— Почему? — сердито спросил тот. — Мы доплывём до бухты, о которой я вам говорил, и с одной мачтой. Там мы остановимся для ремонта, а вы, дорогая сеньорита, продолжите путь по суше под покровительством других людей.
Девушка и виду не подала, насколько её огорчило это известие. Но, может быть, потеря мачты хотя бы отдалит день прихода в бухту? Кто знает, какой благоприятный случай может за это время подвернуться?
Матросы целый день приводили люгер в порядок, и Адель только раз вышла на палубу подышать свежим воздухом и осмотреться. Судно стояло на якоре недалеко от скал.
— Шторма не предвидится, — раздался за спиной девушки голос сеньора Хосе. — Плохо бы нам сейчас пришлось в шторм.
Он обращался не к своей пленнице, а к одному из матросов, но Адель жадно ловила каждое слово любого человека на борту.
— Лучше бы сразу поставить новую мачту, сэр, — обратился к нему Джон. — Можно было бы установить хотя бы временную.
— Помалкивай, пока к тебе не обратились за советом, — грубо посоветовал помощник капитана. — Нам нельзя задерживаться даже на день.
— Позвольте спросить. сэр, куда идёт это судно? — вновь заговорил Джон.
Сеньор Хосе повернулся к нему спиной, а озадаченный моряк отошёл было, но, увидев, что на палубе появился капитан, приблизился к нему.
— Сэр, — заговорил он с достоинством, которое не слишком вязалось с его внешностью, — позвольте спросить вас, куда вы идёте и где вы предполагаете меня высадить? Моё судно потерпело крушение, а мне надо сообщить подробности этого бедствия его владельцу, ведь на нём погиб его сын.
— Друг мой, — ответил дон Педро довольно любезно, — я сочувствую горю отца, потерявшего сына, но надеюсь, что ты не откажешься побыть с нами несколько дней, пока мы не приведём "Бесшабашного" к песчаной косе, где нас ждут и окажут помощь. Там ты и покинешь нас. Теперь, когда у меня осталось всего четыре матроса, твоя помощь будет бесценна.
— Буду рад послужить вам до прихода на место, капитан, — отозвался Джон, вновь принимаясь за дело.
Адель не знала, какой вывод сделать из услышанного. Неужели дон Педро хочет отпустить спасённого моряка? Или, может, он собирается и его передать торговцам людьми?
Уходя с палубы, она оглянулась и увидела, что капитан и два матроса осматривают место, где ещё вчера красовалась носовая фигура.
Утром весь экипаж был встревожен рассказом двух вахтенных, утверждавших, что слышали ночью стук на мачте. Адель удивилась переполоху, который вызвало это известие. Матросы осматривали мачту и реи, словно чего-то искали.
— Что случилось, дон Педро? — не выдержала Адель.
Капитану было не до любопытной девушки, которую он вёз продавать, но он сам установил такой порядок, что она на время считалась пассажиркой, поэтому он разъяснил:
— Ночью слышали стук на мачте, сеньорита?
— А кто стучал? Дятел?
Дон Педро решил набраться терпения.
— Не дятел. Так стучит своим деревянным молотком Клабаутерманн.
— Кто? — не поняла Адель.
— Клабаутерманн. Это добрый дух судна. Своим стуком он предупреждает о какой-то неисправности. Мои матросы её ищут.
Моряки ощупали каждую деталь крепления мачт и реев, осмотрели каждую снасть, но ничего не обнаружили. На всякий случай решено было плыть не под всеми парусами, а лишь под нижним. Однако ночью вновь послышался стук. И капитан, и его помощник, и вся команда до последнего человека собрались на палубе. Адель, привлечённая топотом ног, тоже присоединилась к морякам. Наверху слышался явственный стук дерева по дереву.
Лица собравшихся людей были сосредоточены и тревожны.
— Надо идти к берегу, — раздались сначала неуверенные, а потом уж требовательные голоса.
— Мы не пристанем к берегу здесь, — резко сказал дон Педро. — Мы доплывём до места, а там уж исправим все повреждения.
— Клабаутерманн уже вторую ночь предупреждает нас об опасности, — возразил один из матросов.
— Мы не можем не послушаться Клабаутерманна, — вторил его товарищ.
— После того, что случилось позапрошлой ночью, нельзя пренебрегать явным предупреждением об опасности, — сказал третий матрос.
— На нашем люгере стали твориться непонятные вещи, — взволнованно говорил матрос, стоявший на вахте в ночь появления деревянного человека. — Мой друг уже погиб. Мы не хотим погибнуть вслед за ним.
Сеньор Хосе попробовал уговорить своих людей.
— Вы осмотрели всю оснастку, — сказал он, — но не нашли неисправности. Неужели вы поддадитесь нелепым страхам и перестанете верить собственным глазам?
— Мы собственными глазами видели ожившую носовую фигуру, — возражали ему. — Теперь мы верим любому предупреждению.
Как ни пытались дон Педро и его помощник переубедить людей, однако были вынуждены согласиться пристать к берегу и заняться детальным осмотром судна.
Адель обрадовалась этому решению, рассчитывая, что, пока все будут заняты работой, она ускользнёт от торговцев людьми.
Утром люгер пристал к песчаному берегу. Девушка оглядела местность и поняла, что едва ли ей удастся сбежать. Песок переходил в луга, где спрятаться было негде.
Матросы занялись детальным осмотром судна и даже поменяли некоторые части такелажа. Адель на всё время стоянки надёжно заперли в каюте. Девушка могла лишь смотреть в крохотное оконце на недоступный берег.
Однажды Адель увидела за окном несимпатичное, заросшее рыжеватой щетиной лицо спасённого моряка Джона. Он оглянулся и сделал девушке знак приблизиться.
— Что здесь происходит? — быстро спросил он тревожным шёпотом.
— Это торговцы людьми, — ответила Адель. — Меня хотят продать.
Моряк исчез, и девушка не знала, какое впечатление произвело на него это известие. Если это пират или контрабандист, то едва ли ей следует ожидать от него помощи. На всякий случай она караулила у окна, надеясь, что он вновь появится, но её ожидание было тщетным.
Два дня простоял "Бесшабашный" у этого бесплодного и безлюдного берега, а потом продолжил свой путь.
Вновь получив свою относительную свободу, Адель вышла на палубу, где вместо сломанной мачты была установлена небольшая временная мачта. Жизнь на судне не изменилась. Матросы несли вахту, стояли у руля, выполняли какие-то непонятные для непосвящённого, но необходимые работы или по очереди отдыхали. Джон не обращал на девушку никакого внимания, даже когда ему доводилось проходить совсем рядом с ней. По-видимому, он стал совсем своим на этом преступном судне, потому что легко и свободно расхаживал повсюду, держась, впрочем, в стороне от кают, и с матросами завёл самые дружеские отношения. Девушке он был отвратителен. Она не сомневалась, что этот человек скоро войдёт, если уже не вошёл, в команду дона Педро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
