— Привет, — говорит она, улыбаясь мне, — можно тебя на минутку?
— Можно и больше минутки, — отвечает Элизабет, и любой, кто ее знает, понимает, что тон у нее недружелюбный. Она толкает Джека, когда тот пытается что-то сказать.
Я смотрю, как она уходит от меня, прежде чем снова переключить свое внимание на Белинду.
— В чем дело?
— Я нашла фотографии для выступления, — говорит она, и я съеживаюсь. — Думаю, ты свои еще не смотрел?
— Поищу сегодня вечером, — заверяю я ее. — Добавлю это в свой календарь, чтобы напоминалка сработала. — Я достаю телефон из кармана и слышу, как Джошуа зовет всех к себе.
Белинда возвращается к своим друзьям, а я встаю рядом с Элизабет, которая смотрит на меня, а затем снова на Джошуа.
— Ладно, для этого вам понадобится напарник, — говорит он, и я смотрю на Элизабет, убирая телефон.
Все разбиваются по парам, и только мы с Элизабет остаемся вдвоем.
— Полагаю, мы с тобой.
— Разве ты не хочешь объединиться с подружкой невесты? — спрашивает она. — Это должно быть как два партнера, идущих рука об руку к алтарю.
— Почти уверен, что ее муж будет против, — отвечаю я, и Элизабет смотрит на Белинду, которая сейчас обнимает упомянутого мужа. — Да, она замужем. Грегори — отличный парень. Большую часть времени он работает в ночную смену, поэтому ты его и не видела.
— Что ж, я не собираюсь быть твоим вторым выбором. — Она смотрит на Джека и Эви. — Мы будем партнерами с Эви, и вы с Джеком.
— Но, — скулит Джек, — мы собирались найти укромный уголок и все время целоваться.
— Ты ведешь себя так, будто вы не просыпаетесь вместе, — возмущается Элизабет. — Ты можешь обойтись без нее.
— Итак, есть шесть пит-стопов с подсказками, — продолжает Джошуа, — и на каждом пит-стопе есть разные подсказки для вашего номера. — Он ходит по кругу с миской, в которой лежат сложенные бумажки. — Выберите свой номер, и под этим номером будет конверт с подсказками.
— Что мы выиграем? — спрашивает Джек.
— Победители получат трофей, — отвечает Мэйси и поднимает маленький кубок из магазина за доллар. — И право говорить, что вы победители.
— Нет, спасибо, — слышу я бормотание Элизабет рядом с собой и едва сдерживаюсь от смеха.
— Будет так весело, — восторженно восклицает Мэйси, когда Джек вытаскивает бумажку из чаши.
— Ты — идиот, и я тебя ненавижу, — заявляет Джек с улыбкой на лице Джошуа, который закрывает глаза и кивает, — и я сломаю тебе ногу по-настоящему.
— Какой у нас номер? — спрашиваю я Джека, который смотрит на бумажку.
— Семь, — говорит он, протягивая мне бумажку.
Я смотрю на Элизабет, которая оглядывается по сторонам.
— Уверена, что не хочешь быть в моей команде? — спрашиваю я её. — Мы можем позволить этим двоим целоваться друг с другом.
— Эви всё равно сказала, что ей надоел Джек и его дурацкие поцелуи, — язвительно замечает она, заставляя Джека рассмеяться.
— Она сейчас влюблена в меня больше, чем когда-либо, — заявляет он, подмигивая Эви, которая просто краснеет от его слов. Эти двое — буквально самая раздражающая влюблённая парочка, которую вы когда-либо встречали.
— Все готовы? — спрашивает Джошуа.
Все, кроме нас четверых, бормочут:
— Да.
— Приготовились, — говорит он. — Первая подсказка на столе. — Он указывает на него. — И начали.
Все, кроме нас четверых, бросаются к столу.
— Команда, занявшая последнее место, должна будет помочь нам составить план рассадки, — объявляет он, и мы четверо рвемся в бой. — Удачи.
ГЛАВА 15
Элизабет
УКРАСЬТЕ КОМНАТУ25
18 декабря
— Ты получил сообщение? — спрашиваю я, входя на кухню следующим утром и видя Нейта, сидящего на диване с коробкой фотографий рядом.
— Нет, какое сообщение? — он поднимает взгляд, переворачивая стопку фотографий в руках.
— От Джошуа, — говорю я, и он качает головой. — Похоже, сегодня день «два по цене одного», — объявляю я, направляясь к кухне за чашкой кофе, — так что завтра у нас будет свободный день.
— Что, черт возьми, это значит? — спрашивает он, поворачивая голову ко мне, и я вижу, что у него волосы торчат в сторону.
На нем снова эти дурацкие спортивные шорты, которые низко висят на бедрах, и я задаюсь вопросом, если стяну их, будет ли он под ними голым. Одна только мысль об этом возбуждает меня.
— Это значит, что сегодня соревнование по имбирным пряникам, которое, — иду к холодильнику, — я выиграю.
Нейт закатывает глаза.
— А вечером будет хоккейный матч.
— Ты забыла, кто вчера победил? — спрашивает он и указывает на дурацкий трофей, стоящий на столе.
— Серьезно? — Я опираюсь о столешницу. — Хочешь сказать, что победил честно?
— Черт возьми, да, — заявляет он, просматривая фотографии в руках, откладывает стопку и берет другую из коробки.
— Ты толкнул меня бедром, — указываю я.
— Не моя вина, что ты стояла у меня на пути.
— Я стояла и читала свою подсказку, — возмущаюсь я.
— И была у меня на пути.
— А как насчет того, когда вы «случайно» прихватили нашу подсказку? — Я упоминаю последнюю подсказку, которую они забрали с собой, чтобы мы не смогли их догнать. — В ту минуту, когда Джошуа пригрозил помощью с рассадкой гостей, казалось, что вы решили, будто участвуете в «Удивительной гонке» и собираетесь выиграть миллион долларов в качестве приза.
— Мы ее не брали. — Парень закатывает глаза. — Она случайно упала на пол и оказалась под столом.
— Вас должны были дисквалифицировать. — Я указываю на него.
— Но мы победили, так что это уже неважно, — хвастается он, а я подхожу к дивану и сажусь на свое обычное утреннее место, — и мы получили за это трофей.
— По крайней мере, твой уцелел. — Я усмехаюсь. — Джека оказался раздавлен под ботинком Эви.
— Я такого не ожидал. — Нейт тоже смеется. — Она просто разнесла эту штуку, как будто была Кинг-Конгом.
Мы оба смеемся.
— Интересно, пустила ли она его домой? — спрашиваю я. — Не могу поверить, что она оставила его на площадке со словами: «Добирайся домой сам».
— А я не могу поверить, что он гонялся за Джошуа по всему этому чертовому месту, крича, что тот испортил ему день.
Я смеюсь так долго, что у меня слезы наворачиваются на глаза.
— Я думал, Джек его прикончит, — говорит Нейт, — и, думаю, он бы это сделал, если бы твой отец не пришел посмотреть, что происходит.
— Правильное время, правильное место, — говорю я и Нейт резко прекращает то, что делал, и смотрит на меня. Сердце колотится, когда я вспоминаю, как произнесла эти слова ему однажды, и быстро отвожу взгляд. — Излишне говорить, что кто-то попал в беду, и на этот раз это была не я.
— Ты меня пнула ногой, — шипит он, не упоминая мои слова или, возможно, он их не помнит. Но по тому, как парень на меня посмотрел, я знаю, что помнит.
— Я не пинала. — Качаю головой. — Я случайно упала вперед, и моя нога задела твою голень. Это была такая же случайность, как и то, что подсказка оказалась под столом. — Я пожимаю плечами. — В любом случае, что ты тут делаешь?
— Я пообещал Белинде найти пару фотографий Джошуа в старшей школе и несколько наших, когда мы росли.
— Я уже целую вечность не видела настоящих фотографий, — замечаю я, наклоняясь и беря стопку. — Сейчас все цифровое.
— Знаешь, что снова становится популярным? — спрашивает он, пока я перебираю снимки. — Эти одноразовые камеры.
Я смотрю на него с изумлением.
— Одна моя коллега всегда носит ее с собой. Мы были на командном ужине на днях, и все позировали для фотографии, а она достала из сумочки эту квадратную штуковину. Там была вспышка и все такое.
— Но как тогда узнать, хорошая ли получилась фотография? — спрашиваю я, и он пожимает плечами.
— Как в старые добрые времена. Узнаешь, когда ее напечатают.
