противоположную ногу.
Бедра мужчины прикрыты одеялом. Глаза тоже закрыты, и это еще один повод для меня рассмотреть все остальное. Я веду себя невоспитанно и глупо. Мне нужно просто тихонечко уйти! Но я сглатываю, веду взглядом от его умиротворенного лица вниз.
У него четкие грудные мышцы в виде скругленных прямоугольников. Подкачанные. Рус каждый день занимается в своем домашнем мини-зале. Говорит, нагрузки дарят ему моральный комфорт.
Ниже мой взгляд нащупывает еще несколько прямоугольничков — пресс. Я уже когда-то ощущала его пальцами. Через ткань.
Зависаю на секунду и чувствую просто непреодолимое желание обвести пальцем твердый рельеф его живота. Такая нелогичная и сильная тяга. Когда что-то лучше не трогать, но рука сама так и тянется.
Так интересно, каков он на ощупь! Господи, ноги несут меня к кровати.
Он спит. Он крепко спит… Я всего лишь закрою этот «гештальт» и быстренько умотаю в клинику. Может быть, я буду без такого уж интереса реагировать на Атаманова в отпуске. Будем мы тусить вместе или нет, но без майки он мне точно не раз покажется.
Возможно, мне совсем не понравятся его кубики. Может, они как желе! Только вместе с одеждой казались твердыми.
С такими безумными мыслями шагаю вперед. Наклоняюсь… Ох! Тут совсем, совсем не желе! Скорее, металл… Боже. Невесомо очерчиваю мышцу. И в следующую секунду у меня перехватывает дыхание.
Потому что мое запястье оказывается в шероховатых тисках! А кисть руки остается крепко прижатой к стальному прессу мужчины. Ну что же, Полина, теперь можешь полапать его от души! Только со стыда не сгори! Мои щеки охватывает огонь.
— Поля?
— Мм… — я невнятно мычу.
Ноги не выдерживают, я скольжу коленом по краю кровати и присаживаюсь на нее. Подле лежащего Руса. Тот моргает спросонья. Какой же у него трогательный затуманенный взгляд… Так, Кравцова, включи мозги!
Мою руку он все еще крепко держит. Мне даже немного больно. Ох, не получить бы сейчас еще выволочку.
— Что ты тут делаешь? — хрипло интересуется хозяин спальни.
Он смотрит на меня уже вполне осознанно.
— Я… Мм… Мне показалось, на тебе сидел кто-то. Комар! Или жук! А вообще искала тебя, чтобы сказать — я поехала в клинику.
Пытаюсь вытянуть из стальных пальцев свою руку. Атаманов переводит взгляд на нее.
— Хм, прости, — отпускает, — я чутко сплю. Издержки бывшей профессии.
Хорошо, что он меня вообще не скрутил! Подумал бы во сне, что на него напали. Жар со щек постепенно перешел на мои уши. А я еще волосы в хвост собрала. Всё видно.
— Это ты извини! Я на автомате прикоснулась.
Вот тут не вру. Решаюсь поднять глаза, и зря. Сейчас его взгляд совсем не невинный. Так и пожирает. Или у меня уже от нервов галлюцинации.
Атаманов расправляет легкие глубоким вдохом. Плечи он тоже разминает, садится на кровати. Я уже вскочила на ноги.
— Ты собралась? — мужчина окончательно проснулся. — Подожди немного, я вызову машину. Водитель отвезет тебя и привезет. Только не спорь.
Понимаю, это из-за отца. Прикусываю губу.
— Я и не думала спорить! — говорю с легкой обидой. — Не глупая.
Это говорит человек, который трогал кубик пресса спящего мужика! Подавляю смешок.
— В твоем уме я сомневаюсь меньше всего, — зевает Рус.
Щурюсь.
— Звучит как-то неубедительно, — не сдерживаю улыбку, — кстати, мне еще нужно будет заехать в магазин.
— Куда угодно, — кивает Атаманов, — возьмешь карту?
Он имеет в виду явно не план города. А деньги. Машу головой крайне резко.
— Нет. Мне прислали гонорар. Спасибо за машину, но карта — лишнее…
— Я понял, — он прерывает мое бормотание, — с твоего позволения я бы оделся.
Мои глаза широко раскрываются. До меня доходит — все это время мужчина находился под одеялом. А я тупо торчу у него и мешаю встать. Теперь жаркая волна прокатывается по всему моему телу.
— Мм… — мычать уже входит в привычку. — Да, конечно! Еще раз прости!
Рус только вскидывает брови. Я на секунду еще зависаю, оглядывая его лицо и тело. Отмираю, быстро вылетаю вон.
Надеюсь, отпуск мы проведем максимально раздельно.
Разумом я понимаю, что так будет лучше всего. Что творится в потаенных уголках души после этого утра… Лучше даже не обличать в слова. Там как будто поселилось тепло. Сжигающее и в то же время дающее силы.
Глава 12
Я довольно быстро расправляюсь с делами в клинике и с большим желанием штурмую торговый центр. Мне хочется подобрать неяркие и при этом достойные вещи. И примеряя каждый купальник, я не могу отвязаться от мысли, как в нем меня увидит Рус. Хорошо, подготовка к свадьбе заставила меня похудеть.
Останавливаюсь на черном и оранжевом цветах. Под разное настроение. Еще покупаю светлую шляпку, платок из пестрой ткани, черные вьетнамки. Обновляю свою коллекцию маек с шортами и беру пару сарафанов из натуральной ткани. Я не шмоточница, но люблю, когда под рукой есть подходящие случаю вещи. А теперь я готова к каникулам на теплых островах.
Не знаю, может, не стоило принимать от Руса такой подарок. Я не взяла деньги на одежду, но на отдых у меня физически нет финансов. Быть независимой не выйдет.
Но, в конце концов, это не жизненная необходимость, а он позвал сам… Даже попросил составить ему компанию. А мне и самой хочется побыть с ним вдали от мира. Хм, что?! От такого признания я чуть не сваливаюсь с эскалатора.
На этой «оптимистической» ноте решаю поехать домой. Вернее, в квартиру Руслана, к которой я до странности привыкла. Нахожу своего водителя на стоянке и говорю о своих планах. Вежливый мужчина заверяет, что всё понял.
В дороге я отвлекаюсь, листаю новости сообществ по своему хобби. Или рисование уже можно считать моей профессией? В последний раз я получила неплохой гонорар. Коллеги обсуждают в комментариях мастер-класс одного западного художника. Его можно купить онлайн. Я бы тоже его прошла после поездки. Или даже там… Рус только за мое развитие.
Для меня такое отношение непривычно после Паши. Атаманов гораздо адекватнее. Но может, это просто потому, что Руслан равнодушен ко мне и ему не нужно мое внимание?
Так, называется, переключилась. Снова углубляюсь в ленту. Хотя уже скоро передо мной снова нарисуется тема Павлика и Руса.
Машина, на которой я еду, не заезжает в подземный паркинг. В отличие от Руслана, водитель просто высаживает меня недалеко от входа в многоэтажку. Благодарю, прощаюсь. На всех парах мчусь внутрь, я проголодалась.
— Поль!
Ох, этот знакомый требовательный голос.
— Паша?..
Мой
