непрозрачно намекали, что мы снова должны смешать кровь.
Я вздохнула. Ну почему боги так любят пускать кровь людям? Шайен спросил:
– Ты готова?
– И ты даже не скажешь, чего мне ожидать? – спросила я.
Муж усмехнулся:
– Думаешь, я знаю? Священный союз на то и священный, что у него есть секреты от остальных. Нам надо смешать кровь и снова пожениться, только теперь по закону богов. Если бы между нами произошла близость, тебе было бы легче…
– Справлюсь как-нибудь! – буркнула я, на секунду зажмурившись, – сияние рун становилось нестерпимым.
– И все равно тебе придется уступить: если вскоре мы не станем по-настоящему мужем и женой, артефакт признает наш брак недействительным и на мир обрушится гнев богов.
Шайен взялся за кинжал и одним движением распорол ладонь. Ярко-алая кровь закапала в чашу, а я проследила взглядом за ее ручейком, не в силах оторваться. Меня пробрала дрожь, и невольно я сделала шаг назад. Страх перехватил горло, прокатился липкой волной по телу и угнездился в солнечном сплетении. Я не понимала, что так напугало меня: странная скала, кинжал в руке мужа или его кровь в чаше. Инстинкт приказывал бежать, но ноги будто приросли к полу.
Шайен обернулся ко мне, и на его лице промелькнуло недоумение. Шагнув ближе, он разжал мою ладонь и прижал холодное лезвие к коже. Словно со стороны, я наблюдала за тем, как наша кровь смешивается в чаше.
– Теперь мы муж и жена перед ликом богов.
Голос Шайена пролетел по залу и эхом отразился от стен. Муж соединил наши ладони и вдруг наклонился ко мне, запечатлев на моих губах поцелуй – жадный, властный. Меня будто пронзило молнией. Руны на алтаре засветились ярче, поползли по полу и стенам, засверкали перед внутренним взором. В висках вспыхнула резкая боль: внутри будто кто-то ворочал раскаленной кочергой.
– Марта!
Кажется, Шайен звал меня и что-то кричал, но я едва слышала его: слова доносились словно сквозь толстый слой ваты. В воздухе сверкали разноцветные нити: зеленые, синие, желтые и даже малиновые – они кружили, напоминая изворотливых любопытных змеек. Внезапно мое внимание привлекла ярко-фиолетовая вспышка. Опустив взгляд, я окаменела: по моему запястью змеилась очередная руна. Кожа слегка пульсировала, будто подсвеченная изнутри. Это стало последней каплей, и я с облегчением провалилась в ласковые объятия обморока.
Глава 16
Шайен
Беспокойство грызло изнутри, подозрительно напоминая чувство вины. Я бросил взгляд на кровать, на которой лежала Марта. Ее глаза были прикрыты, а ресницы слегка подрагивали. Рыжие волосы разметались на подушке, рука безвольно свисала. Она не приходила в себя, несмотря на трех лекарей, что оказали ей помощь. Они лишь разводили руками и велели ждать.
Я мерил комнату шагами, злясь на самого себя. Стоило дать ей отдохнуть, а не тащить к артефакту в первый же день. Перед посещением Священной скалы светлым рекомендуют покой, а не прогулки по замку! Наверное, я и впрямь поверил, что проклятие Хейдорина не тронет Марту.
Я снова посмотрел на жену. Она, закутанная в кокон одеял, казалась такой хрупкой, что дыхание перехватило. Отчаяние в груди грозило прорваться наружу, и дар отозвался, притягивая потоки магии. Если бы я мог чем-то помочь…
Задумавшись, я не заметил приближения Ванессы. Она похлопала меня по руке и слабо улыбнулась:
– Ты не виноват. Это все чад – проклятие светлых добралось до твоей жены.
– Но ведь она отлично себя чувствовала, – покачал я головой. – Я уже понадеялся, что не ошибся и отсутствие магии убережет ее от чада.
Ванесса легонько пожала плечами:
– Похоже, ее тело все-таки не приняло темные эманации. Да и соприкосновение с артефактом – сложный процесс. Ее компаньонка все еще в постели, она ничего не узнает о Марте до тех пор, пока мы не сообщим. Ристан не должен пронюхать об этом. Хирам велел молчать о случившемся до утра – я уверена, что вскоре она оправится и придет в себя.
Я тряхнул головой, только сейчас вспомнив о непростых отношениях между Хейдорином и Ристаном. А что, если Марта не проснется? Хирам прав: прежде чем рассказать светлым о Марте, мы сами должны понять, что случилось. Впервые я видел такой долгий обморок. Ни нюхательная соль, ни заклинания, ни даже насильно влитое в горло зелье не привели ее в чувство.
– Тебе тоже надо отдохнуть. Отправляйся спать, а я позабочусь о ней, – серьезно пообещала Ванесса. Я с сомнением приподнял бровь, и девушка вскинулась: – Да, я желала оказаться на ее месте, надеялась, что мы поженимся. Но мечты остались мечтами, а я прежде всего лекарь. Ты можешь на меня положиться.
В ее голосе звучала неприкрытая боль, и сердце царапнуло. Мы не говорили об этом: я уехал на границу, а вернулся уже с женой. Ванесса была младше меня на восемь лет и выросла на моих глазах. Она участвовала в шалостях наравне с нами и всегда смотрела на меня восторженными глазами. Я упустил момент, когда она превратилась в прекрасную девушку. Она и впрямь была красива, а еще умна и талантлива.
– Ванесса…
– Не нужно! – Девушка отрывисто покачала головой, с трудом сдерживая слезы. – Ты никогда не воспринимал меня всерьез. Я думала, у меня есть время переубедить тебя, но что толку говорить об этом сейчас. Ты женат. А я не из тех, кто довольствуется малым.
Ванесса гордо выпрямилась и вышла из комнаты. Я ошарашенно посмотрел ей вслед. Похоже, ее чувство ко мне было гораздо сильнее, чем мне казалось. На секунду я попытался представить нас вместе и… не смог. Да она мне все равно что сестра! Даже не будь приказа Хирама жениться на светлой, я бы не выбрал ее.
Марта пошевелилась, и я с надеждой всмотрелся в ее лицо. Однако девушка что-то сонно пробормотала под нос и перевернулась на другой бок, подложив под щеку ладонь. Нет, она решительно издевается – пока штат лекарей теряется в догадках, а я не нахожу себе места, она просто-напросто спит!
По моим губам скользнула улыбка, и я наконец позволил себе выдохнуть. Интуиция подсказывала, что с женой все будет хорошо, – похоже, она нашла способ отомстить мне, как и обещала.
Вернув сползшее одеяло на место, я еще немного постоял, прислушиваясь к мерному дыханию Марты, и вышел из комнаты. При моем появлении поднялась лэя Сандра, комкавшая в руках платочек. Тетушка изъявила желание присмотреть за моей женой, и я с легкостью согласился – уход за Мартой отвлечет ее от смерти Патрика. Да и мне это на руку: я доверял Ванессе, но ее взвинченное состояние беспокоило меня. Но как ей помочь, если именно я причина ее расстройства?
Добраться до своих покоев в башне я не успел: на полпути встретился Уоррен, и выражение его лица мне не понравилось. Кажется, что-то серьезно выбило его из колеи. Когда мы поравнялись, я заговорил первым:
– Если ты про
