миллионами землян, состав домчал путешественника прямо к древнему центру Москвы. Неторопливая прогулка от Киевского вокзала до Кремля заняла у парня около двух часов. Более двухсот лет тому назад сердце города стало единой музейной зоной, огромный купол накрыл старинные здания, оберегая их от перепадов температуры и непогоды. Пока космонавт двигался по историческим улицам, Холмс раскрывал различные стороны жизни земных жителей, техин оказался отличным гидом. Больше всего Ника поразило наличие погоды, выходя из дому землянин никогда не был уверен, что его ждёт снаружи: солнце, облака, дождь, снег, град — во всём этом чувствовалось первобытность, а капризный утренний ветерок вдоль реки ощущался как прямое дыхание древности. Несколько минут капитан провёл у кремлёвской стены напротив могилы Чкалова, Ник посчитал это правильным, ведь древний пилот всегда выручал молодого курсанта. После великолепного земного заката Холмс предложил чуть ближе познакомиться с землянами в оффлайн клубе, и вот теперь Ник скрываясь от мнимой «катастрофы» на танцполе, пробирался в уютный бар, который сейчас виделся спасательным челноком.
Достаточно было пересечь акустический экран бара чтобы пассажи возвещающие о смертельных лучах радиации остались позади. Здесь атмосферу раскачивала мягкая музыка, судя по всему это было что-то из космо-амбиджаза. Окутывающий ритм чуть ленивее ударов сердца располагал к созерцательному спокойствию и романтическому общению. Ник заметил её сразу — изящная женская ножка покачивающаяся в такт музыки. Это было плавное естественное движение без тени искусственности, так могла покачиваться лишь ножка, никогда не знавшая импульсов нейроимплант-контроллера. Тем временем ножка плавно переходила в покатое бедро, принадлежавшее манящему женскому силуэту.
Там же
Крали часто встречались в “Страстосфере”, несколько лет назад они забавы ради вскрыли местную систему безопасности и теперь весь клуб был полностью под их контролем. Когда Ли подошла к бару, в воздухе уже витала её любимая музыка, а на стойке ждал любимый коктейль, а вот любимого напарника ещё не было, хотя обычно сюда он приходил пораньше. Рассеянно осмотревшись, Ли быстро поняла, что Кра сегодня не появится: визор-стена бара показывала силуэт старинного польского города в сторону которого летел одинокий ворон, намёк был прозрачен — Кра отправился в Краков. Её напарник часто говорил, что в случае чего Кра·Ков растворится “Кракове”, так он называл безопасное место, где его никто не сможет отыскать. Если присмотреться к визору, было видно, что призрачный город находится в осаде, какие-то люди приставили к городским стенам золотую лестницу, по которой взбиралась алая змея, но бдительная стража длинной рогатиной оттолкнута верхнюю перекладину, лестница сверкая золотом падала куда-то прочь. Ещё один намёк, Кра её в чём-то подозревал и просил держаться подальше. Что же, основания для подозрений у него были, следует задуматься где она прокололась, но не сегодня, не сейчас. Завтра.
“Раз уж я здесь, то нужно перезагрузиться, расслабиться”, решила девушка, “а ведь верно, скоро мне понадобиться весь мой интеллект, вся моя мощь, будет полезно устроить капитальную перезагрузку имплантов — очистить кеши, сбросить ошибочные контуры, которые наверняка уже поднакопились, я ведь уже больше года не чистила систему капитально”. Потягивая коктейль Ли начала составлять расписание перезагрузок и обновлений, дело это тонкое, от правильного порядка действий зависит будущая эффективность всей системы, а грубая ошибка может легко превратить мощный имплант в безжизненный “кирпич”, никому не нужен кирпич в голове. Машинально повесив на бар завесу безопасности, девушка провались в новое занятие, было приятно заниматься чем-то знакомым и предсказуемым, тем, в чём она ощущала себя королевой.
Любуясь идеальным планом собственной перезагрузки Ли добавила в него финальные штрихи и поставила скрипт в хрон. “Завтра я проснусь обновлённой, поэтому сегодня можно напиться” — подумала девушка, признаться, её чуть смутила слабая логика такого заключения, но чего иного можно ожидать от системы забитой ошибочными нейроконтурами, утром она будет мыслить чётче. Бардроид уже стал готовить коктейль покрепче, когда завеса безопасности запестрела предупреждениями, изучая статусы Ли быстро поняла что опасности нет, но случай действительно интересный.
В область завесы зашёл космик, поразительно, как он сюда попал? “Страстосфера” чисто земной клуб, без рекламы, вдали от туристических мест, вполне может быть, это вообще первый космик, который сюда забрёл. Не покидая виртуал Ли просканировала чужака: офицер СВК, туристический визит. Любопытно, дайверша попробовала прощупать его имплант пытаясь выявить обычные уязвимости стандартных протоколов, глухо. Единственными сведениями которые удалось выудить была модель нейромодуля: ЛЗКВ.457.6СВ. Это лишь подогрело любопытство, новейший военный перс-нейромодуль боевого образца, его стандартные протоколы работают поверх военных, не удивительно что обычные дыры здесь залатаны. К тому же теперь ясно почему сработала завеса — та считает угрозой применение любых полицейских или военных протоколов. Хорошо, пусть имп космика оказался крепким орешком, однако сейчас они на её территории, здесь в клубе вся внешняя связь проходит через местные маршрутизаторы, которые полностью в её власти.
Развернув анализатор трафика Ли перенаправила всю связь незнакомца через него, тут же её ждал сюрприз — на космике был “поводок”, этот земной транспортный поток Ли распознала сразу, судя по структуре кодирования и адресации имп путешественника отчитывался о своих перемещениях перед СРПИ. Если подумать, то логично что Служба Разведки отслеживает космиков в Москве, хотя лично она бы ни за что не дала бы подсадить “поводок” в свой имп, это просто унизительно. Что там дальше? Внушительный поток данных уходит в Подмосковье, ага, в Кубинку, ясно, там корабль незнакомца. Поток шифруется по военному образцу, чисто для коллекции Ли сняла сигнатуры квантового шифрования с исходящего потока данных, сохранила спектр. Что-то привлекло её внимание, так, в спектре не было нескольких характерных пиков, это могло значить лишь одно — данные шифруются ассиметричным монадным кодом, такой шифратор использует солидную нейромощность чтобы превращать информацию в мешанину данных без всякой видимой структуры. Снова сюрприз, это первый раз в её жизни, когда такое шифрование реально используется на практике, дело в том, что для дешифровки этого кода нужно обладать нейромощностью на несколько порядков больше чем для шифрования. Судя по объёму уходящего трафика, где-то в Кубинке стоит монадный плетельщик по мощности почти равный Госплану, Ли отдала должное незнакомцу — тот
