— Можешь уже открыть глазки и перестать так сильно за меня держаться, глика, — насмешливо проворчал Люциан.
— Мы точно больше не летим? — спросила Лилиан, все еще не решаясь поднять веки и крепко держась за шею супруга.
— Точно. Сейчас я и крылья уберу…
— Погоди! — выпалила она, мгновенно оживляясь и спрыгивая на землю.
Люцифер довольно улыбнулся, склоняя голову к плечу.
— И как?
Два громадных, опалесцирующих крыла красовались у него за спиной, тихо шелестя и вздрагивая, должно быть, в такт дыхания Князя Тьмы.
Лилиан вздрогнула, ощущая, как начинает пульсировать кожа на ее левой ладони. Сжав кулак, она протянула руку и коснулась черных перьев костяшками. Кожу пронзило тысячей иголок, но девушка продолжила исследовать заинтересовавшую ее часть возлюбленного, ведь раньше она даже не подозревала, что таковая у него имеется.
Распластав ладонь, она погладила крыло, наслаждаясь шелковистой мягкостью.
— Лили.
— Почему ты мне их никогда не показывал? И как… — вторая ладонь прошлась по обнаженному торсу, намекая на отсутствие одежды. — Когда успел раздеться?
Люцифер фыркнул.
— Еще не привыкла к моему могуществу?
Пальцы Лилиан вновь заскользили по перьям, перебирая, рисуя узоры, взъерошивая. Кожа Князя у самого горла, где ее коснулись губы Лили, отозвалась пылающим жаром, заставляя девушку застонать. Она чуть сжала в руке длинные перья — Князь отразил ее стон.
— Глика! — прохрипел Люциан, обнимая ее за талию и притягивая к себе для жадного поцелуя, в то время как его крылья образовали вокруг них трепещущий, ласкающий кокон.
— Ты самая лучшая женщина, Лилиан, — прошептал он. Зубами вытащил шпильки, скалывающие ее хитон на плечах. — И теперь ты только моя.
— Я всегда была только твоей, Ифер. Сагапо, мой Князь.
— Эго имэ агапи су, глика му.
Грот на склоне возвышающейся над Критом Дикты укрыл их ото всего мира, сущего и призрачного. Видавшие виды камни в его сводах перешептывались, вспоминая свою юность, когда им единожды довелось быть свидетелями подобной страсти.
Оставшись вдвоем на вершине одинокой скалы, Карла и Дамиан продолжали стоять на коленях и никак не решались взглянуть друг на друга. Карла тоскливым взглядом скользила по окружающему их со всех сторон морю, теряясь в догадках, что же теперь делать.
— И что вся эта… Это уже все? — решилась заговорить она.
— Дальше Князь справится и без нас, — не поворачиваясь, ответил Дамиан.
— А где это мы, вообще? И может быть ты, наконец-то, мне объяснишь суть этих полетов.
Мама мия, я так перепугалась, что чуть…
— Как же я устал! — внезапно упав на спину, пожаловался Дамиан.
Он потянулся всем телом и, раскинув руки, уставился в небо.
Миз Дивейн поначалу оторопела от неслыханной наглости, с которой был прерван поток ее вопросов, а потом посмотрела на вальяжно распластавшегося демона и забыла сделать вдох. Мгновенно представила, как прижимается к его груди, ласкает языком открывшуюся ее взору длинную шею, как запускает пальцы в его волосы, как…
"Грр!" — чувствуя, как ей становится нестерпимо жарко посреди ночной прохлады, она тихо выругалась и поднялась.
"Чтоб ему пусто было. А с Лили я еще разберусь! Бросила меня на милость этого… этого…О, да что же он творит?!"
Она посмотрела вниз на пальцы Дамиана, гладящие ее ступню в открытой сандалии.
Встретив ее недоуменный взгляд, демон порочно улыбнулся и сел.
"Черт-черт-черт! Лили, я тебя с твоими "обычаями предков" удушу. На мне же белья нет, а он…"
А он обнял ее колени, прижимаясь щекой к бедру, не прикрытому короткой эксомидой.
— Не только Князю понравилась идея Кирии, — признался он, лаская ее кожу своим дыханием. — Ты просто восхитительна в этом наряде, илико.
Легкий поцелуй — он резко вскочил, едва не сбив Карлу с ног.
— Дамиан, — взмолилась она, ошарашенная его поведением. — Дамиан, что ты…
— Мы на Кикладах, Карлита. На осколке Санторина, если быть точным. Днем эти острова гораздо более приветливы. Пойдем, — он протянул ей руку. — Здесь нам больше делать нечего.
Подождав пару минут и не дождавшись ее реакции, он положил ладони ей на плечи и переместился.
Оказавшись посреди гостиной в своей квартире, миз Дивейн стряхнула сковавшее ее оцепенение и недовольно уставилась на Всадника Смерти.
— Не хочешь объяснить?
— Обряд? — Дамиан расслабленно устроился в кресле, смерив Карлу оценивающим взглядом. — Это было нечто вроде "прыжка веры". Кирия вручила свою жизнь в руки Князя, демонст…
— Заткнись! — оборвала его Карла. — Не это я просила объяснить, хотя это тоже… Тебе хорошо известно, что я имела в виду. Потому просто заткнись.
— Илико, — Дамиан ощутимо напрягся, но сохранил благодушное выражение лица, — а ты всегда так гостеприимна?
— Только с такими… — она запнулась, побоявшись обругать его привычным способом.
"Все-таки демон" — трусливо пискнул здравый смысл.
Дамиан поднялся, подошел к двери и прислонился к косяку.
— Хотел похвалить твое платье, а не злить тебя, девочка, — прошептал он еле слышно.
Но Карла поняла каждое слово и, залившись румянцем, невольно подалась к нему. Остановилась, уткнулась глазами в пол, опасаясь очередной непредсказуемой выходки с его стороны.
— И совсем ты не боишься находиться рядом с демоном? — вкрадчиво поинтересовался Дамиан.
Встрепенувшись и отразив его лукавую улыбку, Карла сделала еще шаг, чтобы почувствовать тепло его ауры.
— А что ты утащишь меня в свое темное логово на съедение?
— Нет, — сразу отрезал он. — Хотя очень хотелось бы…
Прежде чем девушка успела отшатнуться, испуганная хищным оскалом, промелькнувшем на его лице, он взял ее руку в свои, переплетаясь пальцами.
Карла подавила волну страха и, сузив глаза, всадила ногти в его ладонь.
— Шуточки у вас демонов, однако.
— Некоторым нравились…
— Некоторым больше нравится в вас другое, — решившись сделать свой ход в начатом на скале сближении, Карла положила свободную руку ему на плечо.
— Карлита, — почти простонал он.
— Меня влечет к тебе, Дамиан. Мне и страшно, и хорошо от этого.
Не получив ответа, она сильнее впилась ногтями в его руку.
— Эй, слушаешь меня?
— Знала бы ты… — начал Дамиан, но осекся.
— Что?
Демон покачал головой, отчего темные пряди скрыли его глаза, лишая Карлу возможности прочесть в них ответ.
— Дамиан, — произнесла она, наслаждаясь тем, как перекатываются звуки его имени на языке. Хотелось повторять его снова и снова.
