— Ну, Анна же не знала, что наткнется на Гвинет!
— Мой дорогой Фрэнк! Могу тебя заверить, что если мисс Тремлет едет в Дедхам или Ледлингтон, то всем в Колонии известно, каким автобусом она едет и каким возвращается.
Фрэнк поднял брови.
— О, значит вот как тут у вас…
— Именно так. Они охотно оповещают всех о том, что делают. Я не сомневаюсь, что Анна Бол знала, когда Гвинет будет ждать автобуса, и проехалась перед ней с мистером Сандроу.
— Думаете, она хотела, чтобы их увидели?
— Да, я так думаю.
— Зачем?
— Не знаю. Во-первых, мистера Сандроу сначала скрывают потом предъявляют. Во всяком случае, его имя. Она сообщает его миссис Крэддок и Элейн, причем без раздумий и без нажима с их стороны. Как будто хочет, чтобы все его знали. Но не более того. Естественные расспросы в обоих случаях натыкаются на грубость. И второе: если она покидает Крэддоков, чтобы соединиться с любовником, то почему она убивается от горя?
— От горя?
— Ты сам мне говорил. Когда ты приезжал, чтобы расспросить сестер Тремлет, Миранда сказала, что они все трое видели, как мисс Бол уезжала с мистером Крэддоком. На ней была красная шляпа, подаренная Крэддоками. Начальник станции в Дедхаме, где она взяла билет до Лондона…
— Да, я помню. Он сказал, что видел, как Крэддок ее провожал, молодую брюнетку в красной шляпе. Она была очень расстроена, мистер Крэддок объяснил, что у нее не в порядке нервы и они рады от нее избавиться.
— Да. Помнишь, он говорил, что она плакала?
— Не знаю… у меня такое впечатление… Нет, по-моему, там звучало только «очень расстроена», никаких слез. А в чем загвоздка?
Мисс Силвер медленно проговорила:
— Если бы она плакала, она бы прикрывала лицо платком. Слова, что она «очень расстроена», и объяснение про нервы могут подразумевать слезы и необходимость их вытереть. Если человек плачет, то в чем причина слез? Но предположим, что она вовсе не плакала. Она только притворилась, чтобы закрыться платком.
Фрэнк присвистнул:
— Вот что вы имеете в виду.
— Я далеко не уверена, что это Анна Бол садилась в тот день в лондонский поезд.
Фрэнк Эбботт увильнул от мотоциклиста, выскочившего из узкого переулка, и спросил:
— Почему вы думаете, что это не она?
Мисс Силвер покашляла.
— Я так не утверждаю. Я просто задаюсь вопросом, была ли это Анна Бол.
— Что заставляет вас в этом сомневаться?
— Красная шляпа.
Он с удивлением повторил:
— Красная шляпа?
— Да, меня с самого начала смущала эта шляпа. Анна была недовольна Крэддоками, они ею — тоже. И было из-за чего. По вечерам она ускользала на встречи с мужчиной, о котором им ничего не сказала, кроме имени. Она грубила миссис Крэддок, была скрытна и замкнута. Почему же они подарили ей шляпу? Конечно, причин могло быть много, но одна сразу же пришла мне на ум. Если бы они хотели создать впечатление, что Анна уехала на поезде, притом что она вовсе не уезжала или же уехала не на поезде и не тогда, то красная шляпа прекрасно помогла бы создать такое впечатление. Обе мисс Тремлет говорят, что они видели, как Крэддок уезжал с Анной Бол, Миранда и Ремингтон тоже это подтверждают. Но что, по-твоему, эти четверо на самом деле видели? Они услышали шум подъезжающей машины и выглянули посмотреть, кто там. Они увидели Крэддока и девушку в красной шляпе. Сомневаюсь, что они могли разглядеть большее. Все знали про подарок — красную шляпу. Неужели они могли бы заподозрить, что девушка в красной шляпе — не мисс Бол? Если был задуман такой маневр, то женщине, надевшей красную шляпу, оставалось всего лишь повернуться к Крэддоку, как бы разговаривая с ним, и тогда все, что смогли бы увидеть сестры Тремлет, Миранда и Ремингтон, — это темные волосы из-под красной шляпы. Что до начальника станции в Дедхаме, маловероятно, что он знал Анну Бол в лицо, но на случай если там окажется кто-то из Дип-Энда, девушка в красной шляпе притворяется ужасно расстроенной, она прикладывает платок к глазам, закрывая при этом лицо. Мистер Крэддок внушает начальнику станции, что у мисс Бол плохо с нервами и что они рады от нее избавиться. Этим он достигает сразу двух целей: обращает его внимание на то, что Анна уехала из Дип-Энда в Лондон, и в то же время объясняет, почему она не хочет, чтобы на нее смотрели, и прячет лицо.
Фрэнк озадаченно посмотрел на мисс Силвер.
— Мы не знаем, прятала она его или нет.
Ее возражение было произнесено деликатным тоном:
— Не забывай, Фрэнк, перед всеми этими рассуждениями пока фигурирует слово «если». «Если по какой-то причине было желательно создать впечатление, что мисс Бол уехала в Лондон, если был задуман отвлекающий маневр» Я ни на чем не настаиваю, я всего лишь хочу сказать, что, будь у них такое желание и такой план, его было несложно осуществить.
— Но откуда мог взяться такой план? Попросту говоря, зачем было Крэддоку желать разделаться с мисс Бол? Ваша версия вовлекает его в эту интригу по самые уши. Одно дело сестры Тремлет, Миранда и Ремингтон — и совсем другое Крэддок. Он не мог не знать, что девушка в Дедхаме — не Анна Бол.
— Разумеется, он должен был это знать.
— Но тогда мы возвращаемся к мотиву. Зачем этот розыгрыш? Зачем это все?
— Вот и я тоже себя об этом спрашиваю. И в особенности — зачем было дарить красную шляпу? Я не говорю, что на эти вопросы нет приемлемого ответа, но пока ничего более или менее подходящего не появилось.
Фрэнк хохотнул:
— Лучше всего на это ответила бы сама девушка. Жаль, что мы ее не нашли.
Мисс Силвер ответила:
— И это возвращает нас к исходной позиции. Где Анна Бол? — грустно сказана она.
Глава 20
Когда они сворачивали к придорожному кафе, мимо них в направлении Ледстоу проехала машина. В ней сидели двое. Фрэнк Эбботт заметил две цифры номерного знака. Мисс Силвер увидела, что за рулем женщина. У них не было причин особо ее рассматривать. Только много позже, когда в переулке Миллера была найдена брошенная машина, они сообразили, что видели убийцу из ледлингтонского банка и его сообщницу. Машина ехала на большой скорости.
В кафе за чаем они продолжали разговор. Фрэнк был прав: для приватной беседы место было весьма подходящее: альковы, уголки, уютные кресла, лампы под абажурами. Выслушав все, что сумела разузнать мисс Силвер, Фрэнк внес свою лепту:
— Вы спрашивали, зачем я сюда приехал.
Мисс Силвер улыбнулась:
— Ты мне расскажешь?
— Да. Помните, я говорил вам об ограблении банка в Эндерби-Грине месяц назад?
— Ужасный случай. Управляющий банком был убит, а клерк — я надеюсь, он поправился?
Фрэнк кивнул:
— Ему повезло, пуля только задела плечо. Думаю, я рассказывал вам, что он оказался малый не промах: в тот момент он что-то чертил красными чернилами и ухитрился измазать ими пачку денег, которую передавал грабителям. Мы, конечно, всех предупредили, чтобы искали такие деньги. Естественно, убийца не стал бы брать сильно испачканные деньги, но клерк сунул палец в чернила и вытер его о край пачки. Если краска не стекла внутрь, ее могли постараться соскоблить с краев, и банкам велено было на это смотреть. На этой неделе две банкноты объявились! Их обнаружил молодой парень по имени Уэйн из Кантри-банка. Блестящая работа, потому что край был затерт очень аккуратно. Не знаю, заметил ли бы я сам; под увеличительным стеклом видно, что край обтрепан, и на нем даже заметен след красных чернил. Шеф послал меня сюда, мы все утро провозились.
— Проследили, откуда банкноты?
— Да, во всяком случае одну. Они поступили в банк раздельно; когда этот Уэйн заметил одну, он доложил менеджеру, они все просмотрели и нашли еще одну. Конечно, к тому времени никто не мог сказать, откуда они пришли, вторая банкнота всего лишь указывала, что кто-то в этом районе расплачивался ворованными деньгами.
— А первая?
— А вот ее сдала мисс Уикс, владелица магазин «Все для рукоделия» в Дедхаме. Мы с Джексоном к ней поехали. У нее нет дня регулярного посещения банка, она сдает выручку, когда приезжает к родственникам в Ледлингтон. Она проводит здесь целый день, в это время за магазином присматривает подруга.
