Взгляд Евы сделался увереннее. Она сняла халат, продемонстрировав розовое трико во всей его отвратительности. Она была передо мной в старом лифчике и рваных чулках, а мой член стоял колом, как у жеребца. Она спустила мне брюки и взяла моего друга в рот. В любой момент я ожидал провала… но он все не случался! Направившись к софе, Ева поманила меня за собой. Она даже не сняла трико, а только сдвинула его на сторону, чтобы дать мне желанный доступ. Одним рывком я вошел в нее твердым, как никогда, членом. Медленно и нежно мы с Евой начали движение. Я любил ее всеми силами моего изголодавшегося мужского естества и постарался как можно дольше растянуть удовольствие.
Когда я наконец кончил, трезвая мысль на мгновение посетила мое сознание: «Какое на ней ужасное белье!»
На законном основании
Дверь, скрипнув, отворилась и на пороге показалась моя давнишняя подруга Лиза. Она оценивающе взглянула на меня, одарила своей очаровательной улыбкой и села рядом со мной. Разумеется, она ожидала, когда я первой начну разговор. Я знала, что у нас будет достаточно времени поболтать при случае о разных пустяках, поэтому поспешила перейти к сути дела, ради которого я ее, собственно, и пригласила. Немного помолчав, я решительно начала:
— Помнишь, моя мама говорила: «Девочка моя, мужчины тебя погубят»? Так вот, моя дорогая! Должна тебе сознаться, что сейчас, много лет спустя, я понимаю, как она была права. Ты представить себе не можешь, в какую передрягу я попала. Я! Зрелая женщина, которая считала, что всегда принимает правильное решение и способна трезво оценить ситуацию, ручаясь за свои действия и их последствия. Так нет же! Меня провели как девчонку. Хотя, в сущности, девчонка никогда и не смогла бы оказаться замешанной в такой истории…
— Если можно, начни с начала. Я, знаешь ли, не совсем в курсе последних событий твоей жизни…
— Ах, да, извини. Так вот… Неприятности мои начались вскоре после того как я переехала. Помнишь, в прошлом году? Я много лет счастливо жила в том высотном доме. К тому же, я никогда не собиралась оставлять мою прекрасную квартиру на 20-м этаже. Тем более, что мои соседи Стив и Сильви были крайне милы, позволяя мне развивать мою склонность к эксгибиционизму.
— Так-так… И как же это началось, позволь тебя спросить?
— Вполне невинно… Я не повесила штор на больших окнах моей комнаты, а мой тогдашний дружок очень любил смотреть, как я танцую при полной иллюминации. Чтобы ему понравиться, я как-то устроила маленький показ моих способностей, и только потом сообразила, что соседи могли — и я уверена, что они не упустили эту возможность — вволю налюбоваться, как мы резвились. (Ведь их окна располагались точь-в-точь напротив моих незашторенных!) Довольная этим обстоятельством, я впоследствии неоднократно демонстрировала соседям свое шоу. Мне не потребовалось много времени, чтобы убедиться, что они действительно наблюдали за мной при всяком удобном случае, и мысль об этом в высшей степени возбуждала меня. Потом у меня был Дейв. Здоровяк с огромным членом, который бы тебе наверняка понравился. Я встречалась с ним примерно месяц, пока его жена — я, естественно, не знала, что он был женат — не заявилась ко мне с откровенными угрозами. Я была в шоке. Дейв был превосходный любовник, и я начала привязываться к нему. Я не слишком сентиментальна, но мне хотелось бы побыть с ним еще какое-то время. Он был несколько грубоват, а его член просто огромен, но с ним было чудесно. Я с сожалением рассталась с этим парнем, решив, что лучше будет его забыть. Но его обманутая женушка приложила все усилия, чтобы сделать мою жизнь невыносимой… И тогда одна моя подруга предложила мне переехать. Ты помнишь Элизу?
— Агент по недвижимости?
— Да. Необходимо было сменить обстановку. Она попыталась убедить меня купить дом. И нашла подходящий вариант как раз мне по средствам. Когда я переехала, жизнь домовладелицы показалась мне чрезвычайно приятной. Мне не хватало прежних соседей, но я сказала себе, что наверняка здесь произойдет какое-нибудь необыкновенное событие, которое не даст сожалеть о принятом решении. А пока единственным напоминанием о Дейве оставался его тонкий кожаный ремень, который он случайно оставил у меня. Это был тот самый ремень, которым он однажды ласково отхлестал меня. Сохранив о нем сладостное воспоминание, я использовала этот ремень всякий раз, как возникала потребность.
И вот в один прекрасный день перед моим домом остановился зеленый грузовичок и в дверь позвонил молодой человек, который предложил свои услуги по уходу за газоном. «Уход требуется, но не газону!» — сказала я себе, увидев очаровательного юнца. И поскольку внешне он сразу мне понравился, я разрешила ему приступить к делу.
Наблюдая за тем, как он работал под жарким июльским солнцем, я несколько раз поймала на себе его быстрый взгляд. Он был такой хорошенький! Когда он смотрел на меня, он краснел, но тут же принимал самоуверенный вид, за которым, как я подозревала, скрывалась трепетная юношеская застенчивость. Я спросила, не сможет ли он приходить каждую неделю, и предложила заплатить вперед. Он с радостью согласился. Когда работа была закончена он вошел на несколько минут в дом, и я расплатилась с ним. Быстро поблагодарив меня и договорившись о следующей встрече, он ушел, на прощание махнув мне рукой…
— Когда ты говоришь «юнец»…
— Да, совсем ребенок. Наверное, ему не было еще и двадцати. Ну так слушай! В тот вечер, как я обычно привыкла это делать, когда стояла сильная жара, я включила радио и, догола раздевшись, медленно спустилась в бассейн (его я оборудовала сразу, как переехала). Вода была прохладной, как раз, чтобы освежить разгоряченное тело. Сначала я просто плескалась, а затем перевернулась на спину и любовалась звездным небом. Через несколько минут течение увлекло мое тело к мощной струе системы фильтрации воды.
Бурление воды было интенсивным и я подставила под нее грудь, живот… внутреннюю сторону бедер. Под напором неожиданной ласки теплых водяных струй, я развела ноги, в то время как теплый водоворот массировал меня. Затем, повинуясь жланию, я вылезла из бассейна, обернулась полотенцем и пошла за кожаным ремнем Дейва. При первом его касании я стала влажной. Я провела им по бедрам, спине, животу… затем, взяв его за концы, медленно пропустила между ног, потирая кожей складки набухших губ.
Повсюду было темно. Я растянулась в шезлонге, позволив руке довершить то, что начал ремень. Через несколько минут я молча испытала наслаждение, думая о Дейве, о моих прежних соседях, о молодом газонокосильщике… Внезапно раздался шорох. Прислушавшись, я уловила смех и едва различимый шепот, доносившиеся с соседнего участка. Видели ли меня? Кто это был? Меня снедало любопытство. Я опять обернулась полотенцем и на цыпочках подошла к разделявшей нас ограде. В траве, целуясь и смеясь, лежала пара. По всей видимости они старались не шуметь, но у них это не очень получалось. Я не могла различить их лиц. Были видны лишь силуэты. Они показались мне очень молодыми, почти подростки. Юноша проявлял настойчивость, а его спутница не пыталась его остановить, лишь демонстрируя свою нервозность сдавленным хихиканьем. Она позволила ему ласкать свою молодую грудь, несмотря на явную неопытность юноши. Но когда тот попытался засунуть руку в ее шорты, она резко вскочила, перестав смеяться, и чуть ли не в слезах прокричала: «Нет, Пьер! Ты же обещал!»
