Два варианта… Со вторым я ничего сделать не в силах, а вот найти подходящего кандидата для первого, пожалуй, смогу. И когда узнаю правду…
Стоп.
Правда мне ничем не поможет.
Даже если профессора оправдают, в Центр он не вернется, и ни просить об одолжении, ни шантажировать его (чем черт не шутит?) не получится. С другой стороны, тот, кто способен устроить взрыв, наплевав на последствия, — более чем подходящий кандидат в убийцы Лилианы.
Ну и, не буду скрывать, мне попросту стало интересно.
* * *
Касэлона
Райс подхватился от громкого звука будильника и яркого света, бившего прямо в глаза. Полдень, ага. Как заказывали. «Солнышко» светит, «птички» поют… Красота. А если б от этой красоты не трещали уши, было бы вообще замечательно.
— «Зара», убери имитацию.
Стало тихо-тихо, и лишь отдаленный гул вентиляции свидетельствовал о том, что Сэм не оглох.
— Черт, так еще хуже… Верни все процентов на пятьдесят… На тридцать. Новости есть?
Пока он умывался и искал одежду, бортовой компьютер бесстрастно сообщил последние вести системы Оникса. Райс не слишком к ним прислушивался. Большая часть репортажей не отличалась от вчерашней сводки и для него интереса не представляла.
«Терраформация Оникса-10 обещает стать прорывом в науке!» — вещал какой-то политик, вряд ли имевший хоть малейшее отношение к этой самой науке.
Молодая журналистка с цветной татуировкой на бритом черепе брала интервью у некоего ученого, уверенного в том, что элиане намерены уничтожить человеческую расу подчистую, и призывавшего отказаться от ксенотехнологий.
Хрупкий старичок в тюремной робе клялся, что скоро докажет свою невиновность, обещал «раскрыть крапленые карты» правительства и требовал, чтобы власти продолжали разыскивать убийцу его дочери Лили.
Миловидный паренек в белом халате божился, что причина возрастающей агрессии диких лайсов кроется в загрязнении их среды обитания, и умолял прекратить превращать Оникс-8 в помойку.
— «Зара», есть что-нибудь связанное с трассами, судами или «Касэлоной»? — Сэм критически оглядел себя в зеркале и пришел к выводу, что несколько часов сна пошли ему на пользу — пусть усталость никуда не исчезла, во взгляде явно прибавилось адекватности.
Из здания суда на Ониксе-3 сбежали семеро преступников, обвиненных в терроризме, поэтому патрулирование системы ужесточилось, а в космопортах усилились меры безопасности. На Ониксе-1 зарегистрирована вспышка гриппа, и власти настойчиво (и принудительно) рекомендуют покупать государственную вакцину. На Ониксе-6 сгорел магазинчик, владелец получил огромную страховку и исчез вместе с семьей.
— Это Никал так развлекается? Странно, что он до сих пор не провернул ничего подобного. Что с письмами? Нет, погоди… Расскажи о шизофрении.
Одно неоспоримое достоинство у искусственного интеллекта имелось: он ничему не удивлялся и выполнял без вопросов самые непонятные указания. Очень скоро Сэм узнал много нового о психических расстройствах, кошмарах и даже вещих снах. Увы, несмотря на простоту объяснения, он осознавал: ничего из этого к его ситуации не подходит. Наверное, дело и правда в стрессе…
— «Зара», назови планеты, где до сих пор используют телеграфную азбуку, — как Райс ни отговаривал себя, его грызли сомнения.
Списочек получился большой… Почти сто названий — преимущественно окраинные миры без перспектив к развитию. И Ариппа, н-да… Старая добрая унылая Ариппа, где космические перелеты относились к категории недостижимой роскоши.
— Земля? — Сэм заметил еще одно знакомое из учебников истории место. — Серьезно? Она существует?
Оказалось, не просто существует — процветает. Колыбель человечества, как ее называют СМИ, превратилась в туристическую планету. Несмотря на истощение ресурсов и пережитые экологические катастрофы, Земля привлекает публику самого разного рода: от нелюдимых ностальгирующих миллиардеров до романтических парочек, и вот-вот может войти в сотню самых богатых миров.
— Ладно, хватит. — Райс нажал кнопку автомата и получил стакан густой, очень питательной, витаминной и отвратительной на вкус жижи. — Давай письма, а потом узнай, сколько стоит онлайн-консультация у мозгоправа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На этот раз рекламные сообщения система отмела без дополнительного приказа. Осталось всего три: от настойчивого Ати Тиа, вчерашнее от Никала и…
— Имя отправителя — Котя, тема: «Не удаляй! Сначала посмотри!» — пробормотал Сэм, отставляя кормосмесь в сторону и опускаясь на краешек твердой койки. — «Зара», открой последнее, — голос почему-то охрип и плохо слушался. — Как-то странно я схожу с ума, ты не находишь?
Экран вспыхнул, когда на нем появился белый «лист» с нарисованными от руки знаками. Линии, прямоугольники, овалы… Что-то это Райсу напоминало, однако он не смог заострить внимание на деталях. Его полностью поглотили крестики, разбросанные по всему чертежу. Три черные, не выделявшиеся на общем фоне. Небольшой зеленый, резко впадавший в глаза. И кроваво-красный, приковывавший взгляд.
— Это что еще за художества?!
Бортовой компьютер принял возмущение за вопрос.
— Схема грузового отсека пассажирского судна класса Эль, зарегистрированного на Ариппе как «Касэлона», — выдал динамик.
— Что?!
«Зара» повторила информацию. Даже уточнила, на каких именно грузах стоят отметки, но Сэм уже не слушал. Он открыл загадочный план на планшете и ринулся в трюм.
— Хорошо спалось, Райс? — Неизменно спокойный Аристэй встретился у кают-компании.
— Как никогда в жизни, — и, вне всяких сомнений, это была чистая правда.
— Да не бегите вы как на пожар. Загляните на кухню, там осталось немного нормальной еды.
«Какая, к черту, еда?» — Сэм согласно кивнул, не желая тратить время на долгие объяснения. В грузовом отсеке наверняка находилось что-то вроде бомбы, которую необходимо найти прежде, чем таинственная «Котя» превратит корабль в космический мусор.
В уголке планшета мигнул закрытый конвертик.
«А вот и требования», — с мрачным удовлетворением Райс нажал на значок, не сомневаясь: дело именно в шантаже и захвате.
«Завтрак действительно вкусный. Трюм подождет».
Не сбавляя шаг, Сэм прошествовал мимо кухни.
Снова сообщение.
«Ладно, как знаешь. Красный неопасен, но прятать его неправильно. Будь осторожен, хорошо? И не лезь к зеленому без перчаток».
Он запнулся на ровном месте. «Котя» что, на его стороне? Или это какая-то извращенная игра?
«Только не бей черных. Они в искусственной коме и не причинят тебе вреда».
— Кого я не должен бить?! — Сэм ушел из зоны слышимости пассажиров и не опасался, что его сочтут сумасшедшим.
«Зайцев».
Он рассмеялся. Да уж, у кого-то с чувством юмора проблемы. Или у другого «кого-то» с головой?
* * *
На старой клавиатуре не реагировала клавиша с цифрой «три», и Аристэй изрядно намучился, прежде чем сообразил, что получить ее можно другим способом.
Пара кликов — и пароль введен. На мониторе возник сверхкреативный (по мнению Волка — абсолютно бессмысленный) логотип, затем открылась страница Галаконта, принадлежавшая Миранель В, никнейм — «весенняя бабочка».
— «Зара», приглуши, пожалуйста, свет.
В некоторых галамаркетах используются ключевые слова для скидок, о чем Аристэя просветила всезнающая Мира. Как оказалось, «волшебное слово» имелось и у компьютерной системы «Касэлоны».
Если обычно «Зара» постоянно артачилась, переспрашивала по нескольку раз, требовала подтверждение от админа и высказывала чужаку презрение любым доступным способом в ответ на элементарные приказы вроде: «Погаси свет», то простое «пожалуйста» делало ее гораздо сговорчивее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Волк полагал, это не заводская настройка, однако спрашивать владельца не хотел. Райс — хозяин, ему и править балом. Мало ли, вдруг капризы бортового компьютера — его личная инициатива? Странноватая попытка сделать людей пусть не добрее, то хотя бы вежливее? Аристэй этому бы не удивился.
