кладя когтистую длань ему на плечо. — Хозяин степей попросту не понимает прописных истин: в артефактах прошлого сокрыта суть нашего происхождения и решение многих, если не всех проблем. Но для начала — их надо вернуть в надежные руки.
— Уж не в ваши ли? — поинтересовался главный советник давьяра, сердито раздувая шейный мешок. Инемоны, стоявшие позади, поддержали его одобрительным гулом.
— Неважно, чьи. Лишь бы невинные больше не страдали.
— Кстати, о страданиях… — внезапно проснулся Идрис. — Я хочу взять слово, как представитель народа арахнидов на сегодняшнем собрании!
— Ара… что? — удивился Салтан. — Вы придумали себе новое название? А что, так можно было?!
Советники давьяра не разделили подобных восторгов и принялись нервно махать склизкими руками. Нда, маленький правитель с абсолютной властью — это страшно. Стоит ли мне намекнуть скиру, что случайно оброненное в разговоре слово относится лишь к паукам, никак не затрагивая ящеров, змеев и скорпионов?
— Мы хотите, чтобы впредь вас именовали иначе? — Аттис устало потер виски.
— И это тоже. А еще я надеюсь, что ради укрепления нашего союза империя выделит для Саарганиша женщин, — и добавил. — Тех, кто захочет поехать, конечно же.
Сказать, что оборотни были сражены прямолинейной наглостью его просьбы, ничего не сказать. Даже император утратил хваленое самообладание, открыв рот и выпучив глаза. Каин, сжимавший под столом мою коленку, тихо фыркнул:
— Кто в здравом уме пойдет к тебе в логово, паук?
— Твоя жена может подтвердить, что мой народ умеет быть гостеприимным, — едко парировал Идрис. — К тому же мы были вынуждены отказаться от прежних методов "пополнения" населения. Это заслуживает уважения и хотя бы капли доверия.
— Я могу объявить о подобной возможности, но вы ведь понимаете, все не так просто. Боюсь, никто не поедет на север, чтобы найти себе мужей среди… арахнидов, — выдавил Аттис, обмениваясь с братом понимающими взглядами.
— Саарганиш не просто даст приют всем заинтересованным. Теперь он находиться под управлением члена императорской семьи, — кивок на Каина, — а это значит, мы входим в состав Шаа. Я лично готов пообещать, что каждая доброволица получит внушительную денежную награду, право на образование и сможет без проблем покинуть наши земли в любое время. С парой или без нее.
— Это, кхм, весьма щедрое предложение.
Почти все мужчины в зале усмехались. Конечно, звучало безумно, но я понимала, почему Идрис решился на подобную просьбу. Подземное царство должно измениться.
— Старые порядки уходят в прошлое. В доказательство своих намерений я готов раскрыть главный козырь свое присутствия на этом собрании — рождение первой девочки паучьего клана. Вы не ослышались! — Идрис властно оперся о стол, обрывая поток вопросов. — Это действительно произошло. Но девочка еще слишком юна, чтобы производить потомство, и она одна. Нам нужна поддержка империи, чтобы прервать бессмысленный цикл похищений и ненависти.
Если бы владыки не были ошарашены его признанием, они бы точно заметили, как я побледнела. Он рассказал про Зиру. В кругу незнакомцев, совершенно внезапно и не предупредив меня…
Придушу или запинаю ногами.
«Слухи давно ходили» — внезапно отозвался Каин. — «Не только фениксы, его народ тоже. Нельзя прикрыть рты всем. Паук просто решил опередить врагов и сделал шаг первым…»
— Когда? — вскинулся советник давьяра, дряблый инемон с красной кожей и жабрами на шее. — Когда она родилась?
— Неважно, — отрезал Идрис, нахмурив брови. — Дитя находится под защитой тысяч арахнидов, и вы не увидите ее еще очень долго. Сами понимаете, достояние целого народа нужно оберегать.
— Но… Но…
Не понимаю, откуда столько страха в его голосе? Это ведь первый шаг к мировому балансу и примирению сторон.
— Как интересно, — медленно произнес Шиасад, прочерчивая ногтем на гладком дереве белый след. — Вы, скир, радуетесь. Но с чего бы? Легенды хранят воспоминания о временах, когда у диких народов рождались самки. На свете не было никого безумнее паучьих королев.
— Я слишком стар, чтобы верить в сказки для испуганных дураков, — в тон ответил тот, хотя желваки на его скулах так и ходили.
— К сожалению, не сказки. Их ярость и жажда крови была настолько сильной, что мужья, устав жить в страхе, приняли решение перебить всех до единой. Даже неизбежное угасание вида их не остановило… Если самочка и впрямь родилась, от нее следует избавиться. Убить, пока она не вошла в течный возраст и не обрела истинную силу…
— Нет!
Я не сразу осознала, что отломала от кресла кусок подлокотника. Еще секунду назад готовый к битве Идрис обеспокоенно моргнул. Вспомнил о нашем уговоре — и как вовремя. Черт.
— Вы хотите что-то сказать, дорогая? — приторным голосом поинтересовался король Багрота. Он разве что не сюсюкал со мной. — Ах, или вам стало дурно от мысли о убийстве ребенка? Я был бестактен. Прошу прощения, забыл, что подобные вопросы стоит решать в сугубо мужской компании.
— Но раз уж вы первым выразили согласие с моим присутствием на собрании, то я хочу высказаться, — Я не без труда подавила гнев. — У моего народа также было множество легенд и сказаний. Большая часть из них основывалась на многократно измененном пересказе событий прошлого, и каждый из рассказчиков добавлял в историю красок, желая усилить эффект. Нельзя судить о невинном ребенке на основе подобных слухов. Как ученый — а вы ведь приверженец науки — вы должны понимать, какой вред подобный подход причиняет окружающим. Еще недавно многоно… арахниды считались изгоями, а теперь они часть светского общества. То же самое я могу сказать и про своего проклятого супруга.
— Что проклятые безвредны? — снисходительно улыбнулись мне.
— Что всегда есть исключения, — процедила я.
И вновь забурлили споры. К общему решению так и не удалось прийти. Владыками было решено провести еще несколько дней в раздумьях, наслаждаясь гостеприимством драконьего клана.
Уставшие и тревожные мы вернулись домой. К счастью, тот все еще был на месте.
Идрис взял из запасов лекаря несколько кувшинов крепкой хмельной настойки и ушел в сад, чтобы прочистить голову. Поцеловав на ночь Каина, я поднялась наверх. Дети должны были спать в своих кроватях, но, к моему удивлению, большая часть комнат пустовала.
Лишь в спальне Шиана звучал молодецкий храп. Сам тигр лежал
