провести меня? Это что, борьба за власть? Вдруг, если я сейчас поддамся, ребенок станет тираном? Может, я чрезмерно его балую и слишком сговорчива? Если вам еще ни разу не приходили в голову такие мысли, можете отложить книгу в сторону. Но если у вас в различных ситуациях возникали подобные опасения, стоит читать дальше. Учитывая нашу историю, неудивительно, что мы так думаем. Неудивительно и то, что мы еще не в состоянии сбросить лежащий на наших плечах груз насилия.
Однако важно, чтобы мы задумались о нем и взглянули на него открыто. Надо проанализировать, где в наших головах оно внезапно появляется только фоном, как предостерегающий голос, а где, возможно, прокладывает себе путь – к действиям, которые мы вообще-то вовсе не собирались совершать и которые так ловко замаскированы, что и не распознать.
Глава 3. Как распознать насилие и действовать по-новому
Я желал и желаю избегать насилия. Свобода от насилия – это первый и последний принципы моей веры[110].
Махатма Ганди
Некоторые родители воспроизводят оскорбительное поведение старших поколений: бьют и ругают своих детей или угрожают им. Они перенимают стратегию действий, доказавшую «эффективность» в их детстве, и не ставят под сомнение собственный опыт. Осмысление прошлого – болезненный процесс. Если его избегать, можно сохранить идеализированный образ родителей и не вспоминать лишний раз об унизительном обесценивании и унижениях. Однако не все, кого били в детстве, применяют физическое насилие по отношению к своим детям. Многие хотят поступать иначе. Однако борьба за власть между родителями и детьми и представления о том, что в сложных ситуациях нет альтернативы, глубоко запечатлелись в нашей памяти. Поэтому в семьях все равно может присутствовать насилие, пусть и не физическое.
Истоки подобного поведения часто не совсем очевидны. Обнаружить их бывает нелегко: фактор, приводящий родителей к насилию над детьми, трудно осмыслить, а психологическое воздействие насилия на будущие действия недооценивается. Оказавшись в ловушке, мы часто не понимаем, что на нашем поведении сказывается пережитое – условия, в которых формировался образ «я». Мы думаем, что принимаем решения и действуем свободно, и, казалось бы, логично реагируем на поведение детей, но при этом выдаем реакции, спровоцированные былыми травмами. Наше собственное воспитание, картинки из прошлого продолжают воздействовать на нас – даже после смерти наших родителей. Полученный личный опыт не дает как следует разобраться, что нужно детям. А им необходимо правильное соотношение свободы и поддержки в исследовании мира, с одной стороны, и близость, участие и безопасность – с другой.
Опыт прошлого блокирует наши действия в так называемом круге безопасности[111]. Концепция этого круга сформировалась благодаря психотерапевтам Кенту Хоффману, Глену Куперу и Берту Пауэлу. Они рассматривали проблемы в отношениях родителей с ребенком в области открытий нейробиологии и исследований привязанности. Оказывалось, что в течение дня ребенок нуждается то в надежном укрытии и безопасности, то в исследовании мира – и эти желания могут быстро меняться. Разумеется, родителям не всегда просто понять, какова потребность ребенка в данный момент и как на нее реагировать. Значимые взрослые при этом воспринимаются как люди, которые «большие, мудрые, сильные и добрые».
Как понять, что именно мешает нам создать круг безопасности? В этом поможет рефлексия, анализ собственного поведения и опыта. Проблемы и блокировки зависят от индивидуальных переживаний каждого человека. Чтобы обнаружить болевые точки, полезно изучить классические стратегии воспитания, которые часто применяются и в наши дни.
Изоляция, страшные истории, запрет на сладкое, эмоциональное избегание, контроль – многим родителям не кажутся проблемными эти «современные» методы воспитания. По сравнению с избиением розгами, сажанием на горячую плиту или запиранием в чулане они представляются почти мягкими. Но, используя их, мы по-прежнему находимся в красной зоне мер, которые для развития детей по разным причинам неполезны. Пусть мы этого и не осознаем, но многие методы воспитания, которые мы используем, основаны на насилии. Оно не настолько очевидное, как прежде, – более изощренное. И все же мы поддерживаем эти методы, так как отчасти хотим, чтобы ребенок чувствовал себя хорошо в установленных нами рамках. Поэтому мы пытаемся формировать ребенка при помощи поощрения или наказания, страха, штрафов и ответственности за поступки. Осознать эти неявные формы насилия – важный шаг на пути к действительно ненасильственному воспитанию. Ведь свободен и не сломлен только тот, у кого есть возможность расти без давления и унижения.
Страх как воспитательное средство
Многие из нас наверняка когда-нибудь говорили: «Если не пойдешь со мной за руку, тебя задавит машина» или «Будешь плохо себя вести – Санта-Клаус оставит тебя без подарков!» Именно на детей помладше многие родители воздействуют при помощи страха: запугивают, чтобы добиться желаемого поведения. На первый взгляд такой метод кажется осмысленным и практичным, потому что касается настоящих опасностей вроде горячей плиты или дорожного движения. Но давайте внимательнее рассмотрим последствия. На малышей апелляция к страху действует, так как в системе привязанности дети не могут обходиться без защиты и заботы. Однако, заставляя их бояться, мы подаем им сигнал, что не станем их защищать или не сможем этого сделать.
Именно у маленьких детей часто возникает проблема с тем, чтобы почистить зубы. Ребенок закрывает ротик, мотает головой – демонстрирует, что «просто» не хочет. Многие родители действуют в такой ситуации против воли ребенка, применяя физическое насилие. Иногда на этом настаивают даже стоматологи. Те, кто не хочет действовать силой, прибегают к страху: «Не станешь чистить зубы – у тебя будет кариес, а это больно. Врачу придется делать тебе укол и сверлить во рту бормашиной». На многих малышей такие истории не оказывают воздействия: они для них слишком абстрактны. Но ребенок может испугаться. И потом его не заставишь пойти к врачу. Многие родители думают, что подобными историями наглядно демонстрируют «причинно-следственную связь». На самом же деле это игра на страхе, в которой взрослые отдаляются от своих непосредственных родительских обязанностей. Разумеется, сложно что-то сделать, если ребенок сопротивляется. Но мы как родители отвечаем за то, чтобы найти для этого ненасильственный путь, защитить детей и удовлетворить их потребности. Именно это и есть родительство, а все остальное – принуждение. Значит, мы должны быть креативными и задуматься: может, мы выбрали не то время? Возможно, ребенок устал? А вдруг пригодятся песенка, видеоролик, перчаточная кукла, игра или таблетка для индикации зубного налета?
Нельзя снимать с себя полномочия и ответственность. Нельзя полагаться на страх и надеяться, что он сделает за нас нашу работу. Ребенок пойдет нам навстречу искренне и с душой, если основные условия соответствуют детскому мышлению и его собственным возможностям. И в
