пять наблюдал за местностью, прежде чем выйти из домика, но ночных хищников нигде не было видно. Сергей на всякий случай вышел на поляну, в полной боевой выкладке сжимая в руке топор и насторожённо оглядываясь по сторонам. Постояв минуту и поняв, что нападения не будет, он вновь вышел на основную дорогу и зашагал вперёд.
После того как вокруг него всю ночь кружили такие хищники, он никак не мог до конца расслабится, приходилось постоянно быть на чеку. Топор настороженно висел у него под мышкой, готовый скользнуть ему в руку при первой же опасности.
Сергей пристально вглядывался в предрассветный туман, густо клубившийся по обочинам дороги, опасность была вполне реальной. До этой эпидемии, которая парализовала всю торговлю, караваны по этой дороге ходили довольно часто и так же часто на эти караваны нападали разбойники.
Теперь поскольку караванов, разбойников и дровосеков долго не было, зверьё стало возвращаться в свои исконные владения. Хищники, с которыми он столкнулся сегодня ночью, видимо тоже вернулись назад.
Светило всё выше и выше поднималось над горизонтом, разгоняя его страхи.
— Жалко конечно, что Нос и его ребята, полегли там, под топорами мохначей, — с сожалением подумал Сергей — вместе сейчас было бы веселее.
Несмотря на многочисленные недостатки наёмников, в их компании идти было бы проще и безопасней. Да и разбойники очень неохотно нападали на наёмников, денег у этой публики всегда было немного, а вот помахать кулаками и топорами — это, пожалуйста.
Ближе к вечеру он вышел на небольшое, домов в пятьдесят, селение, огороженное высоким в человеческий рост частоколом. Над частоколом возвышалась небольшая в три человеческих роста вышка, рядом с ней в частоколе были небольшие ворота к ним Никитин, и направился. Он шёл, не спеша, давая себя разглядеть, тем, кто засел на вышке.
Как только он подошёл к ней достаточно близко, раздался сильный свист и, над частоколом показалась одна безбородая голова, потом к ней добавился ещё десяток, но уже с густыми иссиня-чёрными бородами.
Этот десяток составили люди постарше. В руках у всех были копья, у троих из них помимо копий были и небольшие луки.
— Чего тебя надобно парень? — хмуро спросил его на торговом, один из них, побогаче одетый.
Его глаза цепко обежали Сергея с ног до головы, на мгновении остановившись на топоре, голубое лезвие которого виднелось из-под рукава куртки.
— Да вот хочу провизию у вас купить, я хорошо заплачу.
Мужик долго на него смотрел, как бы прикидывая, стоит ли иметь с ним дело, потом сказал.
— Ладно, дадим тебе провиант, деньги нам твои особо не нужны, только ты нам расскажешь чего там творится. — мужик мотнул головой в сторону города. — Договорились?
— Договорились!
— Только ты стой, где стоишь, и ближе не подходи, может ты того… Заразный.
Минут через десять через частокол протянулась длинная жердь, на конце которой был закреплён кожаный мешок. Никитин снял его и посмотрел что там внутри. Мешочек был довольно увесист — пара кругляшей твёрдого сыра, большой кусок грудинки и окорок на кости. Народ здесь явно не бедствовал.
— Благодарствую, — Никитин поклонился.
Потом сел на скатанный коврик вытащил из рюкзака миски, отрезал несколько длинных полос окорка и несколько кусков сыра. Он посыпал мясо приправами, которые у него хранились в герметично закрытой фляге и не пострадали от воды, и с удовольствием стал откусывать хорошо прокопченный окорок.
По вкусу мясо напоминало оленину, Сергей сгрыз несколько кусков домашнего сыра и запил водой из фляги, при виде, которой мужики стали перешептываться и удивлённо покачивать головами.
Насытившись, Никитин уселся поудобнее и убрал остатки трапезы в рюкзак. Мясо было хорошо прокопчено, и он надеялся, что оно за пару дней оно не протухнет. После еды пришла пора отвечать на вопросы.
Мужики спрашивали его долго и обстоятельно. Откуда, куда, что творится в городе. Их лица сильно помрачнели, когда он сказал что караванная тропа, восстановится самое раннее через два месяца. Никитин их вполне понимал, что они в основном занимались обслуживанием проходящих караванов и продавали им продовольствие.
— А ты то, как сюда попал? — поинтересовался один из бородачей — Ведь городские ворота закрыты как ты говоришь…
— Ворота закрыты, а через стены всегда можно и пройти и выйти — непринуждённо ответил ему Сергей.
За частоколом одобрительно засмеялись, его находчивость им понравилась. После этого разговор стал более дружелюбным, Никитин начал их расспрашивать о том, что творится дальше по тракту.
Мужики, не особо скрывая, рассказали ему, что дальше будет ещё два селения не затронутых эпидемией, там можно будет закупить провизии. После этого уже начиналась зона эпидемии, один из бородачей рассказал, что там валялось много трупов, покрытых красными пятнами, и туда они больше не ходили. Ещё он видел, что там были и живые люди, но с ними он не общался.
— Там ещё много шлялось народу с пятнами по всему телу, я к ним не стал приближаться и больше никто из наших туда не заглядывал. — добавил он.
— И правильно сделали, — кивнул головой Сергей. — К заразным, нельзя близко приближаться, сами заразитесь. А ещё мой вам совет — убивайте всех крыс. Их блохи переносят эту болезнь.
Далее Никитин поделился сведениями, почерпнутыми из книг по инфекционным заболеваниям и медицинских энциклопедий. Мужики слушали, уважительно кивая головами.
— А ты случаем не знахарь? — задал вопрос их староста.
— Не совсем ещё знахарь, ну я как бы его ученик. — признался Никитин.
С одной стороны он действительно много знал того, что неизвестно в этом мире, но по части трав и снадобий он был действительно не силён. Поэтому он так уклончиво и ответил.
— Слышь Берг — обратился один из мужиков к старосте — может, пустим его а? Знахарь нам нужен. А то у моей жены зуб болит. Уже две недели она мается и мне покоя не даёт! Да и ты сам видишь пятен на парне нет, да и идёт он из города, а там всё чисто.
Берг долго чесал затылок, прикидывая так и эдак, но всё никак не мог решиться на что-нибудь. Никитин его вполне понимал знахарь не частый гость в здешних местах, а когда рядом свирепствует эпидемия, то знахарь нужен просто позарез. С другой стороны оставаться здесь и лечить он не мог, он не для этого совершил побег из города пауков, что бы вновь застрять где-нибудь.
— Спасибо почтеннейшие, но я должен идти дальше. — разрешил он этот трудный для старосты вопрос.
На лице старосты отразилось облегчение, оттого, что ему не пришлось принимать трудное
