– Флора не совсем хорошо владела английским, и акцент выдавал ее.
– Послушайте, мы все сидим за одним столом, – начала закипать Мэри. – Если уж вы решили критиковать лично меня, то скажите мне это в лицо!
Тетушка взглянула на нее, причем в ее взоре проскользнула такая крайняя надменность, что Мэри начала испытывать злость.
– Я уже все сказала, – не торопясь, проговорила тетушка Эфрония. – Решение принимает граф, он – ответственный, и Бог ему судья.
– Мы вовсе не собираемся взваливать на его плечи наши заботы! Ни Мэри, ни всех остальных! – воскликнула Камелия.
– Оценивая его великодушие, полагаю, что он имеет право управлять вашим поведением! Одному Богу известно, кому это нужно! В жизни не видела леди с такими чудовищными манерами!
Назревал скандал, поскольку все четыре сестры одновременно подпрыгнули на месте, как, впрочем, и тетушки Фелиция, Эфрония, а вместе с ними и лорд Кент.
– Молчать! – взорвался граф, и его голос, прозвучавший словно нож, ударивший о фарфоровое блюдо, мгновенно восстановил тишину. – Сейчас же, – он взглянул на Мэри и сестер, – прекратите препираться со старшими подобным образом. Это невежливо. Тетушка Эфрония и тетушка Фелиция! Хотел бы вам напомнить, что эти молодые особы – мой выбор, не ваш. Хотя я предполагаю, что вы и можете принять в штыки новых племянниц. – Граф отвернулся от тетушек к сестрам. – Как я думаю, и вы не против нашего родства. Я далек от того, чтобы сводить счеты. Но, так или иначе, я настаиваю, чтобы поведение каждой из вас также соответствовало правилам, принятым за моим столом. – Граф окинул взглядом всех присутствующих.
Приведенная в замешательство Мэри залилась краской смущения.
– Вы совершенно правы, и я прошу прощения…
Ведь действительно, эти женщины были сестрами ее родной матери, и она не имела никакого права судить их за пышные одежды и чопорное поведение. По большому счету часть ее обид была вызвана собственным смущением и замешательством. Мэри обернулась к тетушкам:
– Я обязана извиниться за свою несдержанность. Никогда нельзя говорить таким тоном. Уверяю вас, что моя мать учила меня уважению к старшим, и она была бы крайне огорчена, если бы узнала, что уроки не пошли впрок.
Извинения были настолько горячо поддержаны сестрами, что тетушка Синтия не могла сдержать улыбки и даже леди Эфрония откликнулась холодным кивком.
Дальнейший ужин проходил более прохладно, и, как только он подошел к концу, Мэри, сославшись на усталость ее и сестер, извинилась, попросив разрешения удалиться. Сидевший рядом сэр Ройс тут же вскочил, отодвинув стул и предложив Мэри руку:
– Молю, разрешите вас проводить.
– Думаю, что способна проделать столь долгий путь до собственной комнаты самостоятельно, – ответила Мэри, смущенно моргнув, но тем не менее опершись на его локоть.
Сестры Мэри поспешили вперед, явно стремясь покинуть столовую.
– Я надеюсь, что вы не пойдете по пути тетушек, которые, скажем прямо, ввергли вас в уныние? – начал Ройс.
– Боюсь, вы слишком плохо меня знаете, если думаете, что они могут меня расстроить, – скользнула по нему взглядом Мэри.
– Подозреваю, что не так уж и плохо. Но позвольте вас уверить, что все они втроем не совсем относятся к семье. Мне так кажется. Честно говоря, по мере сил я стараюсь не иметь дел с тетушкой Эфронией, не к ночи будет помянуто, поэтому не мог с чистой совестью видеть, как она вас разглядывает.
– Вы исключительно смелый человек, – хмыкнула Мэри.
– Просто я испытал достаточно переживаний, наблюдая за вашей милой беседой, – насмешливо улыбнулся Ройс.
– Благодарю за любезность, оказанную этим вечером.
– Высоко ценю ваши слова, – он изогнул бровь, – но не совсем понимаю, что вы имеете в виду…
– Я заметила, как вы украдкой показываете мне, какие нож и вилку следует использовать. Без вашей помощи я бы не справилась. Только не нужно этого отрицать. И я действительно это оценила. Порой мы все нуждаемся в помощи, Бог свидетель.
Ройс пожал плечами:
– Даже не стоит обращать на это внимания. Я знаю, как трудно быть чужаком в семействе Толбот.
Они вышли на лестницу, и сестры их уже обогнали, беззаботно болтая, но Мэри, несколько помедлив, посмотрела в лицо Ройса, все еще предлагающего свою руку.
– Я ничуть не забыла о том, что вы сделали для меня и моих сестер. Поверьте, моя благодарность безгранична. Наша, – Мэри подчеркнула это слово, – наша благодарность безгранична.
Ройс так и не отпустил ее руку, хотя Мэри понимала, что он мог бы это сделать, как это могла сделать и она сама. Вместо этого она взглянула прямо в его лицо не в силах произнести ни слова.
Мэри ощутила, что тонет в его глазах. В свете канделябров зеленый цвет глаз Ройса стал еще темнее, а зрачки казались шире, чем при дневном свете. Гладкость его щеки так и манила прикоснуться к ней рукой. Захотелось – и да простит ей Бог такое желание – почувствовать снова его губы прижатыми к своим…
Мэри удивилась бы, если б узнала, что и сэр Ройс думает о подобных вещах, что, конечно, он помнит о волшебном поцелуе прошлым вечером. Его глаза снова потемнели, и взгляд на мгновение задержался на ее губах, словно отразив ее мысли как в зеркале. Однако Ройс вел себя значительно скромнее, чем прошлым вечером.
Его рот помягчел, и он, поклонившись, поцеловал руку Мэри.
Ощутив волшебный бархат этого прикосновения, она затрепетала.
Ройс блеснул глазами и снова со всепонимающей улыбкой пробежал взглядом по ее губам. Мэри была уверена, что ему хорошо известна ее реакция, более того, он ее ждал.
– Спокойной вам ночи, мисс Баскомб.
– Спокойной ночи… – прошептала Мэри, едва переводя дыхание, и, не оглядываясь, взлетела по лестнице. Однако, уже находясь на самом верху, она не сдержалась и, бросив взгляд вниз, убедилась, что Ройс все еще смотрит ей вслед.
Ворвавшись в свою комнату, Мэри так и не смогла с ходу стереть с лица счастливую улыбку.
В комнате уже находилась раздевающаяся Роуз, и, к удивлению Мэри, здесь же была служанка Дженни, умело расстегивающая пуговицы платья на спине сестры.
Роуз бросила на Мэри страдальческий взгляд, в то время как служанка присела в вежливом реверансе.
– Вам не стоит оказывать нам помощь, по крайней мере в этом, – заметила Мэри.
– Но, мисс, это же моя работа, – недоуменно взглянула на нее Дженни.
– Да, конечно, но я уверена, что и я, и Роуз отлично сможем помочь друг другу справиться с пуговицами.
