовали именно женщины) или надругались над ней, когда она была ребенком, вы можете изменить ответные реакции ее тела — возможно, на всю оставшуюся жизнь: поселить в ней страх, заставить острее реагировать на стресс, вызвать в ней отвращение к близким отношениям. Ее реакции на окружающий мир изменятся на уровне нейронных тканей, что в случае нарушений в гиппокампе может даже лишить ее способности управлять краткосрочной памятью.
По крайней мере у одной из пациенток доктора Ричмонда были проблемы с голосом, связанные с сексуальной травмой. «У меня был очень интересный случай, — сказал он мне. —
У пациентки наблюдались случаи “экспрессивной афазии”: в течение долгого времени она не могла говорить. Она пострадала от жесточайшего насилия в возрасте до двух лет, то есть на довербальном этапе, и, став взрослой, в состоянии стресса возвращалась к этому этапу» [4].
Масштабное исследование подтвердило, что многие проблемы со здоровьем, на первый взгляд не связанные с изнасилованием, вызываются именно его последствиями. Согласно отчету Рони Рабин, опубликованному New York Times, примерно одна из пяти американок заявила, что подвергалась сексуальному насилию. Рабин отмечает множество проблем со здоровьем, которые могут последовать за изнасилованием. В опросе, проведенном при поддержке Национального института юстиции и Министерства обороны, приняли участие 16507 человек. В трети случаев женщины говорили, что становились жертвами изнасилования, избиения, преследования. Изнасилование было определено в этом исследовании как «завершенное принудительное проникновение, принудительное проникновение под влиянием наркотиков или алкоголя или попытка принудительного проникновения». Согласно этому определению, «1,3 млн американских женщин ежегодно становятся жертвами изнасилования или попыток изнасилования» (согласно данным того же исследования, среди мужчин изнасилованию подвергается один из 71). «Подавляющее большинство женщин, которые заявили, что стали жертвами сексуального домогательства, изнасилования или преследования, сообщали о симптомах посттравматического стрессового расстройства».
Сексуальное насилие может стать причиной самых разных, даже, казалось бы, не связанных с ним проблем со здоровьем. Среди женщин, которые подвергались жестокому сексуальному обращению, более распространены астма, диабет, синдром раздраженного кишечника, головные боли, хронические боли, нарушения сна, ограниченная подвижность и плохое физическое здоровье в целом, а также чаще встречаются расстройства психики. Эта связь между сексуальным насилием и хроническими проблемами со здоровьем подтверждается и исследованием, проведенным Лизой Джеймс, которая работает в некоммерческой организации «Будущее без насилия». По ее данным, также можно предположить, что даже однажды совершенное сексуальное насилие может оказывать устойчивое влияние на жертву, вызывая, казалось бы, не связанные с ним проблемы со здоровьем [5].
Так чем же объясняются изнасилования — сексуальной агрессией или неврозом у мужчин? И может ли изнасилование как постоянная составляющая культуры на протяжении времен, в дополнение к другим способам или вместо них, использоваться для «перепрограммирования» женщин на физическом уровне, чтобы они чувствовали себя менее храбрыми, менее сильными и защищенными и не имели развитого чувства собственного достоинства?
Далее я расскажу о моем общении с гуру тантрического секса Майком Лусадой, остеопатом Кэтрин Кэйкалс, о книге целительницы Тами Кент [б] и об интервью с моим гинекологом доктором Коди. Все они будут рассказывать о сокращении мышц влагалища в результате травмы, которое доктор Коди определит как вагинизм, Лусада будет говорить об «узлах» в мышцах жертв изнасилования, а Кент отметит, что сокращения могут вызвать другие нарушения в остальных частях организма, и расскажет, что испытывающие их женщины, которые считают, что они «зажаты» эмоционально, часто в прошлом подвергались постыдным для них сексуальным действиям или жестокому обращению.
