Будто ощутив, что он вошел, она подняла лицо и посмотрела на него уставшими, больными глазами.
- Что болит, маленькая? - хрипло спросил Игорь, быстро сев рядом с ней. - Где?
Ира молча показала на горло и, наверное, в поиске утешения и поддержки, потянулась к нему. Игорь тут же обнял Иру, ощутив, что теперь у нее совершенно точно есть лихорадка. Потянув сестру к себе, он усадил ее на свои колени.
В этот момент, вероятно, уже проводив врача, в комнату заглянула бабушка. Она немного удивленно посмотрела на них, но ничего не сказала. А Игорь слишком волновался за Иру, чтобы сейчас суметь играть роль и притворяться так, как продолжал вести себя при родителях и бабе Любе.
Хоть и понимал, что такое внезапное "потепление" отношений между кузенами не могло не удивить бабушку, считающую, что они не ладят друг с другом. Но ведь имеет же право даже самый нечуткий брат волноваться о здоровье сестры? Может же испытать желание ее утешить?
- Врач сказал, что у нее ангина, - объяснила бабушка Люба, подойдя к ним, и сама погладила Иру по голове, которая все еще покоилась на плече Игоря. - Я ее не пустила никуда утром, заметила, что не то что-то, попробовала лоб, а Ира почти горела. Но молчала, партизанка, не жаловалась,- бабушка с добрым укором покачала головой. - Пыталась ее чаем с малиной напоить -- но она даже глоток отказалась сделать. Потому и вызвала врача -- тот посмотрел, сказал, что там сильное воспаление, пробки какие-то, потому ей и говорить, и глотать больно, - бабушка вздохнула и подошла к столу, на котором лежал выписанный от руки рецепт. - Он лекарства выписал, я сейчас схожу в аптеку, посмотрю, что мы сможем купить. Потому что больница нам явно не по карману..., - бабушка Люба грустно и с виной в глазах посмотрела на внуков, словно лично она была в ответе за то, что не могла их обеспечить.
Хотя Игорь знал, останься у бабушки хоть что-то -- она не раздумывая отдала бы все деньги, до последней копейки. Но последняя пенсия бабушка была полностью израсходована на нотариуса и оформление документов. Деньги же от продажи дома она отдала их родителям, как свою помощь внукам при будущем поступлении в университет, к которому вся семья готовилась. И те положили на депозит в банке.
Он крепче сжал руки, обнимающие Иру.
Ясно, что никто не будет жадничать, и лекарство купят. Да только пока родители придут, пройдет еще несколько часов... И каждый из них будет только усиливать муку его Иры.
Вздохнув, Игорь немного отстранил Иру от себя и приподнял ее подбородок пальцами, заставив посмотреть ему в глаза. Его сердце дрогнуло при виде того, что светилось в ее измученном зеленом взгляде.
Ира редко болела, собственно, как и он сам, наверное, не больше двух раз за последние лет десять. Да и то, несерьезно. И сейчас, вероятно, она ощущала себя совсем паршиво.
- Я сейчас пойду в аптеку, куплю все, что выписал врач, - переведя глаза на бабушку, серьезно произнес он. - У меня есть деньги, думаю, на это должно хватить, - добавил Игорь, когда баба Люба удивленно посмотрела на него и собралась возразить. - А ты, - Игорь опять посмотрел на сестру, вспоминая разговор, который услышал. - Пока меня не будет, ты должна выпить чай, Ира.
Сестра зажмурилась и отрицательно покачала головой, попытавшись спрятаться у него на плече. Но Игорь не позволил.
- Ира, - Игорь давил на нее своим тоном, используя все влияние, которое только имел на сестру. - Надо.
- Мне... больно, Игорь, - с отчаянием просипела она, и у него все внутри сжалось от того, с какой мукой Ире дались эти слова. От вида того, как тяжело она сглотнула, наверное, и от такого простого действия мучаясь.
- Я знаю, маленькая, - он прижал ее голову к своей груди, просто игнорируя то, что рядом все еще стояла бабушка и задумчиво смотрела на них. - Но ты должна пить, и от теплого станет легче...
Ира покачала головой, явно не соглашаясь с ним.
Игорь вздохнул. Он не хотел усиливать ее мучения. Господи! Этого он желал бы меньше всего на свете. Но если именно это могло ей помочь...
Осторожно ссадив ее со своих рук, Игорь погладил Иру по щеке. А потом быстро вышел из комнаты и пошел на кухню.
Помыв руки, он попробовал чайник. Тот оказался горячим, наверное бабушка пыталась напоить Иру незадолго до его прихода. Не имея времени на приготовление нормального чая, Игорь положил в чашку две ложки малинового варенья, ягоды которого они с Иркой сами собирали летом у бабушки на огороде, и залил то кипятком. Развернувшись, он направился в комнату. Но столкнулся на пороге с бабой Любой.
- Игорь, - голос бабушки звучал серьезно, но скорее задумчиво, чем с гневом. - Откуда у тебя деньги? - осторожно поинтересовалась она, наверное, волнуясь, чтобы внук не оказался ни в какой беде.
Взрослые вечно предостерегали их от наркотиков и общения с бандами, популярными среди сверстников Иры и Игоря.
- Я помогал одноклассникам с занятиями, - не останавливаясь пояснил он, - собирал Ире на подарок. Но..., - он пожал плечами. И дураку ясно, что ее здоровье важней новогоднего сюрприза.
Игорь опять зашел в их комнату и сел на кровать к Ире. Бабушка молча остановилась в дверях.
- Давай, маленькая, - он серьезно посмотрел в глаза едва не плачущей сестры. - Ты должна это все выпить.
Ира медленно покачала головой, и ее глаза...
Игорю хотелось зажмуриться, чтобы не видеть того, что в них светилось. Он понимал, что ей плохо, что больно, и хочется забиться в угол, спрятавшись от всех, пусть они и желали ей добра. Но вопреки этому пониманию, он не собирался пока давать сестре покоя.
- Ира, открой рот, - жестко приказал он, поднеся к ее губам чайную ложку, в которую набрал немного напитка, что приготовил.
Она вздохнула, зажмурилась так, что по щеке побежала маленькая слезинка, но послушно приоткрыла губы и попыталась глотнуть то, что он ей давал.
Игорь набрал еще и опять заставил ее выпить. Он снова и снова подносил к губам сестры ложку, делая вид, что не замечает, как она тихо плачет, глотая этот чай. Когда в чашке осталось около половины, он прижал к ее губам керамический край посудины. Вода уже немного остыла, и ей должно было стать легче глотнуть больший объем.
Ира вздохнула, но покорно начала пить.
Когда чашка оказалась пустой, Игорь молча отставил ту в сторону и крепко обнял Иру.
- Прости, маленькая, - хрипло прошептал он на ухо сестре, вытирая с ее щек слезы. - Но тебе надо пить. Скоро станет легче, обещаю, - почти поклялся он, надеясь, что не обманывает.
Ира только тихо спрятала лицо у него в шее.
Через минуту он со вздохом отстранился.
