большее 4000 евро в месяц до вычета налогов для менеджера магазина (это самая высокая должность в данном контексте) и 1800 евро для кассира[68], самой низкой должности в секторе продаж, не считая работников склада. Эти зарплаты, конечно, не открывают доступ к продаваемой продукции: начальная цена женской сумочки от бренда, на который работает Давид, составляет около 700 евро, но может достигать и 40 000 евро. И все же, по словам Давида, продавцы также являются потребителями:
Наши продавцы, наши сотрудники любят свой бренд и идут на жертвы ради приобретения его продукции. Бренд также благодарен им за преданность и устраивает специальные акции для сотрудников, чтобы они могли позволить себе что-то приобрести. Проводятся распродажи, предназначенные исключительно для персонала. <…> Там всегда шикарные, очень стильные вещи, и наши сотрудники ходят туда толпами, включая меня.
Однако, несмотря ни на что, данная продукция по-прежнему остается недоступной для их бюджета, поскольку максимальная скидка, на которую имеют право продавцы, составляет 20 %. Их влюбленность в бренд или в роскошь в целом всегда натыкается на разрыв между желаемым материальным статусом и действительным. Как и многие клиенты, продавцы покупают частичку своей мечты, приобретая товар. В некотором смысле они являются несостоявшимися потребителями, кандидатами в покупатели, которые, не имея экономического капитала для полного доступа к материальному измерению роскоши, пускают в ход свой нематериальный капитал, чтобы участвовать в символическом измерении. Распродажи, которые бренд устраивает для своих продавцов, не только являются экономической сделкой, но и предполагают их эпизодическое участие в опыте роскоши, идентичном тому, который они предоставляют клиентам. Продавцы используют свои индивидуальные качества, то есть коммуникативные способности, а также культурный, экономический и эстетический капитал (Urciuoli 2008) с целью получить доступ к роскоши, которую они продают, производят или в обстановке которой они делают карьеру. Желание, таким образом, распространяется на продавцов, клиентов, а также на работников более высокого уровня, таких как Давид, который говорит, что он «безмерно счастлив иметь доступ к этой продукции»: «Я покупаю много, потому что знаю, что это привилегия. Когда я ношу эти вещи, они придают мне статус».
Сотрудникам модной индустрии выгодна известность брендов, на которые они работают, так как это дает им статус. Они высоко ценят свою работу, приближающую их к объектам желания. Работать на бренд класса люкс — значит участвовать в созидании мечты и хотя бы краешком попадать в сияние исходящих от нее лучей.
5. Больше престижа, меньше денег. Правила игры для работы в моде
Фотосъемки для Mena
В декабре 2012 года я сопровождала Мию на фотосъемки для Mena[69], независимого английского журнала, по ее словам, очень престижного. Съемочная площадка размещается в квартире-лофте на юге Парижа, принадлежащей молодой итальянской художнице. Поскольку журнал не выделил бюджета на эти съемки, команда не смогла арендовать настоящую студию. Я приезжаю к полудню, в то время как все остальные на месте с восьми утра. Сейчас у них обед. Кроме Мии и Марии, ее помощницы, я никого не знаю. За круглым столом, установленным в кухне лофта, сидят Адель (французский фотограф), Кармело (итальянский парикмахер), Элеонора (франко-итальянский визажист) и французский фотоассистент, имени которого я не знаю. Им всем около сорока, за исключением венгерской модели Ваньи и французской маникюрши, которым по двадцать четыре года. На стульях неподалеку сидят совсем юная француженка, ассистент-стажер фотографа, и молодой парень из Восточной Европы, ассистент по свету. Все они едят суши из восточной забегаловки на первом этаже. Мия усаживает меня за стол между собой и Ваньей. Последняя одета в белый халат, на ногах гостиничные тапочки, у нее необычный, яркий макияж с бирюзовыми тенями на верхних веках и оранжевый маникюр. К тому же на ней парик, черный боб-каре, без которого я так ее и не увижу, поскольку уйду в семь вечера, задолго до окончания рабочего дня. Мия представляет меня как обычно: я антрополог, пишу книгу о моде и о ней самой. После этого Ванья продолжает рассказ, который я прервала своим появлением. Она любит поговорить и, кажется, заполняет собою все пространство, несмотря на то что сама она выглядит бесплотной, почти прозрачной: у нее тонкая бледная кожа, водянисто-голубые миндалевидные глаза, маленький вздернутый нос, полные губы, и она очень изящна. Ванья похожа на фарфоровую куколку. Я замечаю, что пока все остальные обедают, она съедает только три суши-ролла из крошечного лотка. Миа с ноткой гордости предупредила меня, что на съемках будут присутствовать весьма известные в модных кругах личности. В первую очередь она имела в виду Ванью, топ-модель, которая приняла участие в нескольких рекламных кампаниях для производителей парфюмерии и люксовых брендов, а также выходила на подиум у величайших дизайнеров. Уже накопив определенные знания о мире моды к моменту фотосъемки, я могла бы и сама понять, что она топ-модель, именно потому что она уверенно и много говорит и находится в центре внимания. Подчеркивать собственную индивидуальность — часть работы топ-модели. Этим они отличаются от обычных моделей без статуса, которые должны вести себя как можно скромнее. Другим показателем является тот факт, что она не скрывает свой возраст. В модельном бизнесе в двадцать четыре ты либо топ-модель и, следовательно, уже добилась признания, либо слишком стара, чтобы попасть в некоммерческие и художественные издания. Мягким, но уверенным тоном она рассказывает о годах, проведенных в Нью-Йорке, о своем желании снимать кино, о любви к Парижу и о бойфренде, студенте-юристе. Элеонора, визажист, которая хорошо ее знает, потому что они не раз работали вместе, позже сообщает мне: «Она болтушка и знает это». Обед быстро подходит к концу, ассистентка Адели убирает со стола, а Ванья с помощью Марии надевает следующий наряд. Мия подготовила его сразу после еды, в своей обычной манере: она снимала одежду с вешалок и раскладывала на полу, опробуя различные комбинации, которые подсказывало ей вдохновение. В такие минуты она максимально сконцентрирована, она создает образ. Она считает это кульминационным творческим моментом. Примерочная обустроена на скорую руку в пространстве рядом с обеденным столом. Элеонора разложила свои косметические принадлежности на красивых столиках из цельного дерева (составляющих часть интерьера), а Мия попросила Марию перенести туда десятки вешалок с нарядами и около пятнадцати пар обуви как люксовых, так и более авангардных брендов. Мия без проблем получила эту одежду для съемок: пресс-службы брендов были рады тому, что их изделия покажут в независимом журнале. Из предоставленной одежды Ванья наденет лишь малую часть: это будут вещи, которые отберет Мия для
