Нам ведь надо было добиться только временного сходства. Чтобы добавить неразберихи.
— Как вы собирались добиться внешнего сходства?
— Дети должны были пострадать при взрыве и получить ожоги.
— А этот мальчик?
Молчание.
Вся следственная бригада уже четвертый месяц ломала головы, на чьего двойника годился Егор Васильев. Ни по возрасту, ни по источнику выдать его за кого-то не получалось.
— А вы знаете, что если б не этот мальчик, вас бы не взяли?
На лице подследственного впервые появляются чувства. Ненависть и злоба.
— Он позвонил Милославскому прямо из вашего кабинета. По правительственной связи. Кстати, откуда у вас правительственная связь?
— Союзнички провели для связи с ними… Так это он навел ПГБ? — В голосе Залесского появляется такая жажда крови, что следователю хочется проверить, работает ли артефакт блокировки силы.
— Он, он; вам разве еще не говорили?
— Нет…
— Ну же, Залесский, объясните! — старается дожать следователь.
И Залесского прорывает:
— Гаденыш, ублюдок! Гнилая кровь!‥ — Бывший завуч почти шипит еще пару нецензурных эпитетов, а потом внезапно, словно решившись на что-то, начинает торопливо рассказывать: — Меня Потемкины в первый же день вычислили, гады. Я еще устроиться в усадьбе не успел, а меня сразу в подвалы бросили. И тоже спрашивали… Хорошо спрашивали… Спрашивать они умеют. Все отцовскими экспериментами интересовались. Архив сразу отобрали. Только их одно интересовало — как вывести человека с определенным набором свойств источника. Несколько месяцев мурыжили, а потом отпустили. Лабораторию дали. Сначала просто с одаренными работал, а когда результаты пошли, велели с источником наследника работать на предмет прокачки. Под присмотром, конечно. Там целый штат врачей и ученых был. Только он баран полный… точнее, кролик… Его от лекарств на блуд пробивало. В усадьбе-то ладно, ему баб быстро организовали, а вот на выездах — дерьмо полное было… Не везде же можно девку с собой таскать. А курс препарата и тренировок на года рассчитан. Случалось, что прямо на улице девку ловили, когда ему припрет.
— А потом что с ними делали? — От неожиданности рассказа у унылого следователя тоже проснулись эмоции.
— Что-что… Денег давали да выпинывали. Кто им поверит-то? — Залесский даже усмехнулся. — Два года прошло, курс закончился, а этот кроль во вкус вошел. Отец его женить собрался, а этот болван уперся. Ну, Потемкин-старший на нас всех и взъелся, что плохо с Павлом работаем. Разогнал всех к чертям собачьим, а к нему новых людей приставил.
— И вас вот так просто всех отпустили?
— Нет, конечно. Всем блокировку поставили да на другую работу в клане перевели. Меня в лабораторию обратно. А архив и наработки, конечно, не вернули. Потемкин, гад, еще так ухмыляясь, при мне все в родовую сокровищницу унес и демонстративно на личный замок закрыл.
— А дальше?
— А что дальше?‥ Наследник женился, детки пошли, вроде даже что-то у них получилось, чего хотели. Так что через несколько лет эксперименты и лабораторию свернули, а меня заговорщикам подставили.
— И вы согласились?
— А кто меня спрашивал? Жена и дети у них, лаборатория и материалы тоже. Куда мне деваться-то? Только у меня, как этого мальчишку увидел, прямо все перемкнуло. Вылитый Пашка в молодости… Ну и решил, что верну господам Потемкиным за все хорошее. Под шумок с парнем в клановую сокровищницу проберусь. Только у мальчишки источник в целительство перекошен был, вот Скинкис и пытался его прокачать по старой отцовской методике, препаратов-то мне взять неоткуда было. Те, что выдавали, все под счет были… Начальник, дай покурить, а? — внезапно прерывает рассказ Залесский.
Пэгэбэшнику не хочется останавливать так удачно пошедший допрос, но в голосе заключенного такая мольба… Мужчина жадно затягивается, а следователю внезапно приходит в голову вопрос, которым стоило поинтересоваться раньше:
— А как же вы блокировку-то сломали?
Залесский безумно улыбается, приканчивая сигарету:
— Никак. Просто обошел на время…
Да так и валится с табурета на пол с застывшим оскалом на лице.
Глава 6
Заметка в «Московском вестнике» от 30 августа 2017 года на 3-й странице:
«…необычайно повезло жительнице Москвы Наталье N. Купив в селе Воздвиженском участок под строительство, при рытье колодца ей посчастливилось обнаружить клад из почти двух тысяч золотых и серебряных монет с двуглавым орлом начала XVIII века. Монеты находились в двух плотно окованных железом сундуках на глубине примерно 4-х метров. Счастливая хозяйка уже сдала найденные ценности в казну и ожидает вознаграждения. От интервью с нашим и другими изданиями женщина отказалась, опасаясь огласки. По оценкам экспертов, это самый крупный найденный в Подмосковье клад за последние 50 лет…»
Как можно относительно быстро заработать миллион? Первым делом на ум, конечно, лезет один криминал. А что, я принципы банковской охраны знаю, все-таки лет десять в этом вертелся, а здесь еще и на магические сигналки сильно полагаются, которые я могу видеть. Это, наверное, какая-то родовая фишка, потому что никого другого с таким полезным умением я еще не встречал и даже особых упоминаний в литературе не находил — разве что пару раз мельком, и то на уровне слухов. А клановые библиотеки и архивы для меня закрыты, и обращаться с этим вопросом к Морозовым я не собираюсь, слишком громко за нами захлопнули дверь после смерти деда. Есть и есть, мне от этого только лучше. Очнется мать — у нее спрошу.
Но тут в полный рост встает другая проблема — легализация.
Я так и вижу, как, ограбив-обворовав пару банков, я прихожу в городскую канцелярию или кто там этими делами занимается — с мешками денег (прямо с банковскими оттисками) и спрашиваю:
— Дяденьки, а как мне род зарегистрировать, я тут денежек накопил?
А они мне такие:
— А как же тебе удалось столько скопить, деточка?
А я им такой:
— Так работал, дядечки, с рождения не ел, не пил, не спал, все копил…
А они мне (учитывая, что средняя зарплата тут около ста пятидесяти — двухсот рублей в месяц для обычного рабочего, а подросткам, естественно, платят еще меньше):
— Так ты, деточка, неужто еще до крещения Руси копить начал? А зовут тебя, часом, не Кощей Бессмертный? А давай-ка мы тебя к дубу привяжем, в яйца иголки воткнем, и ты нам все подробненько и расскажешь: с какими такими уткой, щукой и медведем на дело ходил?
Как-то так.
Отпадает. Не буду врать, что никогда больше о таком не задумаюсь, но не сейчас.
Заработать?
Уже смешно. Как раз к концу третьего тысячелетия управлюсь.
Лечить я еще неизвестно когда смогу, да и знания у меня однобокие. Военно-полевая медицина во всей ее красе — я ж последний год в основном в травме работал. Поддержать жизнь, заметить и вытащить инородное тело, прихватить (не срастить до конца!) кости, сосуды, мышцы, найти внутренние повреждения. Еще на операции последнее
