Итак, что мне делать, пока мы не уедем?
Фальц выругался. Он был настолько отвлечен, что забыл причину, по которой вернулся в свой дом.
— Это напомнило мне, что я должен отвести тебя на встречу со священником. Он попросил об этом. Я должен был привести тебя к нему за благословением, когда мы приехали вчера, но было уже поздно, и у меня были другие мысли на уме.
Бени сразу оживилась.
— Это тот священник, о котором ты упоминал, у которого есть все те свитки? — когда он кивнул, на ее лице появилась широкая улыбка. Она подскочила к нему сбоку, ее пальцы обвились вокруг его предплечья с большей живостью, чем он видел от нее с тех пор, как вернулся в свой дом. — Чего мы ждем? — словно вспомнив о себе, она вздрогнула и отпустила его, когда отодвинулась, чтобы посмотреть на свою одежду. — Возможно, я сначала переоденусь, — сказала она, бросив извиняющуюся улыбку Мирам. — Большое спасибо за помощь.
Мирам улыбнулась.
— Мне очень приятно. Я ничего так не хочу, как видеть Фальца счастливым.
Ее загадочные слова смутили его, но она не дала ему времени ответить, мягко подтолкнув к дверному проему.
— Давай выйдем наружу и дадим Бени спокойно одеться. О, пока я не забыла, Бени, мне удалось найти немного масла и расческу для твоих волос, — крикнула она. Счастливый визг Бени сопровождал их, когда они вышли на улицу.
Вместо того, чтобы вернуться в свое жилище, Мирам задержалась рядом и лукаво посмотрела на Фальца.
— Не то чтобы я хотела указывать тебе, что делать — в конце концов, ты взрослый самец, — но ты должен оставить ее себе.
Тяжело вздохнув, он в замешательстве покачал головой.
— Сначала Бакин, а теперь ты…
— Пракслор согласился бы со мной, — вмешалась Мирам с легкой улыбкой. — Он всегда говорит, что из всех самцов именно тебя он хотел бы видеть счастливым в паре и снова имеющим семью.
Фальц нахмурился, глядя на нее сверху вниз.
— Мне не нужна семья. У меня есть мой клан и мои обязанности.
— Ты знаешь, что твои матка и производитель не хотели бы видеть тебя одиноким, — мягко сказала она. Он знал, что она хотела как лучше, но напрягся при напоминании о своей умершей семье.
— Возможно, это было то, чего они хотели, но это не сделало бы наличие пары более необходимым. Есть много самцов, которые заслуживают самок и телят.
— Но мало кто так одинок, как ты, — сказала она, положив руку ему на предплечье.
Фальц напрягся. Была причина, по которой он отдалился от всех. Так было лучше для него. Ему не нравилось видеть напоминания о том, что никогда не будет принадлежать ему. Он выполнял свой долг перед кланом, и этого было достаточно. Быть одному лучше, чем испытывать бесконечные разочарования.
— Я доволен своей жизнью, — пробормотал он.
— Лжец.
Раздраженно вздохнув, он покачал головой.
— Это не имеет значения. Я дал слово. Я не предам ее доверия.
Мирам улыбнулась и похлопала его по руке, на которой покоилась ее ладонь.
— И это то, что делает тебя образцовым самцом, и поэтому я собираюсь помочь тебе. Обязательно приведи Бени в гости, когда закончите с посещением священника. Я хотела бы представить Бени нескольким самкам, пока ты разговариваешь с Пракслором. Я уверена, что у него будут дальнейшие предложения по вашему плану. Похоже, ему будет о чем рассказать, — закончила она со смехом.
Фальц поморщился. Он тоже уверен, что самцу есть, что сказать. Хотя он ценил мнение старшего, он просто не был уверен, насколько хорошо Пракслор воспримет это. Пракслор был известен своим хитрым умом, но у него также были очень твердые представления о спаривании и поиске самок для клана. Там, где у Пракслора, вероятно, не возникнет особых возражений с самой уловкой, он может не согласиться с возвращением фертильной самки ее народу. От возможности еще одного спора на эту тему — особенно с братом его производителя — у него разболелась голова.
— Мы зайдем перед тем, как отправиться в уединение сегодня вечером, — ответил он без особого энтузиазма.
Человек еще раз нежно похлопала его по руке.
— Хорошо. Не смотри так встревоженно. Все будет не так уж плохо. Я обязательно поговорю с ним до твоего прихода.
— Спасибо тебе, Мирам, — искренне сказал он. Если Мирам сможет смягчить отношение своего супруга к этой идее до его прихода, он будет благодарен.
— Не стоит меня благодарить. Ты слишком взрослый, чтобы быть одним из моих телят, но я все еще помню тихого молодого самца, которого встретила, когда приехала, кто помог мне легче войти в эту жизнь. Ты часть моей семьи, так что, насколько я понимаю, в любом случае один из моих. Если тебе что-нибудь понадобится, не стесняйся спрашивать. А пока мне лучше пойти найти свою пару и склонить его к этому плану.
Он задумчиво поджал губы, наблюдая, как она уходит. Ее слова были обнадеживающими, но по какой-то причине, которую он не мог точно определить, что-то в ее выборе слов было необычным. Покачав головой, он снова повернулся лицом к своему жилищу. Мирам была надежным другом и родней. Его подозрения были необоснованны.
Полог на входе откинулся в сторону, когда Бени вышла, привлекая его внимание к своей фальшивой паре. Он замер от удивления. Она уже показала, что является привлекательной самкой, как только приняла ванну и смыла речную грязь, но теперь, когда ее грива была ухожена и смазана маслом, и на ней была одежда, которую дала Мирам… его охватил благоговейный трепет. Он знал, что пялится, но, казалось, ничего не мог с собой поделать, даже когда ее губы скривились в усмешке.
Прочистив горло, он нахмурился и махнул рукой в направлении дома жреца.
— Сюда, — прорычал он.
Улыбка Бени стала шире, но она ничего не прокомментировала. Она только и сделала, что приняла его указания и шла рядом, пока они направлялись к большому куполообразному домику, расположенному ближе всего к каньону. Он провел ее через вход, когда она, казалось, заколебалась, и последовал за ней внутрь.
Пожилой священник Эдерк улыбнулся им, откладывая перо.
— Фальц, спасибо, что пришел. Я ожидал увидеть тебя несколько раньше.
В мягком голосе самца прозвучал легкий, но отчетливый укор. Улыбка священника стала шире, когда его внимание переключилось на Бени. Фальц сразу понял причину веселья. Бени стояла посреди комнаты с разинутым ртом, уставившись на шкафы, выстроенные вдоль стен, в каждом из которых хранились десятки свитков.
— А это, должно быть, твоя пара. Как восхитительно! У нас не часто бывают новые
