— «Зара», скан и перевод. — Райс повернул этикетку к камере. — Живо.
— Не поможет. Это тара из-под рорайнских маслин.
— Тебя никто не спрашивал. — Сэм ненавидел жестянку за одно ее существование.
Но бортовой компьютер произнес то же самое. Маслины вида «Рорайнский луч», срок годности истек в прошлом году.
— Сними крышку. — Сана заглядывала из-за плеча, будто наглое привидение.
— С чего бы вдруг? — тон, которым было произнесено ее предложение, наталкивал на подозрения.
— С того, что ты, капитан, вечно поступаешь мне наперекор. Вот я и говорю: «Сними крышку». Надеюсь, у тебя хватит упрямства меня не слушать.
Прежде, чем мозг успел осмыслить эту информацию, пальцы Сэма открыли контейнер, и грузовой отсек заполнился насыщенным запахом гнилого чеснока.
— Это не брокколи. — Райс поостерегся тыкать в сморщенную зеленую массу, напоминавшую вяленую капусту.
— Точно. А ты ведешь себя, как ребенок. Расспроси об элианах «Зару», раз уж мне не веришь. И лучше не бери его голыми руками — во время спячки из него выделяются концентрированные вещества, которые отпугивают хищников. Убить это не убьет, но дерматит гарантирован. И…
Сэм, не дослушав, быстрым шагом вышел из трюма и направился в свою комнату. Во-первых, разузнать в тишине и спокойствии об элианах. Во-вторых, проверить, нет ли писем от «Коти». В-третьих, побиться головой о стену, если «во-первых» и «во-вторых» окажутся реальностью.
— …ни в коем случае не допускай контакта впавшего в спячку элианина с водой, — закончила фразу Сана, вот только ее собеседник уже исчез на лестнице.
* * *
— Я смог включить планшет профессора! — Мик поджидал владельца «Касэлоны» у его каюты. — Фу, что это?!
Сэм поморщился. Он кое-как приладил крышку, но чесночная вонь все равно пробивалась наружу.
— Ничего. — Хотелось, чтобы напряженная улыбка выглядела не слишком фальшиво. — Так, одна…
— Эй, дядь, жрать надо в столовой, не то тараканы заведутся! — Пробегавшая мимо Мира выдернула контейнер и потащила на кухню. — Поставлю в холодильник. Не бойся, никто твою траву не тронет — нам папа сделал котлеты и макароны с сыром.
Райс проводил емкость с предположительно элианином (или уродливой брокколи?) долгим взглядом, однако догонять не стал. Что морозилка, что холодильник — один хрен. Сначала стоит разобраться с Торном и взломом.
— Что там было, Мик?
Парень скорчил забавную рожицу.
— Ерунда какая-то. То есть программа, конечно, любопытная, но из тех, что никакого серьезного ущерба не приносят. «Трехсекундка» называется. Маскируется под элемент системы и позволяет в нее заглянуть. На пару секунд, понимаете? Этого хватает, чтобы почувствовать себя повелителем мира, а потом система распознает подделку и вышвыривает идио… хакера вон. Такими школьники балуются. Серьезные люди пользуются совсем другими прогами.
— Три секунды, да? — Сэм пытался сообразить, что лично он успел бы сделать за это время, и по всему выходило, что ничего особенного.
Мик нервно поскреб ногтем мягкую панель коридора и покосился на огонек камеры в дальнем углу.
— «Зарница» слишком старая, — произнес тише. — И тормозит страшно. С ней у профессора было секунд шесть, а то и все десять.
— Уверен?
— Не-а. Может, она шарахнула Торна сразу после подключения. Я попробовал понять, куда он лазил…
— И?.. — Райс насторожился.
— Никуда. Маршрут не меняли. Я запустил симуляцию. Прибытие на Оникс-10 точно по графику. Думаю, профессор не успел внести свои параметры. Кое в чем «Зара» крута!
«Значит, волноваться не о чем», — Сэму следовало бы испытать облегчение, однако тревога не отпускала. Слишком уж все просто… Великий ученый пытается получить доступ к бортовому компьютеру крохотной «маршрутки» с помощью детской программы и впадает в кому из-за легкого удара током, не успев ничего сделать. Крайне неправдоподобная ситуация.
— Мик, ты уверен, что в схеме полета ничего не изменилось? — Когда речь шла о безопасности пассажиров, Райс становился отъявленным параноиком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Парень неискренне удивился:
— О чем вы? «Зарница» надежна, как…
— Уже пробовал и снова получил парализатором? — догадался Сэм.
Мик виновато усмехнулся и развел руками.
— Хотел проверить одну идею. Не сработало.
— Но ты на ногах?
— Угу. Я Сану попросил. У нее же импланты и… Ну, ее вырубить сложнее.
«Как и любого киборга», — однако вслух Райс лишь попросил еще поковыряться в планшете и дал разрешение на любые эксперименты — в присутствии отца или капитана, разумеется.
— Правда? — обрадовался Мик. — У меня есть пара мыслей!
Оставив его обдумывать новые теории, Сэм тайком вздохнул и отправился на кухню — забирать «элианина»-брокколи. Уже на подходе в нос ударил запах настоящей (то есть вкусной по умолчанию) еды. Райс сглотнул, вспомнив отвратительную кормосмесь. Все-таки трудно избавиться от старых привычек… Нескольких лет вынужденного аскетизма недостаточно, чтобы лишить человека простых желаний.
Увы, целью была не сковородка котлет, а контейнер со сморщенной зеленью.
— Райс, меня восхищает ваша выдержка. — Аристэй мыл руки и заметил возню у холодильника. — Может, и моих обормотов приучите к полезной еде? Им вечно нужно жареное, сладкое, жирное… Дорогое, одним словом. А капусту, поди, сами выращиваете? Гидропоника? Видел в грузовом отсеке грядку. Впечатляет.
«На «Касэлоне» нет гидропоники», — Сэм швырнул емкость с элианином на стол и помчался в трюм, в своем воображении уже рисуя армию элиан, готовых заполонить корабль.
— Хотите, я ее сварю? Или обжарю в кляре? — предложение Волка настигло его у лестницы.
«Хочу вернуться в прошлое и убедить себя никогда не посещать эту систему».
— Не нужно! — В самом деле, не хватало только сожрать представителя другой расы. — Сейчас вернусь!
Спустя полторы минуты Райс стоял между ящиками из «Лучистого Оникса» и бочками для Оникса-10, не веря своим глазам. Нет, гидропоника на «Касэлоне» не появилась, да и элиане не спешили захватывать крохотную «маршрутку». Но почти три метра прохода в дальнем углу грузового отсека были покрыты чем-то вроде крупного песка, из которого выглядывали бледные побеги неизвестных растений.
Пиликнул планшет. Сэм машинально открыл новое сообщение.
«Это мой эксперимент. Хочу проверить одну теорию. Пожалуйста, не уничтожай зелень. И, если можно, не гаси свет, — в темноте она плохо растет».
— Да кто же ты, черт побери?!
«Меня зовут Екатерина. Для друзей — Котя. Я хочу помочь, Сэм».
Райсу показалось, он ощутил чей-то взгляд.
— Где ты?
«Рядом. Мне нравится твой корабль».
— Мой? Почему же я чувствую, что он мне больше не принадлежит?
«Потому что ты слишком добрый и честный. Люди видят это. Они пользуются тобой, а ты ищешь себе оправдание. Хватит, а? «Селестина» осталась в прошлом. Ты никому ничего не должен. Прекрати считать себя отбросом и закрывать глаза на тех, кто на тебе наживается».
— Что ты знаешь о «Селестине»?!
«Я была там. Это не те воспоминания, которыми хочется поделиться. Забудь о ней. Давай вернемся к «зайцам». Осталось четверо. Если я попрошу тебя не трогать красного, ты послушаешься? Ну пожалуйста, Сэм. Клянусь, он не опасен».
Райс вернул на экран карту. Три черные отметки и кроваво-алая… Плюс ко всему элианин на кухонном столе… Этот рейс обещал стать незабываемым.
Или последним.
* * *
— Красивая грядка, капитан. Когда ты успел? Помнится, вчера трюм был пуст. О, там что-то прорастает! Где брал стимуляторы роста? Таких жестких на Ониксе не найти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Заткнись, иначе я прикопаю тебя вместе с этой зеленью», — но «гидропонику», которая оказалась и близко не гидропоникой, спустилась посмотреть Мира, и пришлось придержать яд.
— Дядь, это у тебя типа хобби? — дожевывая невыносимо аппетитную котлету, поинтересовалась дочурка Волка. — Чудно. Как по мне, тебе больше таксидермия подходит. Ты, получается, нормальный?
