Тут же были и разнообразные напитки: посошок, который мы называем дэш-эн-даррас, медовые напитки и медовое вино, джин и другие вина, привезенные из дальних стран. Было забавно видеть, как всем этим заправляет Хаггети: подобострастно кланяющийся, он сильно отличался от исполненного собственной значимости дворецкого, который хотел нанять меня на ярмарке в Трелинкете. Представив, что бы он сказал, если бы узнал, что теперь ему приходится обслуживать девушку, которую в свое время собирался взять на работу, я чуть не рассмеялась.
Когда ты молода и познала голод, ты всегда с удовольствием готова перекусить — как бы ни была взволнованна или возбуждена. И я отдала должное пирогу с мясом ягненка и копчушке, принесенным Кимом, а затем потягивала медовое вино, налитое Хаггети. Я никогда прежде его не пробовала, и мне очень понравился привкус меда; при этом я знала, что напиток может опьянить, а в мои намерения не входило притуплять чувства в самый захватывающий вечер моей жизни.
Ким с явным удовольствием наблюдал за тем, как мы едим. Было заметно, что он озадачен моей персоной. Я чувствовала, что он понял, что встречал меня раньше, и теперь ломал голову, где именно. Я с удовольствием предоставила ему возможность гадать дальше.
— Смотрите, — сказал он, когда мы пили вино, — а вот идет наш юный Борджия.
Я повернулась и увидела юношу, одетого в черный бархат. На голове — маленькая шапочка, а на лице — накладные усы. Он посмотрел на Меллиору, а потом перевел взгляд на меня и поклонился.
— Подозреваю, что я встречал эту юную гречанку на аллеях Сент-Ларнстона, — театрально произнес он, не отрывая, впрочем, своего взгляда от меня.
Я сразу догадалась, что это Джонни Сент-Ларнстон, ибо запомнила его голос, как и голос Кима.
— Но уверен, что никогда прежде не видел эту прекрасную испанку.
— Никогда нельзя быть уверенным в чем-либо, — усмехнувшись, заметила Меллиора.
— Если бы я хоть раз видел ее раньше, то никогда не забыл бы. А теперь ее образ будет преследовать меня до конца жизни.
— Странно, — с иронией произнесла Меллиора, — что нельзя спрятать свою сущность, просто надев маску.
— Голос и жесты всегда выдают нас, — объяснил Ким.
— И потом, мы трое знаем друг друга достаточно хорошо, — подхватил Джонни. — Поэтому меня так заинтересовала незнакомка в нашем кругу. — Он придвинул свой стул ближе — и мне стало как-то не по себе.
— Вы — подруга Меллиоры, — сказал он, — и я знаю, как вас зовут. Мисс Карлион.
— Ты не должен смущать своих гостей, — вставила Меллиора с нарочитой строгостью.
— Дорогая Меллиора, основная цель маскарада — угадать имена до того, как придет время снимать маски. Разве ты этого не знала? Мисс Карлион, мне сказали, что Меллиора приведет с собой подругу, потому что ее отец не сможет прийти из-за болезни. Сопровождающую… кажется, тетю. Во всяком случае, так говорила моя мать. Но ведь вы не тетя Меллиоры?
— Я отказываюсь сообщать вам, кто я, — ответила я. — Вы должны подождать до того момента, когда все снимут маски.
— Я могу подождать, если только в тот момент окажусь рядом с вами.
Заиграла музыка, и высокая красивая пара открыла бал. Я узнала человека в костюме времен регентства. Это был Джастин. И догадалась, что высокая стройная темноволосая женщина — его молодая жена.
Я не могла отвести глаз от Джудит Сент-Ларнстон, которая до недавнего времени была Джудит Деррайз. На ней было алое бархатное платье — очень похожее по цвету на мое собственное. Но ее наряд, конечно, был несравнимо богаче. На шее Джудит сверкали бриллианты. Такие же камни были в ее серьгах и кольцах на длинных тонких пальцах. Темные волосы были уложены в высокую прическу в стиле мадам Помпадур, и это делало ее несколько выше Джастина. Она выглядела великолепно. Но вместе с тем мне бросилось в глаза какое-то нервное напряжение в ее поведении, которое выдавали непроизвольные движения головы и беспокойные жесты. Я заметила, как сильно она вцепилась в руку мужа — даже когда они танцевали, — так что создавалось впечатление, будто молодая женщина намерена никогда не отпускать его от себя.
— Какая она красивая! — невольно воскликнула я.
— Моя новая невестка, — пробормотал Джонни, следя за Джудит взглядом.
— Красивая пара, — произнесла я.
— Мой братец — признанный красавчик в нашей семье, правда?
— Трудно сказать, пока он не снимет маску.
— Ох уж эти маски! Ну, тогда я спрошу вашего приговора. Надеюсь доказать, что брат Джастина наделен иными качествами, которые компенсируют отсутствие красоты. Позвольте пригласить вас на танец?
Я всполошилась, испугавшись, что, если пойду танцевать с Джонни Сент-Ларнстоном, он догадается, что мне никогда прежде не доводилось танцевать с мужчиной. Если бы это был Ким, я бы боялась меньше, так как уже убедилась, что в случае непредвиденных обстоятельств на него можно положиться. Но я не была уверена в Джонни. Однако Ким уже вел в центр зала Меллиору.
Джонни взял меня за руку и ласково сжал ее.
— О прекрасная испанка, — произнес он, — неужели вы боитесь меня?
Я издала смешок, который могла позволить себе много лет назад, потом медленно ответила:
— Не вижу причин для страха.
— Прекрасное начало.
Музыканты, которые сидели в дальнем углу бального зала, заиграли вальс. Я вспомнила, как мы с Меллиорой вальсировали в моей комнате, и надеялась, что мои движения не выдадут моей неопытности. Но это оказалось легче, чем я думала. Я двигалась достаточно ловко и не вызвала подозрений.
— Как слаженно мы танцуем, — шепнул мне Джонни.
Во время танца я потеряла из виду Меллиору и не знала, входило ли это в планы Джонни. А как только мы сели на позолоченные стулья, меня пригласил другой партнер. Я с облегчением ускользнула от Джонни. Мы говорили — точнее, говорил мой партнер — о других балах, об охоте, о том, какие перемены происходят в стране. Я внимательно слушала, стараясь не выдать себя. В тот вечер я уяснила, что девушка, которая только слушает и со всем соглашается, быстро становится популярной. Но я не собиралась играть эту роль постоянно. Потом меня отвели назад, к тому месту, где нетерпеливо переминался с ноги на ногу Джонни Сент-Ларнстон. К нам подошли Ким и Меллиора. Спустя какое-то время я танцевала с Кимом, и мне это очень понравилось, хотя и оказалось не так легко, как с Джонни. Думаю, Джонни танцевал гораздо лучше. И все это время я не переставала думать: «Ты на самом деле здесь, в Эббасе. Ты, Керенза Карли, хотя в этот вечер тебе приходится скрываться под именем Карлион!»
Мы снова пили и ели — и мне хотелось, чтобы этот вечер никогда не заканчивался. Я знала, что мне будет весьма неприятно снимать красное бархатное платье и распускать волосы. Я запоминала каждую деталь, малейшее происшествие, чтобы завтра обсудить это с Меллиорой.
