много дней, а может…
– Внезапно сорвемся с места, – подсказал Соэл.
Маленький черный катер стремительно мчался над снежными просторами Фригии. Выныривали из тьмы и вновь скрывались во мраке скалы, холмы, леса. Промелькнули сияющие огнями поселки. Наконец катер вылетел на простор космодрома Круау. «Неуловимая» была единственным кораблем, находившемся там, и Рэн вновь задался вопросом: «Где Юэль? Добралась до Фригии или нет?»
Открылся грузовой люк, выдвинулась широкая платформа, Рэн и Соэл начали переносить из катера коробки. Они все делали молча, и лишь когда с погрузкой было покончено, Соэл сказал:
– Мне нужно отослать письмо на Землю. Как это можно сделать?
Рэн постоял минуту, растирая запястья.
– Хотите написать брату и сестре? – ответил он вопросом на вопрос. Чуть помедлив, добавил: – Я понимаю, как вам хочется увидеть родных, но подумайте, стоит ли им прилетать на Фригию? А если нагрянут полицейские?
– Тем важнее связаться с Тэром и Нэлин, – с необычной горячностью откликнулся Соэл. – Нужно отослать письмо, понимаете, нужно!
– Это что – условный сигнал? – наконец осенило Рэна.
Последний бледно-оранжевый отблеск угас в небе. Ярко светили прожектора катера и «Неуловимой». Рэн с Соэлом стояли в перекрестье лучей. Бывший секретарь посольства невинно улыбнулся.
– Скажу правду, капитан, у меня нет родных. Письмо окольными путями попадет в руки моего друга, галхасца Тэрнэлина. Точнее, если правильно произносить, Турньолина.
Рэн с минуту разглядывал собеседника.
– Оказывается вы, как и положено секретарю посольства, откровенничали в меру.
– Не сердитесь капитан, – невинная улыбка сменилась обезоруживающей. – Привычка. Простите.
– Как не простить – при таком-то раскаянии, – усмехнулся Рэн. – Скажите лучше, чем поможет вам Турньолин.
Соэл помедлил, присел на корточки, зачерпнул полную горсть снега, сжал кулак – снег медленно выдавился сквозь пальцы.
– Помните я рассказывал вам о колонистах с Галхаса? Они прожили на Линтии двадцать лет, а потом вздумали помешать жертвоприношениям.
– И сами угодили на алтарь богини. Помню.
– Дипломатические отношения между Линтией и Галхасом разорваны до сих пор. Ни один линтиец не может высадиться на Галхасе, ослушника ждет смерть. А мне, надеюсь, галхасцы предоставят убежище.
– Почему же вы не сказали сразу? Почему мы не отправились прямо на Галхас?
Соэл слепил снежок и бросил в темноту.
– Кто знает, как расценят мое появление на Галхасе линтийцы? Не хватало только, чтобы начались религиозные войны. Я не могу подвергать опасности целую планету. И никуда не полечу, пока не посоветуюсь с Турньолином.
Рэн осмотрелся по сторонам. Уже совершенно стемнело и заснеженные холмы начали светиться. Как будто две волны неслись навстречу друг другу. Сверху катилась огненно-желтая. А снизу подступала серовато-синяя. Встретившись, они слились. Забурлил яростный, цветной водоворот, брызнула во все стороны россыпь искр, и свечение угасло. Потом все началось сначала.
Рэн наблюдал это явление в свой первый прилет на Фригию, запомнил на всю жизнь, но сейчас не мог предаться созерцанию. Нужно было торопиться в замок Тройма и Хэшки, как можно скорее узнать новости. «Вдруг там ждет Юэль?» Нужно было торопиться.
Но Рэн прислонился спиной к борту катера. Соэл поднялся и встал рядом.
– Невероятное зрелище, – сказал он, обводя взглядом дальние холмы.
– Послушайте, Соэл, – медленно и раздумчиво заговорил капитан. – Предположим, галхасцы вас примут. А что дальше? Не останетесь же вы там на всю жизнь? Год, два, три – сколько можно прятаться? Вы долго не выдержите. Разве вам хочется метаться с планеты на планету, нигде не находя пристанища?
– А вам?
Голос секретаря звучал бесстрастно, но Рэн уже знал, какое волнение скрывается за холодным тоном.
– Я родился на корабле, люблю «Неуловимую», люблю путешествовать, открывать для себя новые миры, новые народы. Но даже я не в силах скитаться всю жизнь. А вы тем более не сможете.
– Я знаю, что не смогу, – впервые в голосе Соэла прорвалось отчаяние. – Но теперь ничего не изменить.
Рэн сжал кулаки.
– Вы же дипломат. Неужели нельзя найти никакой лазейки, не придумать никакого ловкого хода?
– Что можно придумать? Нужно, чтобы линтийцы сами отказались от преследования. А как их заставить? Это невозмож…
Он внезапно умолк. Рэн плечом оттолкнулся от борта, встал напротив Соэла, подбоченился, сказал негромко:
– Что-то придумали?
Соэл провел языком по губам. Он смотрел на капитана и молчал. Рэн положил руку ему на плечо и слегка встряхнул.
– Выкладывайте.
Соэл вновь облизал губы. Нерешительно ответил:
– Преступников частенько обменивают.
– Верно! – Рэн, ликуя, хлопнул его по плечу. – Линтийцы оставят вас в покое, если земляне, в свою очередь, пощадят кого-то из линтийцев. Дело за малым. Дождемся, пока очередной линтиец допечет наших соотечественников. Только… – радость его пошла на убыль, – можно ждать годами.
Соэл быстро отвернулся, но Рэн внезапно угадал мысль, тенью мелькнувшую в глазах секретаря. Спросил напрямую:
– Думаете, что гораздо скорее линтийцы повздорят с жителями Галхаса?
Соэл кивком выразил согласие.
– Вы только что сказали, что линтийцам запрещено бывать на Галхасе. Найдись такой ослушник, галхасцы могли бы обменять его жизнь – на вашу? – настаивал Рэн.
Соэл вновь ограничился кивком.
– Но как заманить линтийца на Галхас? – Рэн принялся рассуждать вслух и вновь перехватил быстрый взгляд секретаря. Рассердился. – Да говорите же, Соэл! Почему я должен каждое слово из вас вытаскивать?!
Бывший секретарь посольства отвечал с видимой неохотой:
– Линтийцы должны очень ценить своего земляка, чтобы ради его спасения простить оскорбителя богини.
– Н-да, – протянул Рэн. – Лучше всего было бы похитить верховного жреца и доставить прямехонько на Галхас… А теперь, Соэл, перестаньте изображать ученика, не выучившего урок. Вы только что догадались, ради кого простят оскорбителя богини. Ну?!
– Простят ради любимицы богини, – на едином дыхании выпалил Соэл. – Ради Юэль.
Наступила тишина. Синью и золотом наливались холмы. Ветер утих, и снег лежал неподвижным пластом. Сияли звезды.
– Да, – вымолвил Рэн. – Однажды вы объяснили, как рассуждают линтийцы. Все свершается по воле богини, а богиня пощадила Юэль. Избраннице богини станет поклоняться вся Линтия. Если Юэль окажется на Галхасе, линтийцы ее выкупят – любой ценой.
Соэл молчал.
– Юэль, конечно, не откажется – она ваша должница, – продолжал Рэн. – Полетит на Галхас. А если галхасцы казнят ее – просто, желая отомстить врагам?
– Об этом я и думаю, – откликнулся Соэл.
– Но… Можно же заранее договориться с галхасцами, – нашелся Рэн. – Поручите это Турньолину! Почему бы жителям Галхаса не вступиться за вас? Этим они еще сильнее досадят линтийцам.
– Верно, – оживился Соэл. – К тому же, некогда я приложил все силы, чтобы не допустить вторжения Линтии на Галхас. Полагаю, галхасцы этого не забыли.
– Прекрасно! – Рэн одним прыжком взлетел в катер. – Садитесь! Летим к Тройму, узнаем новости, а потом решим, как лучше отправить ваше письмо.
