он вдвое превышает ординарный фронтирный виски.
Жидкость, что была на палец налита в наши стаканы, в быту и на войне находит самое разное применение, и не только у апачей. Тулупаи может отлично гореть в фитильной лампе и использоваться в качестве топлива для лёгких индейских байков. Самогон апачей может размягчать толстую при выделке и прижигать раны. Настоящий тулупаи проверяется его способностью обесцвечивать ткани.
Им дезинфицируют жилище после инфекций, туберкулёза или воспалении. Тулупаи удаляет ржавчину на оружии, знахари делают из него компрессы и притирание, исцелявшее заболевания суставов и даже хромоту, и жидкое средство, выгоняющее винтообразных червей из шкур больного домашнего скота.
Но главное, что мы поняли: тулупаи ни в коем случае не следует употреблять внутрь. Если только вы не стремитесь кремировать собственный желудок или проделать в нём сквозную дыру.
— Много вы не выпьете, господа, да и не нужно этого делать перед дорогой. Без привычки после тулупаи можно увидеть индейских духов, будь они неладны, а то и со стороны посмотреть на своего личного маниту… Пожалуй, я плесну вам побольше тулупаи в глазурованную глиняную фляжку! В кожаную нельзя — разъест.
— Сэр? — повторил Дино теперь уже явно недовольным голосом.
— Да-да! Я немного заболтался! — согласился ветеран аризонских просторов. — В конце концов, трудно устоять против крепких напитков и мягкой ослиной плоти! За русско-американскую дружбу!
Ну, поехали.
— Коди, а вы что-нибудь знаете о Мексике? Слышала, что в Додж-Сити много мексиканцев. Это ваши люди, но где страна? Как и остальные латиноамериканцы? — поинтересовалась Екатерина Матвеевна, с трудом отдышавшись после дегустации с помощью глубокого дыхания и фронтирного лимонада.
— Интересуетесь расписанием маскарадов, мэм? — понимающе хмыкнул рейнджер. Я поглядел на пограничника; лукавые морщинки затаились в уголках его невинно-стальных глаз.
— Разве что самую малость, — беззаботно улыбнулась русалка. — Хотя я вам соврала, мне очень хочется попасть на какой-нибудь настоящий карнавал!
— В Додж-Сити у вас появится прекрасная возможность блеснуть карнавальным платьем! — обнадёжил её рейнджер, сопроводил своё обещание сухим лающим смешком. — Там частенько устраивают подобные шоу… Знаете, я ведь уже купил себе домишко в заливе для проживания на заслуженной пенсии… Денег у меня предостаточно, тратить их было негде и не на что, так что все они лежат в надёжном банке под проценты. Осталось обставить жилище и привести туда добрую хозяйку, которая совьёт там уютное гнёздышко! Что вы скажете насчёт идеи взять в жёны огненноглазое создание лет тридцати из бэнда апачей? Есть там одна подходящая скво… Индианки очень домовиты, умелы, верны и ни черта не боятся. Можно будет совместно ходить на охоту в…
— Мексику! — подсказал ему Дино.
— О, Мадре, Пресвятая Мария, опять я заболтался! Нет, ни разу не слышал о Мексике, дорогая Кэт, — спохватился Коди Такер. — Аргентинцы, вьетнамцы, китайцы, северные корейцы… Может, где-нибудь эти ребята и осели компактно, но уж точно не поблизости… Хотя один верный след нам всё-таки удалось обнаружить!
— Какой? — быстро спросил я.
— Вряд ли вы захотите на него посмотреть, мистер Макс, да и времена у нас военные… Есть такой американский городок, который стоит на северном океанском побережье, долгое время он был очень важен для нас, южан… Дело в том, что ещё в прошлом году большую часть топлива к нам регулярно завозили из столицы северян, где на окраине города стоит вашингтонский нефтеперегонный завод. Горючее отправлялось на север, в Ном, крошечный рыбацкий городок на северо-восточном побережье, который угнездился в небольшой скалистой бухте, закрытой от ветров. Там бочки с топливом грузили на буксир с баржей, и, переждав долгий сезон штормов, с огибанием восточной оконечности материка, отправляли на юг.
— Непростая схема, — заметил я.
— Это верно, сэр! Потребление росло, и у нас уже принялись строить небольшой танкер, но дела пошли другой дорогой — в Калифорнии, милях в пятидесяти восточней Додж-Сити, был обнаружен новенький НПЗ! Кто знает, может, эта самостоятельность и послужила толчком к гражданской войне… Живут в Номе одни рыбаки и китобои, которые обеспечивают Америку ценным сырьём. Как-то эти китобои попробовали пройти на крепком судне северным морским путём на запад и натолкнулись на разрушенное судно, выброшенное штормами на безлюдный берег! Значит, где-то поблизости есть устье какой-то большой реки, текущей с материка на север, так ведь, господа?
— Может и не одна, у нас в Сибири таких рек было много, — авторитетно отметился сербский итальянец.
Рейнджер на секунду замер, осмысливая услышанное. Он уловил необычность замечания, но не сразу понял его. Дино учтиво разрешил для него эту загадку, ответив с пожиманьем плеч:
— Русские знают толк в Арктике, хефе!
Коди удовлетворённо кивнул и продолжил:
— Так вот, после осмотра китобои пришли к выводу, что перед ними судно, которое принадлежало бразильцам! Представляете? Бразильское судно среди канадских тундр и плавающих льдин! Хотя они ведь не обязательно должны жить в здешней Арктике, бразильцам вполне могли достаться гораздо более привлекательные места…
Селезнёва кивала, не стесняясь, быстро записывала всё услышанное в записную книжку — зря его похвалила, что-ли? — и часто поддакивала, провоцируя собеседника к продолжению рассказа.
Но вот на что я обратил внимание — Екатерина ни словом не обмолвилась о том, что нам прекрасно известно местоположение Китая.
Чёртова дипломатия.
Напоследок Селезнёва ещё раз переговорила с Коди Такером об организации почтовой связи. Я не вмешивался, вслед за начальницей хорошо понимая, что разговор этот вводный, решать нужно совсем на другом уровне с теми, кто обладает властью и распределяет финансы — с шерифом Аризоны и Техаса или же с губернатором-президентом, находящимся в Додж-Сити, пока непонятно. Всё остальное дело техники. Нужно откомандировать назначенных людей к туркам, а ещё лучше в Канберру и снять там готовую схему работы: сразу обо всём договорившись.
Сама идея рейнджеру понравилась сразу, он буквально загорелся ей. Хотя организовать всё это будет не так-то просто. Американцы ни черта не хотят знать о своих западных соседях. Даже Коди Такер, стоящий прямо на пути перемещения прямых свидетельств и слухов, не совсем был уверен, что существует устойчивое сухопутное сообщение с Канберрой. Просто потому, что никто из австралийцев к нему пока не приезжал.
Мне же в голову пришли совершенно фантастические образы возрождённых старинных дилижансов, подкарауливающих их апачей из ближайшего «мирного бэнда» и людей фронтира: отважных почтальонов с винчестерами, журналистов, а то и реинкарнации писателя Брета Гарта, который заново изобразит романтический и жестокий
