наблюдать за происходящим с тем холодным сосредоточением, к которому всегда стремилась, беря пример с Воронц… К духам! Просто стремилась, потому как это эффективно!
В скором времени компанию ей наверху составили еще две княжны и две молодые графини, а вот одиннадцатой Разумовский вызвал на помост молодую баронессу фон Мирбах. Соседки Салтыковой – те из них, что более или менее представляли себе местную кухню, то есть, пожалуй, все, кроме малютки Любомирской – недоуменно зашушукались: как, всего лишь какая-то баронесса – и среди нас?! Новенькую – щуплую блондинку, первокурсницу Новосибирского юнкерского училища, совершенно ошалевшую от невообразимого счастья – встретили настороженно: что в ней такого, стóящего родовитости? Улыбнулась фон Мирбах, кажется, одна Варвара: для нее худородная финалистка сюрпризом не стала. Как и…
Аккурат в этот момент граф Николай возвестил:
– И закрывает царскую дюжину… госпожа Светлана Каратова!
Помост почти единодушно ахнул.
Внизу взорвалась Аллея. Частью – разочарованными вздохами: после нежданной удачи не особо родовитой фон Мирбах многие девицы, утратившие было надежду, загорелись ею вновь: чем, мол, я хуже?! – и теперь опять оной лишились, уже окончательно. Частью же – ликующими воплями: все без обмана, простая, нетитулованная девица – в финале! Вот они, новые прогрессивные времена!
Салтыкова же впилась глазами в бледную как мел двенадцатую финалистку, удерживавшуюся на метле, кажется, только за счет страховочных артефактов. Лицо Каратовой было пепельно-серым, почти как ее безвкусное платьице, взгляд метался, губы беззвучно шептали: «Нет… Ну, нет же…»
«Обалдела от радости, – думали сейчас, наверное, многие. – И не мудрено!»
«Дух там!» – хмыкнула про себя Варвара.
Удовлетворенно кивнув и подлив в зрение толику маны, Салтыкова отыскала на Аллее – в самом дальнем ее конце, откуда и несла метла на помост Светлану – ненавистного Огинского-Зотова. Молодого князя придерживали с двух сторон Даниил Гагарин и Мария Муравьева, не позволяя юноше не то рухнуть без чувств, не то, расталкивая собравшихся, броситься вслед за улетевшей метлой. Стоявшая рядом Милана Воронцова что-то всем троим хмуро втолковывала, но слов ее отсюда Варваре, конечно же, было не разобрать даже при помощи магии.
Да и неважно!
У нее, Салтыковой, все шло четко по плану, и никакая духова Милана ничем уже не могла ей помешать!
Глава 10
в которой я ухожу с бала
По завершении церемонии Светку увели вместе с другими финалистками, не дав нам даже возможности попрощаться. Куда увели – Ключ ведает! Наверное, в дворцовые покои, поближе к Борису VIII. Как я понял из разговоров вокруг себя, окончательный выбор Государь сделает дня через три, когда познакомится со всеми претендентками в невесты поближе. Не хотелось даже думать, что означает это духово «поближе»!
При сем, Гагарин с Воронцовой наперебой меня заверяли, что беспокоиться решительно не о чем. Спутницей Его Величества, мол, совершенно точно станет либо одна из княжон, либо какая-нибудь молодая графиня. Милана под это целую математическую теорию подвела: пять выборщиков, формально – равноправных, должно быть, предложили по две кандидатуры – основную и, скажем так, запасную – а оставшиеся два места от балды заполнили двумя первыми попавшимися девицами, явно не способными составить конкуренцию высокородным протеже сановников. Некоторая логика тут, конечно, присутствовала, но, в целом, не скажу, чтобы железная. Начать с того, что прежде нас со Светкой столь же горячо убеждали, что никто из худородных во второй тур нипочем не пробьется! И вот: получите! Ошибочка вышла! А вышла раз – где гарантии, что такое не случится снова?!
Ну и потом, если принять точку зрения, что к «блатной» десятке тупо добавили двух первых попавшихся девиц – почему тогда одна из них – эта фон Мирбах – все же при титуле, пусть и второсортном?
Тут Даниил принялся разглагольствовать, что князь – это князь, граф – это граф, а барон – ну, такое… С ним заспорила присоединившаяся к нам на Аллее незадолго до полуночи Цой – должно быть, оскорбившись за себя, любимую. Причем основным доводом Дианы было то, что казенный портал для таких, как она, и для княжон с молодыми графинями был общим – в отличие от худородных приглашенных. Третейским судьей позвали Воронцову, которая выдала «и нашим, и вашим»: типа, титул, конечно, есть титул, и умалять его значение, вроде как, негоже, но при этом для сильных мира сего разница между девицей фон Мирбах и нашей Каратовой и впрямь не особо существенна…
С какого-то момента я окончательно перестал прислушиваться к их бурной дискуссии, полностью уйдя в собственные невеселые мысли. Отдавать свою девушку я не был намерен никому. Даже Императору! Другое дело, если бы она сама возжелала для себя царицыной доли, но Светка не раз и не два подтвердила, что променять наши с ней отношения на приставной стульчик возле трона категорически не собирается. И уж тем более не прельщала Каратову роль распробованной на вкус (понятно в каком аспекте), но с презрением отвергнутой претендентки! Или не «тем более» – столь же не прельщала. Не суть.
А значит, требовалось действовать, и спешно – пока дело и впрямь не дошло до попытки венценосного старикана «познакомиться»!
Вот только какие у меня были варианты?
– Что ты задумал? – озабоченным шепотом поинтересовалась Машка – очевидно, прочтя нечто у меня на лице.
– Выкрасть Светку у Императора, – рассеянно выдал я – и, лишь договорив, понял, что именно сказал: мысль эта оформилась у меня вот буквально только что.
– Сдурел?! – вытаращила на меня глаза «длинноножка», спешно ограждая нас от случайных слушателей непроницаемой завесой магии. – Есть куда более простые способы угодить на эшафот!
– Легких путей не ищем, – буркнул я.
– Это уж точно! – хмыкнула Муравьева. И, помедлив, добавила: – Добро, я в деле!
– Что?! – пришла моя очередь опешить.
– Не думал же ты, что я такое пропущу? – хитро прищурилась на меня Машка.
Честно говоря, я пока вообще всерьез ни о чем не думал – попросту не успел.
– Сама же сказала: это прямая дорога на эшафот! – покачал я головой. – Хочешь составить мне там компанию?
– А зачем еще существуют друзья? – беззаботно – или скорее демонстративно-беззаботно – пожала плечами девушка.
– Ну… – ответа на это у меня как-то не нашлось.
– Кого еще берем в заговор? – таким тоном, словно речь шла о списке приглашенных на вечеринку, поинтересовалась Муравьева.
