высокопоставленным чиновником Порты, преданным смерти без всяких переговоров, он сильно обозлился, что можно понять, и решил не оставлять это злодеяние безнаказанным и не медлить с наказанием людей, убивших его посланцев. Он не стал просить у князя Дакии никаких объяснений, разозленный еще и тем, что этот князь со своими людьми пересек Дунай, убил многих его подданных и вернулся домой невредимым. Но из всего этого он счел самым серьезным то зло, что было сделано с его послами. Поэтому он обратился ко всем своим высшим чиновникам, приказав им прибыть в столицу с войсками и вооружением, поскольку он намерен начать войну. Так он начал готовить поход против Дакии».
Не ясно, какие планы были у султана насчет Валахии, хотел ли он присоединить ее к империи, как обычную провинцию, или хотел уничтожить Дракулу, а на его место посадить верного человека.
Константин из Островицы, сербский воин, попавший в плен к османам и служивший затем в их войске, в своих воспоминаниях свидетельствует в пользу второго варианта. Мехмед взял с собой в поход Раду Красивого, младшего брата Дракулы.
«Султан послал за его братом, чтобы он приезжал ко двору, и два высших вельможи из султанского дивана, один по имени Махмуд-паша, а другой – Исак-паша, отправились к нему и, держа его с двух сторон, повели к султану туда, где султан сидел на своем престоле. А когда он пришел, султан поднялся, взял его за руку и посадил подле себя на другом, немного более низком престоле по правой стороне от себя и приказал принести синее одеяние из парчи и надеть на него, потом он приказал принести красную хоругвь и отдал ее ему, а к тому же золото, коней, шатры, какие подобают господарю, и тут же отправил с ним четыре тысячи коней вперед к Никополю, чтобы он его там ожидал, и сам, не мешкая, двинулся вслед за ним», – рассказывает серб.
Он же повествует о первом бое с валахами, который состоялся 4 июня 1462 года при форсировании Дуная. Всадники Дракулы обрушились на турок, высадившихся на берег, и в какой-то момент казалось, что сбросят их в реку. Но османские артиллеристы открыли огонь по воинам Влада, и тот был вынужден дать команду отступить.
И начался поход вглубь Валахии огромной армии султана. Но ее встретила буквально выжженная земля. На всем пути не осталось ни деревень, ни каких-либо видов провианта.
Влад между тем наносил короткие партизанские удары. И однажды настала ночь, когда турки услышали на окрестных горах волчий вой. И так и не поняли, люди на них напали или оборотни. Ночная атака 17 июня 1462 года серьезно деморализовала войско султана.
Об этом нападении легенды рассказывали, якобы Дракула, переодевшись в турецкую одежду, накануне прогуливался по лагерю и высматривал, где находится шатер султана. Во время ночного боя он стремился убить самого Мехмеда – это был единственный шанс одержать победу.
Впрочем, все тот же весьма информированный Лаоник Халкокондил считает, что шатер султана можно было распознать и наблюдая за лагерем с окрестных гор. Впрочем, он не исключает, что прогулка по лагерю могла быть со стороны Дракулы просто игрой со смертью, а не разведывательной операцией.
О самой атаке Дракулы Халкондил повествует так: «Имея в своем распоряжении менее 10 тысяч конных – а иные говорят, что их было всего две тысячи, – он дождался конца первой ночной стражи и ворвался в лагерь императора. Сначала это вызвало панику, поскольку многие подумали, что на них напала целая армия, пришедшая из-за границы. Обезумев от страха, они решили, что все потеряно, и бежали прочь от места атаки, обозначаемого огнем факелов и звуками рога. Но весь лагерь оставался недвижим: эти люди предпочитают не трогаться с места ночью, даже если поднимутся шум и смятение. К тому же турки, хоть и объятые страхом, не смели двинуться или даже проронить слова без приказа, боясь быть казненными по приказу императора. Тем временем глашатаи императора побуждали их оставаться на месте, ободряя такими словами: “Мусульмане, успокойтесь! Скоро вы увидите, что лагерь под нашим контролем, и враг императора наказан за свое дерзкое нападение”. Они повторяли это снова и снова, ведь если армия оставалась на месте, она должна была разбить врага, а те, кто бежал, неминуемо погибли бы от рук врага или палачей императора.
Когда Влад столь быстро ворвался в лагерь, первой ему встретилась султанская армия, которая после короткого боя обратилась в бегство. Освещая путь факелами, он во главе сомкнутого строя своих людей устремился прямо к императорскому шатру. Однако они ошиблись и достигли шатров везиров Махмуда и Исака, где перебили множество верблюдов, ослов и других вьючных животных. Сражаясь в строю, они не несли ощутимых потерь, но как только кто-то из них отступал в сторону, его немедленно убивали турки… Наконец они отыскали шатер императора, но перед ним уже выстроилось в боевой строй множество воинов. Некоторое время воины Влада сражались с ними, но потом повернули и бросились вон из лагеря, убивая и калеча всех на своем пути».
Как убить султана
На самом деле прецедент ликвидации султана прямо на поле боя уже был. И весьма вероятно, что Влад именно на него и ориентировался. Ведь произошло это еще в 1389 году, в ходе первой легендарной битвы на Косовом поле, когда была на века утрачена надежда на независимость Сербии, но султану Мураду пришлось заплатить за это своей жизнью.
Стефан Душан по прозванию Сильный вступил на сербский престол в 1331 году. А уже через пятнадцать лет, благодаря своим полководческим и государственническим успехам, он стал именовать себя Царем сербов и греков. Этот выдающийся правитель ясно видел экзистенциальную угрозу, исходящую от османов для всего христианского мира.
В 1354 году он начал переговоры с папой о крестовом походе. Он готов был признать первенство Рима, а себя предлагал назначить «капитаном христиан». Но вместо совместных действий против турок в том же году венгерская корона бросила вызов сербской. Душан справился с этой угрозой. Но это было последнее его военное предприятие. В 1355 году несостоявшийся «капитан христиан» скончался.
После его смерти сербская единая и могучая держава начинает распадаться. Бывший император ромеев Иоанн VI Кантакузин, удалившийся к тому времени в монастырь, писал об этих событиях, именуя сербов древним именем «трибалы»: «Умер и король, правитель трибалов, и среди них вспыхнул большой мятеж. И Симеон, брат короля, правивший тогда Акарнанией, стремился взять в свои руки всю власть над трибалами, считая,
