а комп защищён рунами. И даже в этом случае проректор держит дистанцию. Вот она, мощь.
— Анжела, — бросил на ходу проректор, — я отлучусь ненадолго.
— Как скажете, ваше благородие.
Милота.
Выйдя в коридор, я не сдержался:
— Работаете сверхурочно, господин проректор?
— Не твоего ума дело.
Пожимаю плечами.
И так всё понятно.
Примерный семьянин и авторитетный дядька долгими осенними вечерами нахлобучивает аппетитную шлюшку. Ну, и параллельно думу думает. Печётся о благе Академии.
Мы спустились по лестнице на первый этаж, миновали гулкий и роскошный вестибюль, смахивающий на мавзолей социалистического правителя, свернули в неприметный коридорчик и очутились перед бронированной дверью. В центре двери находилось считывающее устройство с красным индикатором.
— Прикладывай жетон, — буркнул проректор.
Сняв с шеи студенческий амулет, я поднёс его к считывателю. Волков говорил, что официальное разрешение означает перепрошивку моего жетона и расширение уровней доступа.
Устройство сработало.
Красный огонёк сменился зелёным.
Внутри створки что-то лязгнуло, щёлкнуло и зашипело. Полотно разделилось на две части, скользнуло в пазы дверного проёма.
Нашему взору открылись ступеньки, ведущие в подземелье.
Вспыхнул свет.
— Запоминай дорогу, — сказал Зандер, спускаясь вниз первым. — Назад будешь возвращаться один.
Ступеньки были крутыми, бетонными. Стены из шлифованного кирпича служили пристанищем для выдвижных вставок — такие я видел под сводами тренировочных арен. На уровне моей головы тянулись коммуникации — сцепленные между собой провода, пластиковые трубы.
Лестница перетекала в узкий коридор.
По обе стороны коридора были разбросаны безликие металлические двери. Все — под кодовыми замками и считывателями. Думаю, электроника была артефакторной и очень дорогой, рассчитанной минимум на грандмастеров и магистров.
Интересно, что здесь запечатано?
Как вариант — секретный архив. Возможно, артефакторика, применяемая наставниками на полигонах и в ямах. Быть может, оружие. Я даже не удивлюсь, если через этот подвал доставляются ящики со зверьём, которое позже выпускают на полосы препятствий.
Коридор сворачивал направо.
Мы остановились перед дверью, маркированной обозначением «П-6». Краем глаза я отметил проём со скошенным потолком. Очередной спуск. Да, ребята, у вас тут настоящие катакомбы...
Зандер остановился возле двери.
— Портал здесь. Я не могу войти — дверь открывается твоим жетоном. Так что здоровья тебе и хорошего настроения.
Развернувшись на каблуках, барон зашагал в обратную сторону.
— И не суй нос куда не положено, — услышал я доброе проректорское напутствие.
Пожав плечами, прикладываю жетон к считывателю.
Мне вообще насрать на этого мудака.
Лишь бы учиться не мешал.
Дверь в портальную комнату оказывается вполне обычной. После смены индикатора щёлкнул замок — и всё. Мне пришлось нажать ручку и открыть дверь классическим способом.
Комната освещена огнями портальной арки.
И фиолетовым сиянием.
Закрыв створку и повесив жетон на шею, я уверенным шагом двинулся к порталу. Переступаю незримый порог — и оказываюсь в буфере. Здесь собралась приличная коллекция арочных порталов. Я догадался, что одно из устройств перенастроили для связи с Академией. Или...
Меня посетило жутковатое озарение.
Что, если Академия — один из полигонов Особого отдела?
Просто у меня доступа не было...
— Опаздываешь, — Ким Брукс шагнула мне навстречу.
Девушка была стройной и черноволосой, а из всех возможных причёсок предпочитала конский хвост. Сегодня Кимберли была одета в толстовку, свободные джинсы и парусиновые туфли.
— Пары, — пожаловался я. — Извини.
— Это твоё время, — пожала плечами Брукс. — При любых раскладах осталось пятьдесят минут.
— Я понял. Куда сейчас?
— Яма.
Брукс растворилась в нужном портале.
Я последовал за ней.
Пять дверей, преимущественно зелёные лампочки. Распределитель для ям, в которых тренируются канцеляристы. Брукс, не задумываясь, выбрала ближайшую дверь, разблокировала кодовый замок и впустила меня внутрь.
— Чем сегодня займёмся?
Вспыхнули лампы, вмурованные в железобетонный купол.
Активировалась артефакторика.
— Контролем времени, — сказала Брукс, двинувшись к центру ямы.
Я успел подготовиться к любым неожиданностям. Восстановил запас сил, исцелил синяки и ссадины, подкрепился и настроился на взбучку.
— Что ты имеешь в виду? — делаю пару шагов и останавливаюсь.
— Проценты. Ты должен понимать, с какой скоростью движется противник. И как сильно придётся замедлить хронопоток, чтобы выйти победителем.
Ким развернулась лицом ко мне.
— Макс, ты должен понять некоторые фундаментальные вещи.
Выдвинулись менгиры.
Соткался пепельно-серый купол.
— Первое. — Девушка подняла вверх указательный палец. — Хронопоток замедляется на крохотной локации. Десять метров. Иногда двадцать. Редко — километр. Внешнему наблюдателю будет казаться, что твои оппоненты застыли. Тебе будет казаться то же самое. Это нормально, ведь ты не отличаешься от наблюдателя. Вы оба «сохранились» в привычном континууме.
— А когда я перемещаюсь...
— Зона искажённого времени сдвигается вместе с тобой, — кивнула инструкторша.
— Пули работают, — заметил я.
— Конечно, — хмыкнула Брукс. — Любой предмет, на который ты оказываешь влияние в данную секунду, выпадает из замедленного хронопотока. Воздействуя на спусковой механизм пистолета, ты влияешь на пулю. Усаживаясь за руль автомобиля, выдёргиваешь в привычную реальность автомобиль. Когда убиваешь человека, органы повреждаются с твоей скоростью.
— А как вычислить процент замедления?
— Никак. Ты не компьютер и не калькулятор. Поэтому нужно использовать своего врага в качестве точки отсчёта. Прикинуть, как он двигается. Запомнить этот ритм. И откатить хронопоток наполовину. Это пятьдесят процентов. Притормаживание в четыре раза — это двадцать пять процентов. Чем больше практики, тем точнее будешь прикидывать.
— Враг может нарочно замедляться.
— Да. Таково искусство войны.
Кивнув, я размял шею:
— Начнём?
Вместо ответа Брукс скользнула в мою сторону. Последовала серия ударов руками и ногами. Блоки, перехваты. Сначала — на приемлемой скорости. Затем — на запредельной для меня нынешнего. Пропустив двойку в корпус, я сумел достать Ким лоукиком и прямым в голову, но девушку даже не повело. В ответ мне прилетело локтем в челюсть и костяшками пальцев в живот.
Расходимся.
— Ты ускорилась процентов на сорок, — констатировал я.
— Нет, — улыбнулась Брукс. — Я не применяла магию.
— Издеваешься.
— Ты просто медленный. Займись этим телом, Макс. Оно не тянет боевые нагрузки.
Врубаю регенерацию.
Брукс терпеливо наблюдает за тем, как я прихожу в норму, окутавшись зелёным сиянием.
— Снова, — приказала инструкторша.
Я первым ломанулся в атаку. Нырнул под руки Брукс, нанёс два удара в корпус, затем рубанул ей головой в переносицу. Вкатило, но неожиданно Брукс ускорилась. Забив на приличия, притормаживаю хронопоток. Сразу процентов на пятьдесят. Вижу замедление противницы, иду в атаку. Шаг, подшаг. Лоукик, колено, блок, локоть, блок, левый
