счастливое детство» помогает в лечении и операциях больным, исполняет мечты малоимущих.
Я в детстве мечтала о роликах, но пока смогла на них накопить, уже выросла и стало неинтересно.
Изучать жизнь папочки мне тоже неинтересно. Тем более, в официальных данных нет и намека на их связь с Атамановым. А это самый главный для меня вопрос. Даже не знаю, почему.
С Русланом я пытаюсь заговорить об этом за ужином. Но вечер сразу перестает быть ламповым, мужчина закрывается как большая мрачная книга. С хлопком, чуть ли не прищемив мой любопытный нос. Как обычно говорит, для меня же лучше поменьше знать. Ох… Я вроде и придаю значение его мнению, и в то же время в корне не согласна. Но делать нечего.
Ночь проходит, и наступает день поездки к моей мамочке. Интрига с отцом полностью вылетает из головы. Я соскучилась по мамуле, мне стыдно ей врать и не хочется с ней ругаться. В общем, чувства переполняют самые разные.
— Ты вся белая, неужели настолько боишься? — не выдерживает Рус на паркинге.
Поджимаю губы. Вот наблюдательный! Хотя, наверное, это часть его профессии.
— Мне неловко, — жму плечами.
— Мы можем сказать ей правду.
Он блефует или реально готов? А вот я нет.
— Она не сможет это понять и будет переживать очень сильно.
— Ну ладно, это, в конце концов, твоя жизнь.
Последняя фраза хоть немного придает мне сил. Мамочка желает мне самого лучшего, но реально мое материнство — только мое дело. Ее я просто не хочу волновать.
Впрочем, ближе к вечеру мама встречает нас далеко не в безмятежном состоянии. Мы прибыли к семи, чтобы она успела с работы. Но мама даже отпрашивалась заранее.
— Здравствуйте!
Она улыбается очень натужно. Взгляд карих глаз пробегается сначала по мне, а потом так и застывает на Руслане. Она нервно поправляет то выкрашенные в медовый цвет волосы, то бежевое хлопковое платье.
— Мам, привет.
Обнимаю ее прежде всего потому, что очень соскучилась. Чмокаемся в щеки. Но чувствуется — маме не до того. Так что я начинаю их представлять.
— Это Руслан Атаманов, кхм. Мой… друг, — раздумываю, а концовку фразы тараторю, — а это моя мама Светлана Владимировна.
— Очень приятно. Здравствуйте, — вежливо отвечает Рус.
— Мне тоже очень приятно! Проходите, проходите.
Мама в шоке, конечно, что так быстро после сорванной свадьбы я привела в дом парня. Но старается не подавать вида. И в сторону Руса от нее не идет никакого негатива. Мама у меня все-таки самая лучшая.
— Мам, ты еще наготовила! — ахаю.
— Да что там… «Цезарь» сделала да «Шарлотку». Все легкое, на скорую руку.
— С удовольствием попробую, — отзывается Руслан.
Все же этот мужчина очень любит поесть! Меня это внезапно умиляет.
Квартира у нас в разы проще, чем жилье Атаманова. Но в принципе стыдиться нечего. Год назад, когда моя зарплата стала более-менее стабильной, мы взяли кредит и сделали ремонт. Теперь тут современно, в тонах слоновой кости, бежевого, белого. В общем, вполне чистенько и мило.
Дом старого образца, кухня отделена от комнат. Но мама все равно зовет нас в гостиную. Она разложила стол у окна. Ну прямо праздник!
— Мам, тебе чем-нибудь помочь?
Родительница отмахивается.
— Что я не накрою стол на троих? Лучше развлекай гостя, — она хихикает и бросает короткий взгляд в сторону Руса.
Мужчина отвечает вежливой улыбкой.
— Вот, всё же хорошо, — негромко говорит он, когда мама убегает на кухню.
Я лишь вздыхаю. Все равно мы не до конца искренни. Остается верить, мама, как и я, будет счастлива от рождения нашего малыша. И нюансы станут неважны…
— Спасибо, что согласился поехать.
Русу надо отдать должное за уважительное поведение. Он вообще — сама адекватность. За исключением мечты стать воскресным папой. Но ведь и я не хотела бы заводить с ним детей традиционным образом? Мы ведь едва знакомы! Боже, я как будто парюсь, что он не зовет меня замуж. Какой бред!
Пыхчу внутри, Атаманов меня не трогает. Думает, наверное, что я все еще дергаюсь из-за знакомства. Сам он прохаживается по гостиной. Разглядывает стеллажи. На них стоит много фотографий в рамках.
— Под старость лет становишься сентиментальной, — мама появляется на пороге, — радуешься, погружаясь в моменты прошлого. Вот там сверху Поля от садика до выпускного из школы. А ниже поездки, куда нам удалось вырваться.
Пояснения адресованы Руслану.
— Вы еще совсем не старая, — искренне замечает он, — а Полина была красивым ребенком.
Я морщусь. Это комплимент? Или он еще раз убедился в годности моих генов?..
— Спасибо на добром слове, Руслан. Проходите к столу.
До Руса из парней дома бывали лишь один школьный друг и Паша. Первый был веселый, но с ужасными манерами. Павлик демонстрировал прекрасное воспитание, но с трудом выдавливал из себя улыбку.
Руслан же держится так, словно каждый вечер ужинает в этой гостиной после работы. Потому что знакомство фиктивное? Или ему реально комфортно. Этого я не узнаю.
Мне просто очень приятно наблюдать за ним. Как он ест, переговаривается с мамой о погоде и новостях города. Рассказывает о своем бизнесе. Меня окутывает уют, покой и какая-то странная защищенность.
Но уже скоро кое-что нарушает нашу «семейную» гармонию. Раздается звонок в дверь. Мама с удивлением морщит лоб.
— Ребятишки что ли соседские опять балуются?
Сами соседи давно не бегаю друг к другу за солью. А специально мама никого не ждет.
Она все же идет в прихожую, я зачем-то встаю вслед за ней. Внутри колотится тревога. Рус вроде бы остается на месте.
— Господи! — мама шарахается от дверного звонка.
Я вконец пугаюсь. Оглядываюсь назад, слава богу, Руслан тоже вышел.
— Что там? — спрашивает он.
Мама хлопает круглыми от шока глазами.
— Кравцов! — она подходит ближе к двери. — Зачем ты приперся?!
У меня тоже глаза по пятаку. Атаманов иронично усмехается. Тем временем папенька отвечает с лестничной клетки.
— Света, открой дверь. Не будем горланить на весь подъезд. Неужели ты думаешь, я бы не нашел способ поговорить… Я пришел с миром.
Руслан, наконец, подключается, шагает к двери. Осторожно отодвигает маму в сторону. Смотрит в глазок. Тут же начинает отпирать замок.
— Здравствуй, Виктор.
Они на «ты».
— Ты что здесь забыл? — мой биопапа как будто почувствовал дерьмо, до того скривился.
— Это я его пригласила! В свою квартиру! Ты что себе позволяешь, Витя?!
Мама тоже говорит с бизнесменом и депутатом по-свойски. С раздражением, страхом, женской обидой. А вот я чувствую только пустоту и тревогу.
— Зачем вы пришли? — тоже не могу удержаться от вопроса. — Руслану здесь рады,
