Корина понимала чувства Винчителло. Он был по характеру гораздо мягче брата и не так уверен в своих силах.
— Ты просто сводишь меня с ума, — вернул ее к действительности голос Орсо. — Я счастлив, что обрел тебя.
— Все прошло точно по плану? — безразлично спросила Корина.
— Что случилось, дорогая? — насторожился Орсо.
— Ты зачем-то все время напоминаешь о том, что я помогаю тебе достичь определенной цели. — А еще то, что я, как дура, влюбилась в тебя, но не могу признаться в этом, подумала про себя Корина.
— Ты говоришь что-то совершенно несуразное, — с горечью произнес Орсо.
— Не думаю. Посмотри на себя. Ты каждую минуту хвалишь меня за то, как прекрасно я исполняю свою роль. Да, пора признать — ты купил меня, но я беру у тебя деньги только за притворство на людях. Когда мы одни, пожалуйста, держись подальше от меня.
— Кора! Как ты можешь говорить со мной таким тоном. — Орсо попытался взять ее за руку. — День был длинным, и ты просто устала.
— Я говорю с тобой так, как ты заслуживаешь. — Корина отдернула руку.
— Но это же глупо так себя вести. Весь день ты выглядела счастливой, я чуть было не подумал, что ты действительно меня любишь.
— Любить тебя?! — с деланным ужасом воскликнула Корина. — Любить человека, который использует меня в своих корыстных целях? Да, меня действительно влечет к тебе как к мужчине, но я очень хочу побороть в себе это чувство.
— Мне очень жаль, что ты так настроена, — с обидой сжал губы Орсо.
— Да, я так настроена.
— Но ты с самого начала знала, на что шла. Почему же теперь такая болезненная реакция?
— Я никогда не соглашалась спать с тобой. Увы, я такая. Возможно, другие женщины всегда готовы удовлетворить твои сексуальные потребности, но…
— Если думаешь, что каждую встречную женщину я тащу в постель, ты глубоко заблуждаешься, — прервал ее Орсо.
— Даже если они сами тебе предлагают?
— Тем более, если предлагают. Я очень разборчив.
— Так, значит, мне оказана честь?
— Сейчас не время для упражнений в остроумии, — вышел из себя Орсо.
— Согласна. Сейчас время спать, так что спокойной ночи, мой дорогой «муженек»!
Корина повернулась, чтобы идти в свою комнату, но мгновенно была остановлена сильной рукой Орсо.
— Ты будешь спать здесь, — услышала она, — чтобы никто не говорил, что жена в первую же ночь ушла от мужа.
— Об этом надо было думать раньше, — яростно набросилась на него Корина. Беда состояла в том, что на самом деле она сама смертельно хотела лечь в постель с Орсо. Все ее тело требовало мужских ласк.
— Спать ты будешь в моей кровати, — отмел ее возражения Орсо. — Если хочешь, я не дотронусь до тебя, но ты не выйдешь из моей спальни.
— Прекрасно! — Корина открыла стенной шкаф, достала ночную сорочку и направилась в ванную комнату.
— Что ты хочешь делать? — догнал ее низкий голос Орсо.
— А ты сам как думаешь? — холодно ответила она.
— Кажется, ты боишься при мне раздеться.
— Ничего я не боюсь! Просто не хочу, чтобы ты попытался воспользоваться этим моментом.
На самом деле Корина боялась за себя, боялась, что не сможет устоять перед Орсо и сама кинется ему на шею.
— Можешь думать что угодно, но я никогда не сделал бы ничего помимо твоего желания, — произнес Орсо. — Раздевайся спокойно.
К этому времени Корина уже сменила свадебный наряд на узкое шелковое платье цвета слоновой кости, расшитое золотом. Это был один из самых изысканных туалетов, который она когда-либо носила. Но Корина забыла, что платье застегивалось сзади сверху донизу на маленькие перламутровые пуговки, расстегнуть которые без помощи было невозможно. Бросив ночную сорочку на кровать, она неохотно попросила:
— Помоги, пожалуйста.
— Бедная Кора! — Орсо не сдержал иронии. — Как же тебе трудно попросить меня о чем-нибудь.
Не дразни, хотела сказать Корина, но вместо этого молча повернулась к нему спиной. Почувствовав прикосновения его пальцев, она невольно напряглась.
— Расслабься. Я не собираюсь приставать к тебе.
Казалось, прошла вечность, пока он наконец расстегнул верхнюю пуговку, с большим трудом справившись с маленькой петлей. То ли это действительно было трудно сделать мужскими пальцами, то ли он сознательно хотел продлить себе удовольствие, а ей мучение. Орсо прекрасно знал, как реагирует ее тело на его прикосновения. Во всяком случае, за час до этого Бланш моментально застегнула ей платье.
Наконец была расстегнута вторая пуговица, затем третья, четвертая. Пытка продолжалась, а платье было расстегнуто лишь на пару дюймов.
— Сколько же надо времени, чтобы закончить? — хриплым от волнения голосом спросила Корина.
— Наверное, вся ночь, — так же взволнованно ответил Орсо.
— Жаль, что я не позвала сестру. Она сделала бы это гораздо быстрее. Впрочем, мне кажется, ты сознательно затягиваешь дело.
— Да, потому что это исключительно приятное занятие, — признался Орсо. — Интересно, модельер отдавал себе отчет в том, что сотворил?
— Идею фасона подала Биснонна, а сшили платье местные мастерицы под ее непосредственным контролем, — объяснила Корина. — Мне и в голову не пришло, что могут возникнуть проблемы с пуговицами.
— Так это Биснонна! — с улыбкой воскликнул Орсо. — Как же я сразу не догадался, кто этот неисправимый романтик!
Корина повернула голову и взглянула на него.
— Ты думаешь, она сделала это сознательно, чтобы я попросила твоей помощи?
— Никаких сомнений! — ухмыльнулся Орсо. — Уверен, она во всех деталях предвидела сцену, которая сейчас происходит.
— Не верю, — с обидой произнесла Корина.
— Ну и напрасно, — улыбнулся он. Расстегнув еще пару пуговиц, Орсо прижался губами к теплой ароматной коже.
Вздрогнув от неожиданности, она хотела было вырваться, но не смогла даже пошевелиться. Ладони Орсо гладили ее плечи, и Корина хотела теперь только одного — чтобы он овладел ею. Но, как всегда, в ней боролись противоположные желания.
— Ты, кажется, забыл, что тебя попросили сделать? — проклиная себя за глупый вопрос, сказала она.
— Гладить твою кожу гораздо приятнее, чем заниматься пуговицами, — пробормотал Орсо, обдав ее шею теплым дыханием.
— Возможно, тем не менее я прошу вернуться к платью, — продолжала настаивать Корина.
— Всему свое время, Кора.
Губы Орсо заскользили по ее самому чувствительному месту-крошечной эрогенной зоне за ухом. После этого он снова занялся платьем, расстегнув еще одну пуговицу. Поцелуй — пуговица — снова поцелуй. Корина понимала, что к тому времени, когда Орсо поможет ей снять платье, она сама предложит себя, и знала, что Орсо рассчитывает на это. Платье было расстегнуто почти дс талии, и мучения ее стали невыносимы.
