партнеров, что почти неслыханно среди лесбиянок, – в конце концов, нет никакого лесбийского эквивалента культуры гей-саун. Как отмечают составители «Сексуального опроса геев»: «Среди мужчин, вступающих в половые контакты с другими мужчинами, наблюдается очень широкий разброс в частоте смены сексуальных партнеров: многие мужчины имеют только одного партнера, тогда как другие меняют партнера каждую неделю (или даже чаще)»[131].
Небольшой процент особенно высокосоциосексуальных геев оказывает значительное влияние на статистическое распределение в целом. Так, одно крупное исследование 2016 года показало, что в сравнении с гетеросексуальными мужчинами среднее количество сексуальных партнеров, с которыми геи и бисексуалы вступают в связь на протяжении своей жизни, выше в шесть и в восемь раз соответственно[132]. Таким образом, сексуальное поведение геев является исключительно хорошим индикатором того, что происходит, когда сдерживающие факторы, зависящие от особенностей женского полового поведения, полностью устраняются.
Что касается гетеросексуальных мужчин, то на их сексуальные предпочтения накладывает ограничения тот факт, что женщины, если им предоставляется выбор, как правило, оказываются гораздо более разборчивыми в сексуальном плане и отвергают значительно большую часть своих ухажеров. Например, в одном исследовании 1978 года, результаты которого в дальнейшем неоднократно подтверждались, мужчины и женщины средней привлекательности подходили к незнакомцам их возраста и предлагали им заняться сексом[133]. Как пишут авторы: «Подавляющее большинство мужчин были готовы вступить в сексуальную связь с подходившими к ним женщинами. Но ни одна женщина, в свою очередь, не дала согласие на связь с незнакомым мужчиной».
Некоторые феминистки связывают это с секс-негативной культурой, в которой женщины несут большие репутационные издержки, если их считают слишком неразборчивыми в половых связях. Кроме того, возможно, некоторые участницы этого эксперимента были готовы принять предложение, но отказались из-за опасений за свою безопасность. Тем не менее эти интерпретации не могут объяснить тот факт, что и в приложениях для знакомств или на веб-сайтах женщины демонстрируют гораздо большую разборчивость, чем мужчины, а также то, что мужчины и женщины разительно отличаются по базовому уровню сексуального отвращения[134]. Отвращение вызывает физиологическую реакцию, которую можно измерить на основании данных о частоте сердечных сокращений и дыхания, а также по величине артериального давления и слюноотделения, хотя человек, испытывающий отвращение, может не догадываться об этих процессах[135]. Такие исследования показывают, что в среднем порог, после которого человек начинает испытывать сексуальное отвращение, у женщин намного ниже, чем у мужчин.
Любопытно, что, насколько мне известно, в английском языке не существует слова для обозначения эмоции, которую хотя бы раз в жизни испытывала каждая женщина, у которой об этом я спрашивала и которая, по всей видимости, совсем неизвестна мужчинам. Эта эмоция представляет собой сочетание сексуального отвращения и страха – пронзительное, тошнотворное ощущение того, что ты оказалась в опасной близости с возбужденным мужчиной, вызывающим у тебя неприязнь. Когда вас начинают «лапать» в толпе людей или косятся на вас, когда вы путешествуете в одиночестве, или слишком навязчиво пытаются угостить в баре – все эти ситуации могут спровоцировать эту невыносимую эмоцию. И это та эмоция, которую вынуждены подавлять женщины, работающие в секс-индустрии. В действительности, как писала Рэйчел Моран, некогда занимавшаяся проституцией, умение не разрыдаться и не начать блевать в ответ на сексуальный страх и отвращение является одним из важнейших «навыков», которые требуются от секс-работниц[136].
Проституция нагляднее всего демонстрирует, как сильно мужчины и женщины отличаются с точки зрения полового поведения. Женщины составляют подавляющее большинство продавцов секс-услуг по той простой причине, что почти все их покупатели – мужчины (по крайней мере, 99 % в каждой части мира), большинство мужчин – натуралы, а индустрией движет спрос. Отсутствие на этом рынке женщин-покупателей отчасти может объясняться тем, что для женщины секс с незнакомым мужчиной всегда сопряжен с физическим риском, но у этого есть и другая причина: женщины попросту не хотят того, чего хотят мужчины.
Покупатели секс-услуг ищут секса вне серьезных отношений, обычно с человеком, которого они никогда раньше не встречали. Такой вид половых связей с гораздо большей вероятностью привлекает людей с высоким уровнем социосексуальности, и это понятно: люди с низкой социосексуальностью попросту не заинтересованы в сексе с незнакомцами и, конечно же, не готовы платить за это деньги или рисковать наказанием в странах, где проституция полностью или частично запрещена законом. Мужскую и женскую социосексуальность можно изобразить (приблизительно) в виде двух кривых нормального распределения, которые по большей части накладываются друг на друга. Но, как и в случае любого нормального распределения признака, среднее различие по группе будет наиболее заметным на хвостах этих кривых. Люди с исключительно высоким уровнем социосексуальности – преимущественно мужчины, а с исключительно низким – преимущественно женщины. Так что, как правило, если какая-то сексуальная культура побуждает женщин «трахать в ответ», нужно насторожиться, ведь на самом деле это именно культура снова пытается их отыметь.
Держаться за руки при свете дня
Существование рынка гетеросексуальных знакомств сопряжено с проблемой, которая не решается по щелчку пальцев: мужская и женская сексуальность существенно отличаются на уровне популяции. В среднем мужчины чаще заинтересованы в случайном сексе, чем женщины, а женщины чаще, чем мужчины, являются приверженцами строгой моногамии. Культура свободных отношений требует от женщин подавлять свои естественные инстинкты, чтобы соответствовать мужской сексуальности и, таким образом, удовлетворять потребность мужчин в сексе без обязательств. Это приходится по вкусу некоторым женщинам, но большинство из них находит это неприятным или даже болезненно неприятным. Таким образом, суть предлагаемого культурой свободных отношений решения проблемы несоответствия мужской и женской сексуальности состоит в следующем: удовлетворение интересов некоторых мужчин обходится ценой интересов большинства женщин.
Я же предлагаю другое решение, которое базируется на фундаментальном феминистском тезисе: нежелательный секс хуже сексуальной неудовлетворенности. Я не готова принять сексуальную культуру, которая оказывает давление на людей с низким уровнем социосексуальности (преимущественно на женщин), чтобы удовлетворить сексуальные потребностей людей с высоким (преимущественно мужчин). Особенно если учесть, что для женщин секс сопряжен с гораздо большим риском, чем для мужчин (насильственное принуждение и беременность). Культура свободных отношений – катастрофически плохая сделка для женщин, однако либеральный феминизм продает ее как форму освобождения. По-настоящему феминистский проект должен требовать, чтобы в мире гетеросексуальных знакомств именно мужчины, а не женщины, соразмеряли свои сексуальные аппетиты.
Моя стратегия аргументации далека от феминистского мейнстрима двадцать первого века. Прогрессивные СМИ штампуют статьи с заголовками типа «Ваше руководство по свободным отношениям из 7 пунктов от интерсекциональных феминисток» или «5 фантастических способов приобщиться к феминистской культуре свободных отношений» и т. д. И все они об одном: по взаимному согласию можно все
