— Проклятье.
Рэлк ругался и кашлял, пока Зевара отступала вместе с ним. Его чешуя была покрыта чёрной желчью, и она тут же достала из одного из ящиков зелье и протянула ему.
Рэлк сделал один глоток зелья, выплюнул чёрную жидкость и выпил остальное. Он бросил пустую бутылку за баррикаду и кивнул Зеваре.
— Спасибо. Мне яд в рот попал.
Она нахмурилась, но не смогла вложить в свои слова ни капли силы, как это делала обычно.
— Будь осторожен. Если мы потеряем тебя, нас сметут.
Рэлк устало усмехнулся.
— Хэй, не волнуйся, Капитан Зи. Ни одна из этих тварей не сможет мне даже чешую поцарапать. Не будь их так много, это было бы всё равно что рыбку пожарить.
— Но их очень много, и они не перестают прибывать.
Зевара шипела от ярости, а её хвост бил по земле, пока она обводила всё рукой.
— Это бессмыслица. Они не собираются в одном месте и атакуют со всех сторон, словно настоящая армия. А та стража, что они поставили у ворот…
— Непохоже на них. Я знаю.
Глаза Рэлка сузились, когда он уставился в сторону открытых северных ворот. Несмотря на все их усилия, им не удалось взять их даже с его помощью. Мертвецы вокруг массивных каменных створок отказывались двигаться с места, а ворота были слишком громоздкими, чтобы закрыться самостоятельно. В обычных условиях их бы заперли задолго до того, как вражеские силы пересекли открытую равнину, но взгляд Шкуродёра, внушающий страх, обратил в бегство всех стражников.
— Это всё та проклятая кожаная тварь. Пока она рядом, они будут продолжать приходить. Если бы ты позволила мне пойти за ней…
Зевара укоризненно покачала головой.
— Ты не успеешь выйти за ворота, как они тебя окружат. А эта штука слишком сильна, чтобы ты справился с ней в одиночку.
Он взглянул на неё исподлобья.
— И что, мы собираемся оставить всё как есть? Я же сказал тебе, оно идёт за Эрин…
— Ты хочешь, чтобы я попыталась спасти одного человека в этом хаосе? — крикнула Зевара на Рэлка.
Он моргнул, и она продолжила:
— Что бы ни делала эта тварь, мы не можем выделить никого, кто бы преследовал её, не говоря уже о тебе. Если бы мы знали, что она задумала, тогда, может быть…
— Ждёт.
Зевара и Рэлк повернулись. К ним, пошатываясь, направлялся Фишес. Его лицо было бледным, а волосы и одежда покрыты подтёками пота. Он подошёл к тележке с флягами воды и стал жадно пить.
Капитан Стражи оглянулась на сражающихся. Без Рэлка и Фишеса воинов уже начали оттеснять назад.
— Нам нужно, чтобы ты продолжал использовать заклинания, человек. Если ты не можешь, у нас есть много зелий маны…
Фишес взглянул на Зевару.
— Зелья не лечат истощение. Даже мои эффективные заклинания взимают с меня плату. Мне необходим отдых.
— Я пойду. Яд уже вылечился.
Сказав это, Рэлк помчался к одной из повозок и прыгнул. В полёте он пнул скелет, который пытался перелезть баррикаду, и, приземлившись с другой стороны, замахал копьём с такой скоростью, что его образ размылся. Фишес выпил ещё воды, и они оба принялись наблюдать, как Рэлк продолжил сражаться.
Зевара взглянула на Фишеса.
— Что ты имел в виду? Это существо ждёт?
Он кивнул и вытер рот.
— Очевидно, что эти мертвецы в каком-то смысле защищают его. Возможно, у него есть контроль над мертвецами или способность к сотворению заклинаний… независимо от этого, они служат удобной смазкой для клинка, пока оно забирает кожу для собственного пропитания.
— Тогда почему оно отступило?
— Опасность. Как я уже говорил, ваш Главный Стражник представляет реальную угрозу. Оно осознало это и отступило. Оно позволит нежити продолжать сражаться, пока мы не выдохнемся, а затем оно вернётся. Помните: с каждым павшим в битве у него появляется ещё один приспешник, которого он сможет использовать против нас.
Зевара нахмурилась.
— А разве оно не забирает кожу у всех? Если от тел остались только кости и внутренности, они не могут возродиться.
Фишес пожал плечами.
— Должен быть верхний предел того, сколько, хм, плоти, может унести это существо. Предполагаю, что остальных оно оживляет или хранит на потом, отсюда и нежить. Повелители Склепа, скорее всего, являются побочным продуктом такого подхода. Так много мёртвых, собранных вместе на такой долгий срок…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А почему девушка? Почему та Эрин, о которой вы говорили? Она важна?
Фишес снова помедлил, и Зевара подумала, не собрался ли он солгать. Когда он заговорил, то делал это с явной неохотой.
— …Нет. Скорее всего, она вообще не важна. Просто так устроено это существо. Оно уничтожит всё живое в округе и окружит город своей армией. Без сомнения, оно её чувствует и хочет устранить любую возможную угрозу.
— Что ж. Если так, то у нас, возможно, есть время.
Фишес открыл рот, посмотрел на Зевару и закрыл его.
— Да. Возможно. Но если нежить не иссякнет, нас вскоре перебьют.
Она знала, что эти слова были правдой. Зевара покачала головой. Она подняла меч, чувствуя усталость в руке. Из её рта вырывались струйки пламени, когда она заговорила:
— Пей зелья, какие тебе нужны. Отдыхай, если необходимо. Но быстро возвращайся к использованию заклинаний, маг.
Она побежала обратно к стражникам, которые с трудом сдерживали натиск зомби. Фишес посмотрел ей вслед и покачал головой. Он сделал несколько быстрых шагов назад, а затем направился к куче трупов, которых лучники сбили с крыш.
Скелеты, гули и зомби разбивали себе головы и ломали кости, когда стрелы сбивали их вниз. Но стоило Фишесу поднять руки, как раздробленные плоть и кости вновь срослись, и мертвецы поднялись обратно, и в их глазах зажглись неземные огни.
Шесть зомби, три скелета и четыре гуля поднялись и уставились на Фишеса. Он указал на север, в направлении ворот.
— Идите. Избегайте сражений, пока не дойдёте до трактира. Защищайте девушку. Убейте всех, кто причинит ей вред. Идите.
Фишес провожал нежить взглядом, пока она бежала к баррикаде, проносясь мимо изумлённых защитников. Он криво усмехнулся и вынужден был сесть, когда его настиг откат заклинания.
— Ну и ну. Похоже, я слишком увлёкся этой девушкой. На свою же беду.
Он рассмеялся и поднял глаза к небу.
— Что ж. Это символический поступок. Он не будет иметь большого значения. Не тогда, когда…
Его голос прервался. Фишес безучастно уставился на нежить, сражающуюся со Стражей. Он был [Некромантом]. Он чувствовал, сколько нежити было в городе и за его пределами, о чём он старательно умалчивал.
Через мгновение он снова улыбнулся и встал. Кровь мучительно пылала в его венах, его тошнило, он был измотан. Даже зелья ему не помогут, но нежить всё равно падала, когда он методично уничтожал её.
Фишес смеялся, глядя, как мертвецы падают вокруг него, не обращая внимание на цену. Они умрут. Все они. Немногочисленные живые стражники и горожане не смогут сдержать натиск нежити, как не сможет выжить и Эрин. Он рассмеялся и снова бросил взгляд на небо, возможно, в последний раз.
— Ах, до чего же прекрасная ночь, чтобы умереть!
Он взмахнул рукой, и группа зомби рухнула. Он указал пальцем, и мертвецы умерли окончательно. Но они продолжали прибывать. И прибывать.
И прибывать.
***
— О боже. Что это?
Эрин смотрела вниз на белую фигуру, двигавшуюся к ним. Каждый раз, когда она подтягивала себя ближе, становились различимы всё более ужасающие детали. Сначала это была просто белая фигура, тошнотворный слизняк. Потом он превратился в слизняка с руками, а затем… в какое-то существо. Но потом она разглядела, что его кожа была не кожей, а мёртвой плотью, скреплённой воедино. Затем она увидела растянутые по нему лица и…
Нежить побежала к антиниумам. Маленькая армия Шкуродёра. Они падали в огромную траншею, ломая себе кости и выбираясь наружу только для того, чтобы Рабочие пинками загнали их обратно.
Их было не так много. Около сотни. Или меньше. Так сказал Кнайт, словно этого не было достаточно, чтобы их просто завалило трупами. Большая часть нежити двинулась обратно к городу. Но существо продолжало ползти к ним, волочась по траве.
