— теперь очевидно, что так было бы лучше, но после боя всегда проще делать разбор, когда знаешь как всё потом сложится.
— Это я учёл, то, что эти ситуации не оптимальны было очевидно по ходу теста, — Холмс подкинул полено в камин, — при детальном регрессивном анализе число твоих отклонений от оптимали исчисляется сотнями, что впрочем тоже весьма недурно!
— Но ты же первый помощник, техин крейсера, — возмутился Ник, — почему не подсказал в нужный момент.
— Теперь отчасти прав ты, но в первую очередь, это был твой тест, а во вторых, все эти решения я выводил находясь в состоянии которое нормативные оценки называют «сверхразум», а Совесть не позволяет использовать эти способности для боевых ситуаций. И хотя у нас была лишь симуляция боя, но я решил что правильнее будет провести «чистый» тест.
— Тем не менее всё время ты мне активно помогал. Получается, что не так оптимально как мог бы, как ты различаешь когда можешь помочь, а когда нет?
— Для этой цели я создал семь различных копий виртуальных интеллектов боевых кораблей которые аналогичны лучшим флотским образцам. К слову сказать, ни один из них в конечном счёте не был оптимальнее тебя. Так что можно утверждать, что Нау с заданием справился успешнее, чем это ожидается от среднего крейсера флота. Откровенно говоря, с разрешения Совести, я допустил небольшое послабление — наблюдая за этими виртуальными копиями я выбирал лучшие из их тактических находок, что в итоге на порядок повысило общее качество решений.
— Что же семь мнений лучше чем… — тут визор ожил, Ник развернулся к всплывшему экрану на полуслове. Почему-то первое что выхватил взгляд были усы, пышные белые усы, затем густые брови, строгий взгляд из под них — инспектор Сед·Оф с интересом разглядывал унилейта.
— Что же Ник, ну и задачку вы мне задали! Скажу сразу, порадовали вы старика, порадовали. Начали вы очень неплохо: по прохождениям и маневрированию я отметил высокую выучку пилота, более того я узнал уникальный почерк. Вам имя Гур·Ни о чём нибудь говорит?
— Конечно! Это мой наставник!
— В другой жизни он был моим командиром, лучшего боевого пилота я с тех пор не встречал, похоже что и наставник из него получился превосходный. Вот эти его фирменные полуразворты на встречной тяге, я не научился делать так же легко как у него выходило, а у вас получается — этот дрифт я сразу распознал. По ходу, я поставил пилоту высший бал. Как для меня, так хороший пилотаж это почти половина успеха. Собственно, я отметил как пилот правильно выставляет крейсер, а канонир удачно и довольно слаженно использует эти ситуации, вы очень быстро оттеснили противника, канонир тоже заслужил высокую оценку. Дальше мне было сложнее, ведь хорошие действия пилота и канонира, сковали противника и не позволили проявить себя инженерной службе корабля. Починку союзника вы выполняли вне зоны обстрела, почти в нормальных условиях, но здесь я не нашёл к чему придраться, ремонтные боты действовали толково — инженеры тоже получили высший бал. Связь с союзником шла по защищённым протоколам, вы даже смогли частично взломать контрольные протоколы противника — на корабле хваткий кибермонгер. Вот приблизительно как-то так размышлял я по ходу боя. Из всего экипажа у меня были замечания только к капитану корабля, возникло такое чувство, что он не позволяет действовать команде одновременно — даёт наводки пилоту, а затем наблюдает за его работой вместо того, чтобы направлять действия других служб, в итоге корабль действовал слаженно, но как бы последовательно, а не параллельно. Я счёл это упущением и немного снизил капитанский бал. В общем, крейсер справлялся, шёл на отличный результат, к концу теста у меня была готова итоговая таблица, но когда я открыл табель экипажа, я скажем так, завис, — седой ветеран попытался изобразить удивление, вышло немного комично, но убедительно, Ник с трудом подавил улыбку.
— Сначала я решил что это ошибка, но система упорно уверяла меня, что целым крейсером управляет всего один лейтенант, к тому же результаты стартового сканирования корабля тоже указывали, что на борту всего один человек. Я стал пересматривать запись боя, с трудом, но признал, что один опытный офицер мог бы всё это проделать. Но унилейт, только вчера вставший на крыло это, — инспектор пытался подобрать слово, — скажем, для меня это необычно! Весьма! Последний раз я так удивлялся когда две торпеды «зет-тирки» прямого наведения одновременно пролетели мимо меня, а это было почти двадцать лет назад.
— Простите, но случай с торпедами звучит нереально, все знают, увернутся от «тирки» почти невозможно, — не смог удержаться унилейт.
— Мне ли не знать! Я скольких тащей так потерял, — сокрушался Сед·Оф, — я говорю — чудо, не знаю как так вышло, взял то что дали. А теперь вот ваш Наутилус, знал я что от кораблей с таким именем следует ждать сюрприза, был опыт.
— Вы уже встречали Нау·127 раньше?
— Нет, это был другой корабль, я не могу говорить о нём, впрочем, данные по вашему тесту, как я вижу, тоже будут иметь гриф секретности. Что же Ник, задали вы мне задачку, вам, как новичку, полагается повышающий коэффициент, за совмещение корабельных специальностей тоже идут повышения, а ваши результаты и без этого были высоки, я когда ввёл все эти коэффициенты и бонусы, получились рекордные показатели. Жаль это секретно, было бы на что другим равняться. Теперь о хороших новостях, сертификацию вы прошли успешно, «золото» с солидным превышением, согласно правилам все официальные балы выше максимальных значений я могу распределить в Реестре офицеров СВК по своему усмотрению. А моё усмотрение таково — в первую очередь вы проявили себя как первоклассный пилот, поэтому большая часть баллов превышения пойдёт в ваш пилотский рейтинг, теперь официально вы — пилот экстра класса, чёрный значок, максимум. Красный значок аса вы сможете получить только по успешному завершению реального боя, искренне надеюсь что вам не прийдётся в таком оказаться.
Слова инспектора медленно внедрялись в уставшее сознание Ника, сертификат получен, не просто сертификат, а золотой, хотя формально это почти ни на что не влияет, но для любого экипажа это предмет гордости, знак отличия, хорошая приманка для нанимателей. Заслуженная радость начала заполнять сердце юноши, но тут ветеран сказал про чёрный пилотский значок, «чёрная метка» — недосягаемая высота для любого пилота, таких наберётся едва ли полсотни на весь флот за столетие,
