позволяют колени. — Не зная, какой будет реакция жениха, Мэдди собралась с духом.
— Вы, конечно, боялись, что я буду возражать? — Увидев облегчение на её лице, он усмехнулся. — Понимаю. Мэдлин, будучи герцогиней, вы можете делать и говорить практически всё, что угодно, не опасаясь порицания. Более того, после свадьбы я не планирую, что мы будем проводить много времени в обществе друг друга.
Последняя фраза должна была успокоить Мэдди, но от слов герцога повеяло таким... одиночеством. Как будто он не планировал совместную жизнь с ней, а лишь предлагал редкие встречи за ужином, согласованные через секретарей. Она мечтала о спутнике жизни, а не о случайном попутчике. Мэдди хотела, чтобы её брак напоминал брак родителей.
Герцог не американец. У англичан всё по-другому.
Да, видимо, всё дело в этом. Просто ей потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть.
Мэдди и Кэтрин Делафилд шли по усыпанной гравием дорожке. На небе не было ни облачка. Резкий ветер с океана раздувал их юбки. Мэдди приходилось придерживать шляпку, чтобы её не унесло.
Мама, конечно, пришла в восторг, узнав о помолвке. Она расплакалась и сообщила Мэдди, что ей очень повезло с таким знатным мужем, который впишет в их семейное древо чуть ли не королевских особ.
— Твои дети будут влиять на ход истории, — сказала её мать. Довольно тяжёлое испытание для детей, которые ещё даже не появились на свет, но Мэдди оставила своё мнение при себе.
Подходя к беседке вместе с Кэтрин, Мэдди очень хотелось оказаться где-нибудь далеко отсюда.
Она думала сослаться на головную боль или периодические женские боли. Расстройство желудка или отказ органов. На что угодно, лишь бы не отправляться на чёртов пикник. Но Мэдди не трусиха. Она пообещала, а значит, будет сопровождать Кэтрин в качестве компаньонки, как бы ни злилась на Харрисона.
А она злилась. Его поведение по отношению к Локвуду не имело оправданий. Если Харрисон хотел таким образом её защитить, то придётся донести до него, что он опоздал с этими глупостями примерно на три года.
Беседка располагалась почти на краю обрыва, откуда можно было наблюдать за лодками и прибоем, сидя в тени. Мэдди заметила там Харрисона. Засунув руки в карманы, он пристально вглядывался в океан. Он не надел шляпу, на ветру его кремовый льняной костюм лип к телу, чётко обрисовывая мощную грудь и длинные ноги. Внутри у неё всё сжалось, по телу словно прокатился электрический разряд, а потом Мэдди бросило в жар. Слава богу, что прохладный ветерок остудил её разгорячённую кожу.
"Ты же помолвлена. Перестань пялиться на Харрисона".
Кэтрин резко остановила Мэдди.
— Чёрт! Я кое о чём забыла. Мне нужно вернуться в дом.
— Что? Нет, подожди...
— Это важно. — Кэтрин наклонилась и заговорила, прикрывая рот рукой. — Женские дела.
Мэдди кивнула, тут же поняв, в чём дело.
— Я пойду с тобой.
— Нет, нет. В этом нет необходимости. Я схожу в дом и вернусь. — Она подтолкнула Мэдди к беседке. — Начинайте без меня. Увидимся позже!
Не дожидаясь ответа, Кэтрин поспешила назад к дому. Сначала Мэдди хотела последовать за ней, но потом решила, что Кэтрин сможет найти дорогу сама. Смирившись, она продолжила свой путь к беседке. По крайней мере, теперь у Мэдди появится возможность поговорить с Харрисоном о его недопустимом поведении с глазу на глаз.
Когда Мэдди вошла в открытую деревянную беседку, он нахмурил брови.
— Что случилось с мисс Делафилд?
— Вернулась назад. Ей нужно кое-что забрать из дома.
— Понятно. — Он качнулся на каблуках. — Сегодня немного ветрено. Ты уверена, что нам не стоит перенести пикник?
— Почему ты вступаешь в конфронтацию с Локвудом при любой возможности?
У него хватило такта изобразить смущение.
— Может, мы хотя бы присядем, прежде чем ты примешься на меня орать?
— Нет. Я слишком зла. — Её руки беспомощно повисли по бокам, ярость лишила тело Мэдди привычной координации. — Не могу понять. Он не заслуживает твоего чудовищного поведения. Честно говоря, я тоже.
Он указал на корзинку для пикника и одеяло на деревянном полу беседки.
— Пожалуйста, Мэдди. Здесь слишком ветрено. Присядь.
Она повиновалась только ради того, чтобы ускорить процесс. Они устроились на полу, где стены постройки надёжно защищали от ветра. Мэдди держалась напряжённо. Харрисон открыл большую плетёную корзину и вытащил бутылку шампанского вместе с двумя бокалами. Когда он вынул пробку, Мэдди сняла перчатки.
— У меня нет желания с тобой праздновать.
Его взгляд метнулся к её безымянному пальцу, Харрисон тут же замер.
— Что это?
Прочистив горло, она постаралась не нервничать.
— Локвуд сделал мне предложение.
Харрисон долго сидел неподвижно. Затем наполнил один из бокалов до краёв шампанским и осушил его в два глотка. После этого налил ещё.
— Не хочешь шампанского?
В данный момент лучше, чтобы её голова оставалась ясной.
— Нет, спасибо.
Вытянув ноги перед собой, Харрисон откинулся назад, отхлебнул шампанского и уставился на горизонт, его лицо ничего не выражало. Беседка была уютной и не слишком большой, со своего места Мэдди могла разглядеть лёгкую щетину на щеках Харрисона. Длинные ресницы, которые обрамляли его глаза. Брови вразлёт, высокие скулы. Хоть это лицо и было ей хорошо знакомо, сам Харрисон оставался для неё загадкой с тех пор, как он вернулся из Парижа.
Молчание затягивалось, но Мэдди постаралась набраться терпения. Он не торопился отвечать за своё несносное поведение, что только ещё больше её разозлило. Кэтрин скоро вернётся, не стоит терять время.
— Ты не собираешься объясниться?
Харрисон допил остатки шампанского. Когда он глотал, она не могла оторвать взгляд от его мощной шеи.
— Он не обязан мне нравиться, Мэдди.
— Ты даже не дал ему шанса, сразу стал на него нападать.
Харрисон растянулся на деревянном полу, сложив руки на животе. Он ничего не ответил. Мэдди вздохнула, признавая своё поражение. Как утомительно. Если он не собирался быть с ней честным, значит, она зря теряет время.
Когда она попыталась подняться на ноги, Харрисон схватил её за запястье.
— Подожди, останься.
— Зачем? Кэтрин скоро вернётся. Я тебе не нужна.
— Не уходи, — проговорил он низким и резким голосом, приподнявшись на локте. — Дай мне объяснить.
Она поджала ноги, поправила платье и опёрлась на бедро.
— Начинай.
Ветер со свистом проносился над их головами, но на полу сохранялся небольшой уютный оазис, укромное местечко, где существовали только они двое. На челюсти Харрисона дёрнулся мускул. Его взгляд был прикован к тому месту, где соприкасались их тела. Только сейчас она поняла, что он всё ещё держит её за руку. Харрисон провёл большим пальцем по запястью Мэдди, под его пальцами
