Кувырок. Стойка. Копье вновь полетело вперед. Защита. Уход в сторону.
«Интересная тактика», — пронеслось в голове.
— А есть ли еще какие признаки, по которым можно отличить мужчину троглодита от женщины?
Человек, сидящий все это время неподвижно и всматривающийся на происходящее впереди, впервые за все время разговора, повернул голову и посмотрел на меня.
— Зачем тебе эта информация, если не сможешь выбраться отсюда?
— Информация лишней не бывает.
— Что ж, у нас есть еще время.
— Есть время до чего?
— Следующий бой будет мой. Не уверен, что он закончится хорошо.
Я посмотрел на человека и перевел взгляд на сражающихся.
— Отличие у них кроется в шишковидных наростах, начинающихся на затылке и дальше по шее, позвоночнику до самого низа. Чем особь моложе, тем нарост меньше. Полное их созревание оканчивается где-то к двадцати — двадцати пяти годам. Об этом может свидетельствовать изменение окраски тела, кроме конечностей, как ты сам можешь наблюдать. Участие на арене для них лишь право доказать соплеменникам их пользу в военном искусстве. Но, думаю, та особь, которая сейчас там, еще до этого не дозрела.
Женщина выждала подходящий момент и наотмашь с разворота ударила по ногам своего противника. Троглодит не смог удержать равновесие и завалился на бок. Обливаясь потом, женщина налетела как коршун, разя в самые разные места.
— Кто это?
— Она валькирия. По крайне мере так сама себя называет. Говорит, что плыла по морю Малой Луны с другими воительницами, но шторм прервал их безмятежный образ жизни. Ее и нескольких других подруг после крушения корабля выбросило на берег. Так они попали на материк. Пробираясь через лес, у Дыры Яйра, они наткнулись на засаду подземных жителей. Последствия можно не пересказывать. Теперь она здесь, пытается кровью выбить кусок хлеба и на сутки продлить свое существование в этом месте. Пока неплохо получается, но я не знаю, насколько ее хватит. Подземные не дураки. Им когда-нибудь надоест, что она выигрывает, и выставят против нее нереальных противников.
Женщина легко отбила копье и точным сильным ударом раздробила горловые хрящи, навсегда похоронив желание троглодита что-то доказать своим соплеменникам.
Валькирия, тяжело дыша, обвела взглядом сидящих на каменных скамьях чешуйчатокожих, швырнула палку в сторону и быстрыми шагами направилась обратно к клетке.
— Как ее зовут?
— Виола, — спокойно ответил собеседник. — Не рассчитывай, что выберетесь отсюда, и она станет твоей подружкой!..
«Мне это и не нужно». Я вспомнил Мари. Ее разорванное на части тело; пустой взгляд, устремленный в небо и руки, сжимающие не использованную гранату «Ф-1»; то существо, которое ее убило и смерть, преследующую меня повсюду…
— … Отсюда выхода нет ни для кого!
Дверь клетки отварилась, но женщина не собиралась останавливаться. Она пробежала мимо и скрылась в темноте пещеры.
— Куда это она? — не понял я.
— За едой, — улыбнулся мужчина. — Состязания на арене проходят один-два раза в сутки, причем в совершенно разное время. Даже во время сна за тобой могут прийти. За каждый выигранный бой полагается небольшая порция еды, хватающей, чтобы отсрочить голод. За редким исключением дается рваное тряпье — ветошь или что-то в этом роде. Думаю, сейчас как раз такой случай.
— Откуда ты про все это знаешь?
— Я исследователь. В империю Ария попал совершенно случайно. Здесь Вековечный Лес наиболее распространился по стране. Мне нужно было попасть в Храм Гелии, что на востоке Вековечной Долины, но мне не повезло. По всей вероятности, троглодиты никого не пропускают через свои владения, хотя лес изначально считался домом эльфов. Так я стал их очередным узником. С предыдущим ты видел, как поступили псы. Кроме нас троих из людей никого не осталось.
— И долго вы здесь бьетесь за свои жизни?
— Я около месяца. Девушка в два раза дольше.
— Девушка? Мне казалось ей намного больше.
— Это только на первый взгляд. Войны, убийства, смерть… преображают человека, делают его грубее, искажают черты лица… Поэтому не всегда на самом деле то, что видят глаза.
«Да, мне это знакомо».
— Значит, она молода?
— Двадцать пять, если, опять-таки верить ее словам. Мне хочется верить, но не все ею сказанное является правдой. Она хитра и на все пойдет, чтобы выжить.
Девушка вернулась с перевязанным кровавой тряпкой правым боком.
— Дрянь! Порезала меня! Нужно было ей голову оторвать!
— Не важно, каким способом ты ее убила. Главное, она мертва, — произнес мужчина. — Хотя, думаю, если бы тебя вот так же тянули за ноги с арены, тебе было бы все равно.
Двое троглодитов тащили несостоявшуюся подземную воительницу за ноги. Когда процесс транспортировки трупа из одного места в другое завершился, на арене появился еще один зеленокожий с одноручным топором в руке. Как мне показалось, это был тот самый, который кинул Виоле палку (нечто вроде прообраза глашатого), хотя я мог и ошибаться. Все они здесь на одно лицо.
Тварь что-то прогаркала на своем языке, показала острые зубы, а потом размахнулась и кинула топор. Он вонзился в землю в метре от исследователя. Дверь его клетки отварилась, и человек встал с земли.
— Постой! — окликнул я его, когда тот собирался выйти. — Как тебя зовут?
— Паоль. Но, думаю, в именах здесь больше нет смысла.
И он шагнул вперед, подбирая топор.
Дверь его клетки встала на место, а из противоположной, где я заметил, был еще один ход из арены, выскочило три пса.
— Мать их! — еле сумел расслышать я.
Видно было, что мужчина не был готов к такому повороту событий. Вернее будет сказать к такому его количеству. Мне хотелось верить, что Паоль сделает невозможное и чудом останется в живых, но все ставки были не в его пользу, да и он сам это знал.
Завидев свежее мясо, существа бросились вперед. Они оказались не такими громадными тварями, каких я встретил на поляне в окружении городских стражников, но все же заслуживали особого внимания. Вероятнее всего, эта арена служила полигоном для тренировок подрастающего поколения как самих троглодитов, так и их домашних животных.
Мужчина откатился в сторону, когда двое напали одновременно. Третий замешкался у входа на арену, и это только было на руку. Встав, он рубанул топором наотмашь, справа налево, но пес будто бы предвидел подобный маневр и пригнулся к земле, даже уши прижал. Второй оказался рядом и занес лапу, но Паоль подставил древко, и тварь не дотянулась до тела несколько сантиметров. Лежащая на брюхе подползла вперед и уже разинула пасть, чтобы прокусить ногу, но мужчина остудил ее пыл сильным ударом в нос. Тварь завизжала и отползла назад, закрывая больное место лапами.
Третье
