Мать и отец болезненно воспринимали происходящее с дочерью. Они всякий раз спрашивали себя: что упустили, что не сумели объяснить? Не их ли вина в том, что Лита каждый раз загоняет себя в тупик, пытается сделать противоречащее ее натуре? Не из этой ли серии и предстоящий брак с Мартовым? Она хочет показать, что способна на лучшую жизнь. Может, ей даже противен ее избранник, и только для того, чтобы подняться в их глазах, она идет на этот шаг. Владимир Петрович внимательно посмотрел на жену, дочь. Обе взволнованны. Кажется, ни одна, ни другая до конца не осознают предстоящих перемен.
Только прозвучала фамилия Мартова, родителям сразу стало ясно, что речь идет о влиятельном человеке, крупном бизнесмене, чье имя часто мелькает на страницах газет и на телевидении. Его жизнь настолько отличается от окружающего мира. При всем благополучии семьи Богдановых было понятно, что уровень возможностей и притязаний седовласого бизнесмена несравнимо выше. Он на вершине горы, а они пусть не у подножия, но где-то на середине пути. Трудно представить себе его в быту. Что может быть общего у него и их дочери? Владимир Петрович по-новому увидел Литу. Ее чувствительность и ранимость отошли на второй план, уступая место невостребованной жажде любви, женского счастья рядом с сильной личностью. Дочка давно выросла, а он все еще помнит их первую встречу, когда в крошечном розовом комочке он увидел самого прекрасного ребенка в мире. Она казалась ему необыкновенной, он дал себе слово, что всегда и во всем будет помогать ей. Тогда его переполняло чувство благодарности к жене, подарившей ему это чудо. Столько лет прошло, малышка давно сама могла стать матерью. Много потеряно времени, а впрочем, не было бы этого Скользнева, не повстречала бы Лита и Мартова. Какие повороты делает судьба, игра Божественного Провидения.
Богданов почему-то отчетливо вспомнил одну светскую вечеринку, которую громко освещали средства массовой информации. Городская элита праздновала Новый год и день рождения Мартова. Телевизионщики на всех каналах старались показать хоть небольшой отрывок праздничного шоу. Простые смертные созерцали великосветскую тусовку, прикрытую для приличия маской благотворительности. Щедрость денежных взносов превзошла все ожидания. Переводы на счета детских домов, адресные вложения в начинающих творческий путь, средства на строящуюся в ***нске церковь. Мартов тогда говорил что-то о колокольном звоне, в котором хоть один тон будет содержать и его вклад. Атмосфера праздника царила в огромном фойе местного Дворца спорта, где и проходил праздник.
Владимир Петрович вспомнил, как часто камера останавливалась на Мартове и его супруге. Интересная блондинка средних лет с красивыми зелеными глазами. Немного располневшая, но все равно выглядевшая прекрасно в серо-черном длинном вечернем платье. Сияние бриллиантов довершало ее великолепие. Светлана Мартова, ее звали именно так. Ослепительная улыбка этой женщины не осталась незамеченной даже Кирой Петровной. Как и то, что она слишком часто меняла пустой бокал с шампанским на полный. Буквально вскоре телевидение и газеты муссировали ее трагическую гибель. Речь шла о жене влиятельного бизнесмена, и ее смерть обросла невероятными слухами. Судя по одним, автомобильная катастрофа стала местью за крупную сделку, совершенную Мартовым, без участия рассчитывавших на нее лиц. По другой — Светлана последнее время часто садилась за руль в нетрезвом состоянии. В тот зимний вечер она просто не справилась с управлением, врезавшись на полном ходу в дорожное ограждение, пытаясь уйти от столкновения лоб в лоб. Одна областная газета, падкая на дешевые сенсации, вскоре напечатала статью «Жизнь в золотой клетке». В ней приводились факты якобы невыносимого существования жены крупного коммерсанта, поправшего все человеческие нормы во имя процветания бизнеса. Фамилии не назывались, в свете случившегося материал явно указывал на семью Мартовых. Публика любит посмаковать такое, порыться в чужом белье. Мартов не стал снисходить до мнения какой-то газетки. Грязная статейка осталась без комментариев, но ее главного редактора быстро сменили. А дело по прошествии времени закрыли, сделав заключение о несчастном случае.
Лицо смеющейся зеленоглазой блондинки опять непрошено возникло перед глазами. В нем было явно отражено страдание, безразличие, вызов. Она постоянно бывала рядом с мужем, но близость эта была предписана светскими правилами. Казалось, дай им волю — и супруги разбегутся в разные стороны. Может ли поселиться счастье там, где царит всемогущество и вседозволенность, там, где даже не знаешь, чего пожелать? Богданов вдруг почувствовал, что не рад предстоящим событиям. Конечно, он желал дочери счастья, наполненной, интересной жизни. Но какова цена этому благополучию? Прожив достаточно долгую жизнь, Владимир Петрович знал, что за все рано или поздно приходится платить. Найдет ли его девочка счастье в таком союзе? Он надеялся, что так. Мартов превратит ее существование в сказку для взрослых без волшебства. Пусть, лишь бы не видеть больше ее потухших глаз и грустного лица. Она делает осознанный выбор. Богданов гнал от себя мысль, что ее решение продиктовано желанием досадить Скользневу, угодить родителям. Она не настолько глупа. Не нужно настраивать себя заранее на неприятности. Мартову и Лите нужна подпитка. Они получат ее. Он — от импульсивности молодости, она — от благоразумия зрелости. Устав от собственных психологических изысканий, Богданов хлопнул в ладоши.
— Ну-с, барышни, пока вы витаете в облаках, беру инициативу в свои руки. Обязуюсь приготовить к предстоящему ужину с полтысячи фирменных пельменей. Возражения есть?
— Нет, — подняла руку Лита.
— И у меня тоже, — улыбнулась Кира Сергеевна.
— Поручаю вам замесить тесто, а я соображу фарш. Ты, дитя мое, присоединяйся к процессу лепки в критический момент потери терпения.
Женщины переглянулись. Каждая с самого начала знала, чем закончится объявленная инициатива.
— Ну, Литочка, все ясно. Сейчас я сделаю тесто. Папа, чертыхаясь, приготовит фарш. А ты сразу начнешь с ним лепить шедевры семейной кулинарии. Иначе после второго десятка мы услышим все самое-самое о тесте, кухонном столе, морозильной камере и т. д. Можно поручить тебе, Володя, купить горячительные напитки в виде водки и красного сухого вина?
— Без проблем, я могу прямо сейчас.
— Прямо сейчас, только в супермаркет на Никольской. Там нет той отравы, что в ларьках. И прошу тебя, Володенька, не споткнись где-нибудь. Будь предельно внимателен и положи сдачу именно в карман, хорошо?
Богданов не обижался. За столько лет вместе они изучили друг друга «от» и «до». О рассеянности Владимира Петровича ходили легенды на кафедре, а в семье на это давно смотрели с улыбкой, привыкли. Его голова занята только наукой и отказывается вникать в житейские премудрости.
