– В банке советуют мне все продать.
– А ты сможешь?
– Попытаюсь. У меня есть дом. За него можно выручить некоторую сумму.
Она печально кивнула.
– Я уверена, что ты все сделаешь, как надо, Анна.
– Хотела бы я быть в этом уверена.
– А ты записала об этом в дневник?
– Каким образом, ведь он у тебя.
– А мой у тебя. Верни мне его обратно. Все надо записывать немедленно, а то потом уже будет неинтересно. Ощущение, которое переживаешь в определенный момент, потом забывается.
– Мне было так интересно читать твой дневник, Чантел. Такое впечатление, будто я сама там живу.
– Вот было бы здорово! Вот бы мы повеселились. Жаль, в замке не требуется консультант по антиквариату.
– А кому он вообще требуется?
– Знаешь, Анна, там так интересно. И не только замок, главным образом люди.
– Я знаю. Я почувствовала это. Случилось что-нибудь еще?
– Я упрочила свое положение. Теперь я их лучше знаю. Больше я не блуждаю в трех соснах.
– А как… Рекс?
– А почему ты спрашиваешь именно о нем?
– Мне показалось, что он по-особому относится к тебе.
– У тебя в голове одни романы. Подумай серьезно, что общего может быть между наследником миллионов и сиделкой его невестки?
– А я уверена, что ты заинтересовала его.
– Все это несерьезно, – она засмеялась, а я ответила:
– Надеюсь, ты, по крайней мере, не воспринимаешь его всерьез.
– Тебе известно, какая я легкомысленная.
– Не всегда. На суде ты вела себя отнюдь не легкомысленно.
– Бывают минуты, когда я становлюсь серьезной.
– Я не в состоянии выкинуть из головы тетю Шарлотту.
– Хватит, – строго произнесла она. – Ты должна выкинуть ее из головы. Все позади. Кончилось. Сейчас ты должна думать о том, что тебе предпринять. Неужели дела настолько плохи?
– Настолько. Двойные, тройные долги. Тетя Шарлотта, по-видимому, совершенно разучилась здраво мыслить. Она покупала вещи, которые совершенно невозможно продать… я и половины не выручу за них, и вплоть до самой смерти она влезала в долги. А ведь было время, когда она очень тщательно вела дела.
– Во всем виновата болезнь. Люди часто меняются во время болезни.
– Разумеется.
– Тебе следует уехать отсюда, Анна. Это место не для тебя.
– Мне так приятно, Чантел, что тебя волнует моя жизнь.
– Естественно, Анна, ты для меня как сестра.
– Но мы знакомы не так давно.
– Не всегда дружба зависит от длительности знакомства. Иных людей можно узнать за месяц, а иных за годы. Случившееся привязало нас друг к другу. Я буду рада, если мы навсегда останемся друзьями, Анна.
– Я тоже. Но у тебя есть сестры.
Она скорчила гримасу.
– Удивительно, как быстро теряются связи с родными. Моя сестра Селина вышла замуж и живет в деревне, где находится приход отца. Кэти вышла замуж за врача и уехала в Шотландию.
– И ты совсем не видишься с ними?
– Не виделась с тех пор, как стала ухаживать за леди Хенрок. Понимаешь, потом я тут же отправилась к вам, у меня не было времени съездить домой, к тому же мой дом очень далеко, в Йоркшире.
– Они бы обрадовались, если б ты приехала к ним.
– Они на много лет меня старше. Когда я родилась, они уже были взрослыми. Я – поздний ребенок. Перед моим рождением мама стала очень сентиментальной, она позаимствовала мое имя с надгробной плиты на кладбище рядом с нашим домом. Там похоронена девушка по имени Чантел. Она умерла в двадцать четыре года. Чантел Спринг звали ее. И мама сказала: «Если родится девочка, я назову ее Чантел Спринг». Так она и сделала. Я – Чантел Спринг Ломан. Так мне во всяком случае рассказывали. Я никогда не знала матери, я ее убила своим рождением.
– Убила! Что за выражение. Ты так говоришь, будто считаешь себя виноватой.
– Бывает.
– Чантел, дорогая, ты не права. Немедленно выкинь эти мысли из головы.
– Послушай, – засмеялась она. – Я пришла дать совет тебе, а не просить совета для себя.
– Что же ты предлагаешь?
– Не волнуйся. Если надо, продай все. И тогда уедем отсюда.
– Чантел, с тобой так спокойно.
Потом мы обсудили жизнь в замке. Она была явно в восторге от него. Она походила на влюбленную, только в замок. Если это не отговорка. Мне было очевидно, что она крайне заинтересована Рексом Кредитоном, но ее ни в малейшей степени не беспокоило то, что он не может относиться серьезно к сиделке.
Я не хотела, чтобы она пережила ту же боль, что и я. Какое странное совпадение, что она, ставшая для меня почти сестрой, о которой я так мечтала, проявила интерес, слишком большой интерес, по-моему, к одному из братьев, а мне тем временем нравился другой.
После ее ухода настроение у меня улучшилось. Теперь я была уверена, что справлюсь с чем угодно.
Мне хотелось узнать побольше о замке, но она забрала свой дневник, обещая, что «восполнит» его, как можно быстрее. Я сказала, что с нетерпением жду продолжения.
– Ты, Анна, тоже все записывай. Мне нужно знать о тебе все, все твои мысли… ничего не скрывай. Только так мы сможем знать правду друг о друге.
Я согласилась.
Прошло некоторое время, прежде чем я смогла прочитать ее дневник. Между тем я пришла к выводу, что придется все распродать. Даже дом. Агент по продаже домов сообщил мне, что это нелегко. Дом представляет интерес, но его долго не ремонтировали. Крыша текла, в половицах одной из комнат завелся жучок, стена, выходившая к реке, подгнила.
– Дом стоит близ реки, поэтому он сильно отсырел. У вас очень красивый дом, но на его ремонт потребуется состояние. Не забывайте, что ко всему прочему он простоял четыреста лет. Глупо выставлять дом на торги, потому что на его ремонт уйдет столько денег, что практически вы ничего не выручите за него.
Лучшее, что он мог предложить, это сдать дом за номинальную арендную плату с условием, что съемщик обязуется содержать его в приличном состоянии. Таким образом, за привилегию обитать в этом доме, арендатор вынужден будет следить за тем, чтобы не протекала крыша, не заводился жучок и чтобы дом не гнил.
– Кажется, это выход, – задумалась я.
– И единственный, – последовал ответ, – поверьте мне.
Итак, я решилась. Все распродаю, выплачиваю долги, сдаю дом. У меня не останется почти ничего, но зато я покончу с долгами.
Что я буду делать, пока неизвестно, у меня есть еще время, чтобы поразмыслить о будущем.
Между тем в замке текла жизнь, о которой я узнавала благодаря Чантел, главным образом, благодаря ее дневнику.
9 мая. Сегодня я была у Анны и узнала, что ей советуют. Я считаю, что ей лучше отделаться от «Дома Королевы» и его приложения при условии, что она будет неподалеку, и я смогу с ней встречаться. Как бы сделать так, чтобы она работала в замке. Было бы весело обсуждать все происшедшее сразу. Сегодня Эдит Бэйнс принесла от доктора Элджина лекарство для больной, и мы с ней поболтали. Она совершенно не похожа на свою сестру Эллен. Такая важная – еще бы, ведь она командует всеми горничными и является женой мистера Бэйнса! Со мной она обращается, как с равной, то есть милостиво и снисходительно, что и смешно, и полезно. Вероятно, Эдит известна большая часть «секретов» замка. Она доверительно сообщила мне, что вскоре в замке предстоит много «работы». Вчера леди Кредитон призвала ее к себе и поведала, что пригласила в первую неделю июня Деррингамов.
