— Я всё поняла и буду бдительна.
Первое, что я ощутила, зайдя в номер к генералу, это атмосферу тоски и безысходности, а ещё раздражение. Второе, что отметил мой мозг, генерал — самый некрасивый красавец из всех красавцев, которые населяют Магон. Парадоксально, но этот факт мгновенно выделил его из толпы и вызвал просто какой-то иррациональный женский интерес.
Он сидел на стуле и что-то читал в планшете. Мощные руки и шея, не прикрытые футболкой, были изрисованы рунами. Весь заросший, стрижка совсем не военная, щетина, скорбные складки у уголков рта, но больше всего поражал колючий взгляд поднятых на нас светло-серых глаз. На контрасте с чёрными волосами, бровями, ресницами, щетиной и смуглой кожей это завораживало своей ненормальностью.
Он не поднялся, просто окинул взглядом.
— Доброе утро, Лукас, — с улыбкой обратился к нему Григорий, — как ты сегодня себя чувствуешь?
— Так же, как и последние восемь лет, — процедил генерал безо всяких намёков на радость от встречи.
— Хочу познакомить тебя с нашей практиканткой, — не повёлся на грубость главмаг, — это Стефания Ландо, она будет составлять тебе компанию на прогулках весь следующий месяц.
— Не боишься доверять меня практикантке? — Опять было произнесено без должного восторга. — Она не растеряется, если начнётся приступ?
— Я в неё верю. После обеда Стефания за тобой зайдёт.
На этом обход был закончен, и мы отправились обратно в кабинет, где магистр дал мне подробные инструкции для прогулок и общения с подопечными, крепя на руке сигнальный браслет. А я… Я просто не могла не завести разговор о генерале.
— Лукас Фаерхот настроен недружелюбно, он точно не агрессивен? Как протекают его приступы?
— Милая моя, он живёт взаперти десять лет: два в клинике, привязанный к койке, и восемь у нас. С чего ему быть благодушным? А агрессии он не проявляет, вы не думайте. Когда чернота заливает весь мозг, Лукас теряет сознание, не может дышать самостоятельно, и его сотрясают судороги.
— Какой ужас! Очень жаль его.
— Только не вздумайте показать ему свою жалость, больше всего на свете он ненавидит именно её.
Честно говоря, генерал вызывал во мне не только жалось, но и что-то ранее неведомое. В прошлой жизни я влюблялась и ещё помнила это чувство, так вот это было не оно. Что-то более сильное и будоражащее. Становилось страшно.
Первую половину дня я записывала и заучивала инструкции, читала истории болезни троих своих подопечных.
Первого оборотня звали Иен Холстен, шестьдесят пять лет. Травму получил полгода назад на месте прохождения службы, на реабилитацию переведён месяц назад. В центре ему постепенно снимают блок с поражённого участка, терапия проходит успешно, и скоро его переведут в общий корпус.
Второй, Голден Самерс, семьдесят один год, травму получил год назад и тоже на службе, от демонического ментального удара. Он в центре уже три месяца, реабилитация проходит тяжелее.
Ну и Лукас Фаерхот, маг, сто пятнадцать лет, травмы получил десять лет назад, в центре восемь лет, терапии не поддаётся, все чёрные нити, которые удаётся уничтожить благодаря манипуляциям магов, после приступа возвращаются обратно.
После изучения историй поймала себя на том, что преступно мало знаю о противостоянии магонцев и демонов, поэтому решила изучить эту тему подробнее, благо у меня имелась методичка на планшете.
На обед я метнулась домой, ходу-то пять минут, всё рядом. Мефодий копался в грядках, но обедом меня накормил. Спасибо тебе, этот мир, за то, что у тебя есть домовые!
После обеда я, полная знаний и энтузиазма, приступила к своим новым обязанностям. Сначала выгуляла оборотней. Хорошие ребята оказались, агрессии не проявляли, с удовольствием шли на контакт и мечтали о скорейшем выздоровлении. Они расспрашивали меня об учёбе и рассказывали о своих семьях. Только вот тему получения травмы старательно обходили и они, и я.
За генералом я зашла уже ближе к вечеру, как раз до ужина успеем прогуляться по парку, окружающему территорию центра.
Он уже меня ждал.
— Почему так поздно? — серые глаза сверкнули недовольством.
— Простите. Если хотите, завтра я сначала приду к вам, — ответила я неестественным для меня робким голосом.
Почему-то этот суровый мужчина вызывал у меня благоговейный трепет.
— Идём уже.
В полный рост он оказался ещё более впечатляющим, и теперь я могла понять вампиршу! Даже не выказывая радости и воодушевления от навязанной ему компании, он своей харизмой вызывал бурю эмоций у противоположного пола.
Я же, судя по всему, никакого впечатления не произвела. Генерал был подобен кремню и весь отведённый на прогулку час молча шёл чуть впереди меня, не оглядываясь. А я разглядывала его травмированный мозг и с разговорами не приставала. Прямо скажем, робела, как школьница, потому и не раскрывала рта.
В половине седьмого вечера я уже была свободна и могла отправляться домой. Аппетит я себе нагуляла отменный, Мефодий такими темпами не прокормит, шесть часов ежедневных прогулок — это вам не хухры-мухры, по утрам можно не бегать.
С непривычки даже сил пойти на пляж не осталось, поэтому после ужина я завалилась с планшетом на диван и полезла в сеть искать информацию. Не о демонах, не о противостоянии с ними, а о… генерале Лукасе Фаерхоте. Удивительно, но ни Демиан, ни Уильям не вызвали у меня желания покопаться в сети и узнать о них больше, а вот Лукас будоражил и тревожил, заставляя переходить по всем ссылкам, которые на него указывали. К ночи я нарыла о нём много интересного.
Звезда Лукаса взошла шестьдесят лет назад, когда он, в то время наследник одной из правящих семей и будущий правитель, стал самым молодым генералом Магона. Ему тогда было пятьдесят пять. Почти как мне сейчас. Блестящий боевой маг-стихийник и магистр демонологии возглавил западный гарнизон «Опасный» и пятьдесят лет успешно им командовал. Десять лет назад случился крупнейший за последние полтора века прорыв демонов, который удалось ликвидировать благодаря генералу и его боевым магам. Когда казалось, что прорыв неизбежен, генерал скомандовал своим бойцам эвакуировать раненых и отступать, а сам на пределе резерва остался удерживать щиты. Подкрепление подоспело почти вовремя, и свежими силами магонцам удалось откинуть нападавших в своё измерение, только вот резерв генерала оказался полностью истощён, а мозг покрылся тьмой. Честно? На глаза навернулись слёзы.
Первый год пресса следила за здоровьем генерала, потом новости стали появляться всё реже и реже. Мелькнула новость о признании Лукаса недееспособным и передаче всех прав, а также управления имуществом наследнику, младшему брату, Стефану Фаерхоту. Ну и новость об аннулировании помолвки Лукаса Фаерхота с Викторией Терр, сестрой Уильяма Терра.
Три раза ха-ха. Нынешняя жена Демиана оказалась бывшей невестой Лукаса. Я проверила, вдруг у Уила много сестёр, но нет, это была она. Прямо какая-то мыльная опера выходила.
Не найдя больше ничего интересного, я отправилась спать. Уснуть не могла долго, а потом, когда забылась сном, всю ночь видела серые глаза, но не злые и холодные, как у Лукаса в реальности, а печальные и усталые.
Глава 16
Утром после планёрки я задержалась в кабинете магистра Здравого.
— Скажите, магистр, а я могу воздействовать на подопечных положительными эмоциями? — задала я волнующий вопрос. — Всё-таки я ещё и эмпат, может, им пойдёт это на пользу?
— Можете. Только не пытайтесь воздействовать на нити и распутывать чёрные узелки, это очень тонкая работа, требующая ювелирных навыков и множества знаний.
— Хорошо. А можно мне как-нибудь посмотреть, как вы это делаете?
— Конечно. Я обязательно приглашу вас на сеанс терапии.
— Спасибо, буду очень признательна.
В тот день я применила к оборотням эмпатические способности, что принесло положительные результаты, как потом отметил Григорий Здравый. На Лукасе же я экспериментировать не решилась, у меня вообще при нём тряслись руки и ноги, прямо напасть какая-то! Мы так и гуляли молча, а я всё больше и больше проникалась его таинственностью.
