Между тем небо покрылось тучами, солнце скрылось, каждую минуту мог пойти дождь. Замок казался мрачным. Это был подходящий момент, чтобы заблудиться. И я пошла заблуждаться. Я вскарабкалась по винтовой лестнице в западной башне. Придя к выводу, что эта часть – точная копия моей, я безошибочно подошла к нужной комнате и открыла дверь. Я оказалась права. Она сидела на стуле у окна.
– Простите… я… – начала я.
– Вы – сиделка, – произнесла она.
– Я ошиблась башней, – сказала я.
– Я видела вас в парке. Вы ведь тоже видели меня?
– Да.
– Пришли на меня посмотреть?
– Башни так похожи.
– Так вы заблудились, – и продолжила, к счастью, не дожидаясь ответа: – Как вы справляетесь с больной?
– Думаю, как пациентка и сиделка мы сосуществуем неплохо.
– И очень она больна?
– Когда как. Вам известно, кто я. Можно узнать, кто вы?
– Валери Стреттон.
– Миссис Стреттон.
– Можете и так меня звать, – ответила она. – Теперь я живу здесь. У меня свои апартаменты. Я почти никого не вижу. Из башни лестница ведет в парк. Я ото всех отгорожена. Вот так.
– Миссис Стреттон, вы являетесь…
– Свекровью… – добавила она.
– Вы – мать капитана.
– У нас в доме довольно сложные семейные отношения, сестра, – слегка вызывающе засмеялась она.
Я обратила внимание, что на лице у нее яркий румянец с фиолетовым оттенком на висках. Должно быть, сердце. Похоже, что вскоре мне придется ухаживать и за ней.
– Чашку чая, сестра?
– Вы очень любезны. С удовольствием, – таким образом у меня появится возможность поговорить с ней.
У нее, как и у ее невестки, была спиртовка, на которую она поставила чайник.
– Вы хорошо устроились здесь, миссис Стреттон.
– На большее я не рассчитываю, – улыбнулась она. – Леди Кредитон очень добра ко мне. Она всегда прекрасно относилась ко мне.
– Убеждена, что она замечательная женщина, – она не заметила иронию в моем голосе. Мне следует сдерживать свой язык. Говорю, не думая. Мне хотелось завоевать ее доверие, потому что она – мать одного из двух мальчиков, которые почти одновременно родились от одного отца, но от разных матерей, под одной крышей – ситуация прямо из оперы Гилберта и Салливана за исключением того, что никто не счел это неприличным. Надо взглянуть на портрет сэра Эдварда в галерее. Ну и характер у него был! Какая жалость, что он умер! При нем этот замок был бы еще восхитительнее.
Она спросила, как я живу и нравится ли мне моя работа. Должно быть, моя профессия чрезвычайно интересная, но она выразила опасение, что временами я устаю. Еще одна, кто не любит мою капризную пациентку. Неужели она никогда не навещает ее? В конце концов она является ей свекровью.
Я ответила, что обычно справляюсь с пациентами и не думаю, что нынешняя чем-то отличается от предыдущих.
– Ей не следовало приезжать сюда, – в ее голосе звучала ярость. – Ей следовало остаться у себя на родине.
– Да, наш климат вреден ей, – отметила я. – Но, вероятно, она предпочитает жить здесь, потому что это дом ее мужа, а счастье – лучшее лекарство.
Она приготовила чай.
– Я сама его смешиваю, – сообщила она. – Чуточку индийского и «эрл грей», секрет заключается в том, что надо согреть чайник и дать ему высохнуть, вода же должна лишь дойти до кипения.
Я вежливо выслушала урок по приготовлению чая, гадая, много ли я смогу выведать у нее. Решила, что не много. Она – не сплетница. Уверена, в ее жизни было столько секретов, что она не станет разбалтывать чужие. Как мать капитана она представляет огромный интерес. В молодости она, наверняка, была очень хорошенькой. У нее были пышные волосы, хотя и седые, – наверное, в прошлом была блондинкой – и яркие синие глаза. Просто красавица! Неудивительно, что сэр Эдвард не устоял. Но прямо у себя дома! Ему, по-видимому, пришлось проявить немалую… ловкость. Без сомнения, его сын пойдет по его стопам.
Я сделала глоток.
– Вы, должно быть, знаете каждый уголок замка, – предположила я. – Мне никак не разобраться в его географии.
– Не беда, ведь благодаря этому я имею удовольствие принимать вас.
Хотела бы я знать, что скрывается за ее словами. Уверена, что в ее характере таится нечто, что скрыто от постороннего взгляда. Странную ведет она жизнь, под одной крышей с леди Кредитон. Это самые необыкновенные женщины на свете.
– Вас часто навещают?
Она покачала головой:
– Я веду одинокий образ жизни, но я им довольна.
Сидит и наблюдает жизнь из окна, как леди Шалот в девятнадцатом веке.
– Рекс часто приходит ко мне, – вымолвила она.
– Рекс. Вы хотите сказать…
Она кивнула.
– Есть один только Рекс, – ее голос слегка потеплел. – Он был всегда хорошим мальчиком. Мне пришлось нянчить их… обоих.
Странная ситуация. Значит, она была нянькой обоих мальчиков – своего и соперницы. Ну и семейка, как специально создают неловкие ситуации. Сэр Эдвард настоял? Несомненно, он. Старик, похоже, был грозным.
Я представила себе, как это происходило. Она, очевидно, баловала своего сына. Капитан Анны был испорченным мальчишкой, поэтому он так наплевательски относится к чувствам других людей, поэтому он позабавился с Анной, даже не намекнув ей, что за океаном у него смуглая жена.
– Вы – мать капитана Стреттона.
– Ну да, – ответила она.
– Не сомневаюсь, что вы ждете, когда он приедет. Когда он вернется?
– Понятия не имею. Там… ведь этот… случай, – я ждала продолжения, но она замолчала. – Он всегда надолго уезжал с тех пор, как впервые вышел в море. Он мечтал о море с колыбели. Вечно возился в пруде со своими игрушечными корабликами.
– Полагаю, их обоих влекло море.
– Рекс не такой. Рекс – умный. И спокойный. Он занимается делом.
Человек, который приумножит отцовские миллионы.
– Они оба хорошие мальчики, – в ней вдруг проснулась няня. – И теперь, когда Редверс отсутствует, Рекс часто навещает меня, и я знаю, что он никогда не забудет меня.
До чего же у людей сложные характеры! Насколько было бы легче, если бы они все не усложняли. Я полчаса разговаривала с этой женщиной, а она все равно осталась всего лишь лицом в окне. Сначала она казалась хитрой, а потом превратилась в няню, обожающую своих питомцев, и показалась искренней. Наверное, она хочет выглядеть справедливой, но обожая, естественно, своего собственного сына, она старается выказать подобное отношение и к Рексу. По ее словам, Рекс – образец добродетели. Безусловно, это не так. Если бы все, что она говорила, было правдой, с ним было бы просто скучно и я бы не заинтересовалась им. А он далеко не скучный.
– По характеру мальчики были очень разными, – сообщила она мне. – Реда тянуло к приключениям. Он постоянно говорил о море и читал морские романы. Он мечтал стать новым Дрейком. Рекс же был спокойным, но он всегда одерживал верх над Редом… за исключением драк, конечно. Это не значит, что они часто дрались. Но у Рекса была голова на плечах. Он был проницательным и мог быстро извлечь преимущество из любой ситуации. Например, когда они менялись игрушками и вещами, Рексу всегда доставалось лучшее. Они были такими разными… оба чудесные… но по-разному.
