— Шутишь, приятель? Я балдею в спальном мешке.
— Везет же некоторым. А кто же это увязался за нами?
— Наверно, Того Васев. Вообще-то он одиночка, а здесь присоединился к одной экспедиции. Но они отказались идти с ним. Побоялись, что накличет на них беду. Его черт знает сколько раз спасали в горах. От лагеря он пошел очень даже бойко.
— А ему надо торопиться. Он поздно вышел. Конец связи.
Наконец подошли шерпы. Лхакпа тяжело отдувался, вид у него был больной.
— Извини, Хэл, — сказал Нима. — Никак не мог заставить его идти быстрей. Он слишком старый.
— Ничего я не старый! — Лхакпа сдвинул на сторону кислородную маску и сплюнул в снег. — Просто сегодня плохо себя чувствую.
— Вряд ли он сможет идти выше Южной вершины, — с грустью произнес Нима. — Мы там оставим для вас кислородные баллоны, а потом я отведу Лхакпу назад.
— Но ведь это значит, что ты не взойдешь на самую вершину, — в смятении проговорила Джози.
— У меня еще будет возможность, — отвечал тот, — но больного друга я в горах не брошу.
Хэл кивнул:
— Спасибо, Нима. Скоро и твой час придет.
— Если боги пожелают. Ладно, мы немного отдохнем, а вы идите.
— Благородный юноша, весь в отца. Шерпы — самые замечательные люди на свете. А Нима — один из лучших шерпов.
* * *
В начале одиннадцатого утра Джози и Хэл наконец-то выбрались на вершину хребта. За час до этого они поменяли использованные кислородные баллоны на запасные.
— Я должна сесть, Хэл. Дай мне отдохнуть.
— Нельзя. В прошлый раз, когда ты села, мы отдыхали пятнадцать минут. Мы теряем темп.
Джози знала, что он прав. Размеренный темп первых пяти-шести часов снизился теперь до черепашьего шага, они часто останавливались, потому что ей не хватало дыхания. Джози навалилась на ледоруб, давая ногам минутную передышку.
— Идем. Южная вершина уже близко.
Подгоняемая мыслью о скорой встрече с Себастьяном, Джози заставила себя сдвинуться с места. Процесс восхождения полностью поглотил ее, она почти забыла о Себастьяне. Сосредоточься, твердила себе Джози. Помни, зачем ты здесь.
Наконец они поднялись на плоскую Южную вершину. Джози остановилась, растерянно моргая и озираясь по сторонам, словно ожидала увидеть обледенелый труп Себастьяна. Но трупов нигде не было. Когда они немного отдохнули, Хэл сказал:
— Пойду осмотрюсь.
Оставшись одна, Джози особенно остро ощутила свою незащищенность. Она лежала на снегу всего лишь в нескольких сотнях метров от вершины Эвереста. Глядя вверх, она видела боковину крутого гребня. Сама макушка пирамиды оставалась вне поля ее зрения.
Вернулся Хэл.
— Я нашел Себастьяна и Рика, — сказал он. — Они оба вон за тем сугробом.
Хэл помог Джози подняться и повел ее по гребню. На его дальнем конце лежали два мертвеца, наполовину занесенные снегом.
— Я похожу тут неподалеку. Не буду тебе мешать. — Хэл удалился.
Себастьян лежал свернувшись калачиком, уткнувшись лицом в выцветший нейлон непродуваемой куртки. Джози отодвинула ткань с лица мужа.
Она столько раз представляла себе это мгновение, что сейчас не испытывала ни ужаса, ни отвращения при виде усыхающих останков человека, которого любила. Кожа туго обтягивала его череп, но заострившиеся черты все еще были узнаваемы. Окоченевшие веки плотно сомкнуты, остатки обесцвеченных ультрафиолетом волос ослепительно белые.
Джози сняла верхние перчатки и погладила лицо мужа.
— Если б ты знал, как мне тебя не хватает, — прошептала она. — Так тяжело было жить, пока я не знала, где ты… ничего не знала об этой горе, погубившей тебя. Но теперь знаю и, кажется, понимаю, почему тебя так влекло сюда.
Несколько минут Джози сидела подле мужа в полной неподвижности.
— Помнишь строчки, которые ты когда-то прислал мне? «Те, кто рядом со мной, не знают, что ты ближе мне, чем они. Говорят со мной и не знают, что сердце полно лишь тобой…»
От волнения у нее сдавило горло, и она на мгновение замолчала.
— Ты тоже всегда будешь со мной. И всегда будешь жить в моем сердце.
Джози посидела еще немного и наконец встала.
Подошел Хэл:
— Ну, ты как?
— Ничего.
Хэл нагнулся к Рику и обшарил его карманы. Нашел фотоаппарат.
— Возможно, остались ценные кадры.
Он опять нагнулся и стал искать руку с обручальным кольцом, которое просила привезти Дебора. Найдя кольцо, он легко снял его с окоченевшего пальца друга и спрятал в карман, потом занялся осмотром Себастьяна.
— Смотри-ка. — Хэл открыл рюкзак Себастьяна, в котором лежал пустой кислородный баллон. На нем черным маркером было выведено имя Рика. — Рик отдал Себастьяну последний кислородный баллон.
— А где остальные участники восхождения?
— Не знаю. Может, оступились и упали с гребня. Мы в одном шаге от бездны.
Хэл порылся в рюкзаке.
— Тут что-то еще. — Он вытянул уголок яркой ткани. — Это, должно быть, параплан.
— Точно. Он ведь собирался спуститься на нем. Совсем забыла.
Хэл вытащил свой фотоаппарат:
— Не возражаешь, если я сфотографирую тела? Этот баллон — доказательство, которое поможет Деборе выиграть дело в суде.
— Конечно.
Хэл сделал несколько снимков. Джози смахнула снежинки с лица мужа.
— Ты всегда будешь со мной, Себастьян. — Она распрямилась и сказала Хэлу: — Я готова.
— Что, идем на вершину? — спросил Хэл. — Сил хватит?
— Хватит, — без запинки ответила Джози.
Вершина. У Джози участился пульс. Теперь она ни за что не отступит, даже если придется ползти на четвереньках. Хэл начал решительно подниматься по склону. Сжав волю в кулак, Джози последовала за ним.
* * *
Казалось, прошло всего несколько минут, а Джози уже обессиленно рухнула на колени. К горлу подкатила тошнота, во рту горчило. Она вдохнула кислород, наслаждаясь свежим вкусом, в котором растворилась едкая горечь, потом с замиранием сердца глянула вверх. Этот участок склона был крутым, с обрывами по обеим сторонам. По всей его длине вились змейкой веревочные перила.
Хэл достал плитку высококалорийного концентрата и половинку протянул Джози:
— Держи. Жуй. Это обязательно нужно съесть. Калории тебе понадобятся.
Джози чуть оттянула от лица маску, просунула в рот ледяной брикетик, разогрела его на языке, затем прожевала и проглотила.
— Пошли.
Джози взялась за перила и, дрожа от натуги, продолжила путь, принуждая себя смотреть только на тонкую нить из красного нейлона, хотя глаза то и дело косили по сторонам.
Шагай и дыши. Вдох. Выдох. Шагай и дыши.
Хэл остановился. Они стояли у подножия самого крутого участка склона. Должно быть, это Ступень Хиллари, словно в тумане подумала Джози. Десятиметровая стенка, прохождение которой требует неимоверного напряжения сил. Хэл проверил крепление ее страховки и полез.
