— Солонины и бобов тоже достаточно, — уточнил Джон. — Нам не нужно будет приставать к берегу для поиска провизии. Похоже, мы полностью готовы к плаванию.
"Бесшабашный" приблизился к берегу с ослепительно-желтым песком и принялся огибать выступающий в море мыс. Адель упросила Джона научить её стоять у руля, справедливо указав, что без помощника ему будет трудно управлять судном. Но, похоже, это было единственное, помимо приготовления еды, дело, к которому она была пригодна. Она попробовала помочь Джону тянуть трос, но оказалась лишь помехой в этом деле.
Джон остался жить в кубрике, где теперь было просторно. Обедали они чаще всего в кают-компании, а так как плавание проходило спокойно, ветер был попутным и ровным и не поднимал волнения на море, то за четыре дня они совершенно освоились на люгере, на котором стали единственными обитателями.
На пятый день поднялся туман, и видимость была сильно ограничена. Они плыли мимо еле различимого берега, но Джон выяснил по карте, что глубина здесь значительная и подводных камней нет, поэтому смело вёл судно вперёд. Затем туман стал сгущаться, и к вечеру нельзя было различить даже собственную вытянутую руку.
— Мне это совсем не по душе, — сообщил Джон. — Скоро надо будет пройти между берегом и большой скалой, а я не вижу собственного носа. У скалы камни навалены в воду, словно брызги от отряхнувшейся собаки. Как в таком тумане не наскочить на какой-нибудь из них? И хочется отойти подальше от дона Педро с компанией, но, видно, придётся встать на якорь и ждать более подходящей погоды. Ты не возражаешь, Адель?
— В таких вопросах моего мнения лучше не спрашивать, Джон, — призналась Адель. — Я ничего не смыслю в морском деле. И сразу предупреждаю, что хотя и предпочитаю не давать советов, но если всё-таки не удержусь, то прежде хорошенько всё обдумай, чем следуй им. Ты сейчас капитан, Джон, поэтому командуй мной, как считаешь нужным.
— Не капитан, а захудалый шкипер, — рассмеялся моряк. — Ну, так и быть, отдаю приказ. Убрать паруса, матрос Иоганн! Есть, сэр!
И Джон самолично убрал паруса.
— Отдать якорь, матрос Жан! Есть, сэр!
И Джон поставил люгер на якорь.
Девушка смеялась, глядя как Джон сам себе отдаёт приказы и сам же их выполняет.
— При чём здесь Иоганн и Жан? — не поняла она.
— Видишь ли, Адель, у каждого шкипера должна быть команда, — объяснил он. — Вот и у меня есть команда, а в ней матросами Иоганн, Жан и Иван. Ведь в Англии я Джон, в Германии — Иоганн, во Франции — Жан, а в России — Иван. Вот и выходит, что я и шкипер и три матроса в одном лице.
Сначала вынужденная остановка не тревожила Джона, но затем он стал опасаться, что дон Педро со своей командой догонит их и, пользуясь туманом как прикрытием, подплывёт к ним и захватит судно.
— Конечно, сейчас он нас не видит, — рассуждал моряк, — но он мог выследить нас ещё раньше, следуя вровень с нами по берегу.
Туман заглушал все звуки, так что было бесполезно прислушиваться, не плеснёт ли вода под веслом. Уши словно заложило ватой, а глаза устали от однообразной белой пелены. Адель совершенно ослепла и оглохла. Так продолжалось пять бесконечных дней.
На шестой день туман не уменьшился. Мореплаватели позавтракали, позволив себе для улучшения настроения съесть ветчину и кофе со сдобными сухарями сеньора Хосе. На палубе делать было нечего. Из-за плотной белой пелены невозможно было сделать и шагу без риска обо что-то споткнуться или запутаться в каких-то снастях. Девушка хотела было уйти в кают-компанию, но в это время ей послышался непонятный звук, словно кто-то не то фыркнул, не то чихнул.
— Джон! — позвала она. — За бортом кто-то есть.
Незамедлительно подошедший моряк прислушался. Сначала было тихо, а затем раздался низкий звук вроде стона.
— Я уже столько чудес повидал на этом судне, что не удивлюсь, если это окажется сам морской дьявол, — признался Джон. — На всякий случай у меня с собой пистолет и гарпун.
— Помогите!
Какое-то существо с грубым голосом было в воде возле самого люгера и звало на помощь.
— Кто здесь? — спросил Джон, не подходя, впрочем, к борту.
— Я морж. Меня сильно ранили, и на запах крови сюда скоро приплывут акулы. Они разорвут меня на части.
— Сейчас я втащу тебя на борт, — пообещал моряк.
Он куда-то сбегал и вернулся. Что он делал, Адель не видела, но слышала искажённые туманом скрип, постукивание, словно что-то где-то прикрепляют.
— Адель, я лезу за борт и прилажу канаты для подъёма моржа, — прозвучал голос Джона.
— Прошу тебя, будь осторожен, — попросила Адель.
Её слова не могли помочь делу и были, в сущности, бесполезны, потому что моряк и сам знал, что и как делать, но что ещё она могла сказать?
— Не беспокойся, — ответил Джон.
Он долго не возвращался на палубу, и Адель напряжённо прислушивалась, но кроме голосов Джона и моржа ничего не было слышно.
— Теперь поднимаем, — сообщил моряк, взобравшись на палубу.
Что-то заскрипело, вероятно, подъёмный механизм, наскоро сооружённый Джоном.
— Тяни его на себя, Адель, — велел моряк.
Адель, только подойдя к самому борту, различила какую-то большую массу, схватилась за верёвку и потянула на себя.
— Он уже над палубой? — спросил Джон.
— Да, — ответила девушка.
— Продолжай придерживать его над палубой.
Адель почувствовала, что груз опускается у её ног.
— Хорошо, что успели до появления акул, — жизнерадостно объявил Джон, возникая из тумана. — Теперь развяжем тебя и осмотрим рану… Эк тебя угораздило! Словно топором.
— Топором и есть, — подтвердил морж. — Я грелся на солнце на берегу и не заметил людей. Они накинулись на меня, отрезали путь к воде и хотели убить. Они били меня палками, а один напоследок ударил топором. Сам не знаю, как мне удалось уйти.
— И как ты не побоялся подплыть к нам и позвать на помощь? — удивилась Адель.
— Я знаю людей, которые на меня напали, — объяснил морж. — Они с этого судна. Я решил, что если они там, то здесь должен быть кто-то другой. Мне было уже всё равно, вы ли меня убьете или меня разорвут акулы.
Глаза у моржа были очень красивые и похожи на человеческие, а смотрели они умно и кротко, поэтому большие клыки зверя и его длинные усы не напугали девушку. Она была убеждена, что такой умный морж, к тому же получивший помощь, не укусит.
То есть те люди, которые тебя ранили, когда-то плавали на этом судне? — переспросил Джон.
— Плавали, пока ты не спустил их всех, кроме двух человек, в шлюпку, — уточнил морж. — Знать бы мне, что они так со мной поступят, я бы опрокинул эту шлюпку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
