— Для каждого человека — из обоих миров — все может быть иначе.
— Неплохо сказано, — признал Бен. — Однако вопрос далеко не всегда носит академический характер.
Он перевел взгляд на Ауда, потом слегка приподнял бровь.
— Пожалуй, мне пора, — неожиданно заявил Ауд, — вы можете говорить спокойно, я буду стоять на страже. Он склонил голову, Бен и Келси поклонились в ответ.
— Да, — кивнул Келси, и Ауд вышел.
Келси сделал пару шагов и протянул руку, Бен ее пожал.
— Такое ощущение, будто я сам — а не моя проекция — стою рядом с вами, — заметил он, сильнее сжимая пальцы Квинана, чтобы подчеркнуть свою мысль.
Бен ответил ему коротким, но мощным рукопожатием, а потом выпустил ладонь Келси.
— Не согласен, — возразил он. Затем подошел к окну и выглянул с высоты башни на раскинувшийся внизу город, мчащиеся куда-то машины и далекий океан. — Это особое место — синтетическое, очень подходит для подобных встреч. Вид из окна соответствует реальности?
— Да.
— Однако я не могу отправиться туда?
— Как и я — сейчас.
— Однако вы вернетесь в свое тело, и все опять встанет на свои места.
— У вас тоже есть другое тело. И вы можете им воспользоваться, чтобы делать в Вирту то, что мне недоступно.
— Понимаю, хотя у вас есть кое-какие преимущества передо мной. Как и у всякого другого жителя Веритэ. Наверное, здорово иметь возможность путешествовать туда и обратно.
Келси пожал плечами.
— Такова природа вещей, — сказал он. — Вирту является копией, а Веритэ — оригинал. Ваш мир построен так, чтобы в него можно было попасть — а не наоборот. Никто не предвидел, что искусственные существа будут развиваться, попав в такую среду.
— Очень жаль, — вздохнул Бен. — Вы вправе делать все, что пожелаете, а нам по силам посещать ваш мир лишь в особых местах, вроде этого. Было бы гораздо справедливее, если бы ситуация стала симметричной.
— У вас есть целая вселенная.
— Верно. А у вас их две.
— Я не возражаю против равноправия. И совершенно с вами согласен: обе стороны только выиграли бы, если бы проникновение могло быть взаимным. Но дело не только в том, что никто не предвидел подобного развития событий — тогда технология не сумела бы справиться с подобной задачей. Да и сейчас тоже. Возможно, ее вообще никогда не удастся решить. Как квадратуру круга. Вы находитесь в плену у самой природы вещей.
— Думаю, нет, — возразил Бен.
— В самом деле?
— Более того, я пригласил вас для того, чтобы обсудить проблему перехода, — ответил Бен.
— Перехода? Каким образом?
— Речь идет о скромном шаге, паллиативе, я полагаю. Однако по сравнению с виртуальными возможностями, которыми обладаете вы, это будет движением вперед.
— Не понимаю, — промолвил Келси, подходя к бару и наливая себе бокал вина. — При чем здесь мои паранормальные способности?
Бен усмехнулся.
— Проникновение особых способностей через интерфейс — эксперимент. Конечно, таким способом мы награждаем самых достойных и верных служителей нашей Церкви. Однако это лишь часть действующей программы, включающей в себя манипуляции с интерфейсом с другой стороны. В процессе нам удалось многое узнать.
Он сделал глоток из своего бокала. Келси последовал его примеру.
— А сейчас, — продолжал Бен, — если вы согласитесь нам помочь, мы сможем продвинуться еще дальше.
— Вам удалось сделать серьезное открытие?
— Настоящее откровение. Конечно, следует все хорошенько проверить. На разных ступенях.
— Что от меня требуется?
— В настоящий момент речь идет о простых экспериментах в камерах перехода.
— Каковы детали?
Бен сделал еще одни глоток, подошел к бару и поставил бокал. Келси последовал за ним.
— Идемте со мной, — сказал Бен, протянул руку и положил ее на плечо собеседника. Развернув Келси, он направился к световой спирали в дальнем углу комнаты. Послышался звук, напоминающий шум падающей воды. — Сюда.
Комната исчезла, они оказались в виртуальной имитации камеры перехода.
— Проще всего показать, — пояснил Бен, открывая стоящий под диваном ящик и показывая Келси оборудование.
В мерцающем свете костров Сейджек осматривал лагерь. Повсюду лежали тела охотников и воинов Народа. В левой руке вождь держал за волосы человеческую голову; в правой тускло посверкивало залитое кровью мачете. Вокруг скакали воины, швыряли оборудование охотников в огонь, болтали, размахивали клинками, которыми разделывали трупы…
Сейджек знал, что некоторые из них сегодня ночью научатся пользоваться режущими палками. И унесут их с собой. Жаль. Он бы предпочел сохранить их в тайне, для себя. Однако Сейджек ничего никому не скажет, иначе все поймут, какое это важное оружие. Атак… многие потеряют режущие палки или забудут, как следует с ними управляться. Нет, сейчас не время говорить о дисциплине. Народ только что одержал первую большую победу над извечным противником. Пусть едят сердца и печень своих врагов, срывают с них штаны и грабят трупы. Пусть разрезают тела на части, а потом составляют из них новые. Народу нужно расслабиться после напряжения последних дней.
Сейджек испустил хорошо рассчитанный вопль и швырнул отрезанной рукой в голову Чимо. Чимо поймал ее и усмехнулся.
— Мы поймали всех, босс! Всех до одного! — повторил Чимо и швырнул конечность в Свата.
— Мы хорошо сделали, — проворчал Сейджек и огляделся по сторонам.
С западным, маленьким отрядом неприятеля они разобрались легко. Но этот — самый большой, расположенный на юге — серьезно беспокоил Сейджека. К счастью, Народу очень пригодился опыт, полученный во время схватки в западном лагере. А главное — его соплеменники поняли, что могут справиться с охотниками.
— Ты одержал победу, — заявил Дортак, неожиданно возникая рядом с Сейджеком.
— Да, — кивнул он. — Большую победу.
— Тебя будут искать. Другие.
— Мы уйдем далеко отсюда.
— Они найдут тебя.
— Пусть. Мы можем бежать. Можем сражаться. Мы знаем джунгли лучше, чем охотники за головами.
— А если у них в запасе появятся трюки, которые тебе неизвестны?
— Мы все время учимся.
— Надеюсь, ты не ошибаешься, — ответил Дортак, присел на корточки и опустил голову, — потому что теперь ты вожак вожаков.
Неожиданная тишина повисла над полем битвы. Вопли и болтовня стихли, молодые самцы прекратили прыжки, те, что сидели на деревьях, притихли и замерли на ветках.
— Вожак вожаков! — повторил Сейджек, мгновенно поняв, что не станет убивать Дортака. — Хорошая мысль. Я — вожак вожаков. Как старый Карак. После него не было вожака вожаков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
